Поколение войны - Макс Крест

Так вот, в свою первую дурку она попала в нашем счастливом 1969 году. Там её окрестили Найдёнова Анастасия Ивановна. Нашли её на станции между Питером и Выборгом. По внешнему виду решили, что она неместная, а при задержании поняли, что и буйная. Вот. Официальная дата появления. Но есть намёки на ещё кое-что. Может не связано, но я уверен, наше: в 1965 году в том районе пропал охотник, а осенью 1968 года вернулся. Утверждал, что его всё это время держала в плену в какой-то брошенной деревне дикая женщина. Старожилы ни о какой деревне не припомнили, егеря да охотники с бедолагой погуляли, но ничего не нашли. В дурку думали положить, но врачи сказали, что здоров. Вот.

— Шестьдесят пятый, значит…

— Никаких намёков на более ранее время, увы, нет. Да и то, что эти нашлись — чудо.

— Я всё понял, молодцы. По сыну есть что? Кто отец, например?

— Знакомые Хильды Маннес говорили, что перед тем, как неожиданно пропасть, у той была связь с кем-то. Но кто он, выяснить не удалось. Хильда жила скромно, работа физруком в школе, в делах тёмных не замечена, не привлекалась даже за мелочи. Однако одна из учительниц той школы припомнила, что однажды видела встречающего Хильду мужчину — высокий, чуть сутулый, длинные серые волосы, лет сорок. Был в военной форме, но судя по длине волос, не служивый.

— Охранник, егерь?

— Нашёлся один похожий товарищ. Его сильно не просматривали, но скорее всего ещё один ангел.

— Почему так решили?

— Ну, во-первых, ему на вид сорок, но это не мешало ему готовить спецподразделения к выживанию в дикой природе на протяжении тридцати лет. Сам понимаешь — тогда бедлам был, а потом случился у нас переворот, а он и так неофициально этим промышлял. Платили по-чёрному, но не жалели — товарищ был ценный, знал такие тонкости, что спецы руками разводили. Во-вторых, когда решили проверить его на причастность к нашему делу, поспрашивали многих прошедших его курсы. Все как один говорят, что он сутулый, плечевой пояс мощный, а с голым торсом никогда не видели. Из оружия предпочитал холодное.

Кстати, помимо военных, тренировал детишек за символическую плату.

— Навестили?

— Некого — сам Анхель Филипов пропал. По адресу прописки не появлялся с событий захвата. Кружок свой распустил за год до того. Подростки говорят, что он с кем-то занимался, но тут все начинают путаться и нить обрывается.

— Чёрт бы меня подрал, если тот, кого мельком видел Серов верхом на громадинах, и есть Анхель и его неизвестные ученики.

— Кстати об этом. Из извлечённых у населения видео и фото удалось вычленить один неплохой снимок этой погони. Там хорошо видно двух людей верхом на… «громадинах». Пробили по базам — ноль. Сейчас сличаем биометрию с данными паспортных столов, водительских школ и выпускных альбомов вузов, лицеев, школ и так далее — как найдём, дам знать.

— Хорошо. — Морев задумался над всем только что услышанным. — Ладно, я почитаю пока, что ты тут принёс. Просмотрите всё по этому Филипову. Будет какая информация, бегом ко мне.

Шевелёв раскланялся и ушёл. Морев сел за стол, выдохнул — Андрюха много сказал, но не дал новых зацепок. Остаётся только одна стопроцентная — Арвинг Торесен. Но вот точно ли он в курсе событий? То, что он родился двадцать два года назад — это факт. То, что он наш «Ангел 2», тоже факт. Светлов которую неделю добивается разрешения исподвыподверта обследовать парня. А теперь можем смело создавать дело «Ангел 3» на Филипова Анхеля.

Осталось выяснить, сколько ещё у нас действующих лиц. Одно понятно точно, что есть минимум один ангел, который определённо до сих пор с крыльями. Если ищейки правильно мыслят, то свихнувшийся инкассатор видел ангела взаправду, а лишённую давным-давно крыльев Хильду за оного вряд ли приняли бы. Назовём его «Ангел 0».

Голова кругом от всего этого — никак не привыкнуть…

Глава 7

— Держусь, а куда деваться? Да. Не, не стали Конец Света праздновать. Новый год отметили, если это можно так сказать. Ну, посидели на пару с Кристей, поели салата с мандаринами. Ну, а кто ещё компанию мне составит. Да понимаю, что не можешь. Скоро уже, скоро. Что я — месяц не переживу — полгода уж прожил без тебя. Никаких «вдруг» со мной не случится. Хех. Хорошо, давай, до связи — целую.

Арвинг выдернул шнур микрофона из компьютера. Короткие, но стабильные разговоры с далёкой Австралией стали для него ещё одной опорой в жизни. Слишком много он потерял за последние полгода. Сначала мать. Затем после событий, окрещённых в народе концом света, выяснилось, что его лучший друг погиб в этой бессмысленной и непонятной сваре каких-то пришельцев. И не он один. Здание, где занимался Федька со своими друзьями и человеком, который вполне вероятно может оказаться ему отцом, пустовало. Сколько ни сидел там Арвинг, никто туда не приходил. Родители Фёдора, отдав квартиру на съём, уехали жить на дачу. Все нити, ведшие к личности по имени Анхель, прервались.

Прибавилось постоянное ощущение того, что с некоторых пор за ним неотрывно следят. Кристина списывала это на психику, дескать, слишком много негатива за раз, вот и начал чураться собственной тени. Но он был уверен — за ним наблюдают постоянно. Вопросы «кто» и «зачем» его, как ни странно, не волновали. Хотя бы до тех пор, пока эти неизвестные не начнут откровенно лезть в его жизнь. Он сможет показать почём пуд лиха.

Завтра Рождество. Наверно, наполовину опустевший город будет выглядеть просто сказочно — погоду обещают морозную, но безветренную, возможен снег — волшебно будет. Кристина уже приглашена на официальную Рождественскую гулянку по ночному городу. Хорошо, что Оля всё понимает и не ревнует, по крайней мере, явно. При её характере это вполне нормально.

На часах половина третьего ночи, а у Оли сейчас ещё утро, поговорить перед работой пару раз в неделю — это всё, что они сейчас могут. Арвинг устало упал в обволакивающие объятия постели. Уснул почти мгновенно. Сейчас живётся тяжело и он устаёт. После учёбы приходится работать, иначе выжить сложновато. Дело даже не в деньгах, уж чего-чего, а этого добра от матери осталось ещё достаточно. Правительство ввело обязательную трудовую повинность для всех работоспособных слоёв населения. Студенты не исключение. Поэтому полдня он пропадает в университете, полдня на работе, за которую почти не платят. Экономика мира хромает на обе ноги. А на работе хотя бы кормят два раза в день — уже что-то.

Даже несмотря на то, что сейчас идут новогодние выходные, Арвинг ходит работать. Пусть она и пыльная, но, как бы это ни пафосно звучало, мир нужно вернуть к прежнему состоянию, а по возможности сделать ещё лучше. Его определили на утилизацию и переработку тысяч оставшихся ненужными автомобилей.