Звено цепи - Маргарита Гуминенко

и дождался, чтобы все его выкладки превратились в пепел. Нужные выводы он для себя уже сделал.

* * *

— А может, его просто грохнуть?

— Эдик! Не глупи. — Попов поморщился, в очередной раз осознав, с кем ему приходится работать. — Нам сейчас только внимания полиции не хватает! Сидит себе в начальственном кресле — и пусть сидит.

— Ну, тогда устроить аварию, — не сдавался помощник, которому нравилось решать проблемы радикальными средствами.

— Нет! — Андрей Алексеевич гневно посмотрел на Эдика. — Место Лисовского займёт Кротов, а он ещё хуже.

— И Кротова туда же! — душевно посоветовал помощник.

Попов покачал головой и решил не гневаться. Что толку?

— Я слишком далеко отстою от начальственного кресла, — пояснил он. — Так что двумя авариями не обойдётся, а это уже перебор. Но подрезать сухожилия нашему другу Марку надо. Это выйдет дешевле всего.

— Чего? — не понял Эдик и даже почесал свою бритую голову.

— У него ведь маленькая дочь? Найдите её и доставьте на нашу дачу. Только аккуратно! Чтобы на девочке ни царапины не было! Посидит у нас, пока мы не закончим, а старина Марк просто не захочет дёргаться. Она у него — единственный свет в окошке. Когда закончим — решим, как с ними быть.

— Понял!

Разговор состоялся в тот же день, когда Марк потребовал от Попова убрать со склада всю чужую оргтехнику. В середине следующего дня озадаченный Эдик вместе с двумя другими помощниками Попова стоял перед последним в его кабинете и снова чесал свою бритую репу.

— Никто не знает, где девчонка, — докладывал он.

— А сам Марк где?

— Дома его нет.

— То есть? — Попов насторожился, уже не ожидая ничего хорошего.

— Машина стоит во дворе, вчера он приехал как обычно, но сейчас в квартире никого нет. — Всё это Эдик выпалил единым духом, потом добавил уныло: — Мы проверяли. И няня утром не приходила.

— А камеры наблюдения?

— Я представился сотрудником полиции, просмотрел все записи. Вечером он пришёл как обычно, но камеры не зафиксировали, чтобы он снова уходил. Народу туда-сюда сновало много, но Лисовского среди них нет. И его дочери нет, и няни. Их нет! Они испарились!

Попов надолго задумался. Тщательно спланированная и уже подготовленная операция грозила развалиться из-за одного-единственного человека, в котором он меньше всего подозревал себе препятствие. Мало того — этот тип ещё и исчез в неизвестном направлении.

— Мы можем проверить его дачу, — предложил помощник.

— Уверен, что вы там никого не найдёте. Но проверьте!

Зазвенел телефон.

— Господин Попов! Марк Викторович просит вас зайти к нему в кабинет и принести последние сметы, — вежливо сообщила секретарша Маша.

На своём рабочем месте! Да его совсем недавно и не было в офисе! Откуда он взялся?!

— Сейчас буду, Машенька! — отозвался Попов обычным весёлым тоном, но как только положил трубку, добавил, уже не так оптимистически: — Чёрт! Похоже, я очень сильно недооценил этого хитрого лиса!

* * *

— Я назначил на завтра совещание, для всей команды. — Эту фразу Лисовской произнёс, едва Попов успел опуститься на стул. — Я оценил наши активы и пришёл к выводу, что пора расширять сферу нашей деятельности. Под лежачий камень вода не течёт, а мы весь последний год пребываем в состоянии, близком к анабиозу.

— Что ты имеешь в виду? — Андрей Алексеевич пока не понял, к чему клонит Марк, почему говорит такими обтекаемо-непонятными фразами, и поспешил изобразить искренний интерес. — Мы строим. И достаточно успешно…

— За прошлый год мы получили прибыли на пятнадцать процентов больше, чем ожидается в этом, — принялся объяснять Марк.

— Погоди-погоди! Ты не учитываешь инфляцию, санкции…

Марк повернул свой длинный нос в сторону Попова.

— Об этом я и говорю, — пояснил он категорично. — Мы должны избавиться от балласта в виде бесперспективных участков и подумать о том, что ещё можно сделать, чтобы добиться стабильного роста компании. Возможно, всё дело в географии. Будем расширяться.

— Ну, тут сложно что-то решать, — ухватился Попов и, откинувшись на спинку кресла, принялся размахивать кистью руки в такт мыслям. — Есть генплан, есть подрядчики, от которых мы зависим, есть планы, которые ещё пять лет назад были очень перспективными, а сейчас от них приходится отказываться. Слушай! Я тебя всё утро искал! Приезжаю — твоей машины на стоянке нет. Что-нибудь случилось?

Марк не любил прыгать с темы на тему, но сегодня он позволил своему заму такую вольность.

— Ничего не случилось, кроме того, что какие-то хулиганы прокололи мне три колеса, — недовольно проворчал он. — Пришлось забрать из гаража старую машину. Вечером разберусь.

— Так тебя всё равно в офисе не было, — рискнул продолжить допрос Попов и перешёл на шутливый тон: — Пробки, или старая машина оказалась не такой надёжной, как хотелось бы?

— Надо было спросить у секретарши, — отрезал Марк. — Она знала, что я выехал на объекты. Ездил на Юго-Запад, потом в Красное село. По дороге глянул на ангар в Горелове. Ты, кстати, прав, он никуда не годится. Надо снести и использовать место, чтобы зря не пустовало. У нас прорва брошенных участков, которые куплены невесть зачем и стоят пустырями. Кому это надо?

Он вскочил из-за стола и, сунув руки в карманы брюк, прошёлся по просторному кабинету. Ему нужно было вести разговор, имея законную возможность не смотреть на Попова. Марк не любил и не умел врать, и как мог, придерживался правды. Он действительно ездил всё утро и пол дня на старой машине и успел побывать в тех местах, которые назвал. Но ему необходимо было, чтобы Попов не начал выспрашивать подробности. Его шумный, но умный зам мог запросто поймать его за язык на каком-нибудь несоответствии. Хотя что-то подсказывало Марку, что Попов ему и так не верит.

— Короче, совещание завтра в десять. — Марк остановился у окна и принялся разглядывать перспективу улицы, уходящей в новостройки. — Как со складами? Ты связался с этим… который оставил свой металлолом?

— Да, конечно! — К этому вопросу Попов был готов. — Послезавтра он пришлёт машины и грузчиков.

Ему нужно было перехватить инициативу разговора, потому что Марк с первой же секунды увёл не туда, куда было нужно Попову и явно был намерен сводить речь на деловые вопросы.

— Кстати, забыл спросить: как дочка? Приживается на новом месте? Или она сейчас на даче?

"Как грубо сработано, — подумал про себя Марк. — И ведь не подкопаешься, просто вежливый интерес".

— Даше у меня всегда нравилось, так что без проблем, — ответил он и вынужден был развернуться к собеседнику. Девочка действительно была его единственным "светом в окошке", и если он начнёт бубнить что-то невразумительное и