Босс Спор на любовь - Анжелика Дюбон

такая. Что я, как норовистая лошадь, закусила удила и несусь во весь опор прочь от моей любви. Сцепила зубы, только бы не расплакаться. Постаралась отключиться от мыслей “А что потом”.

Я не узнавала себя в зеркале. На мне впервые в жизни были бриллианты и я зачарованно смотрела на себя, боясь пошевелить головой. Красота какая!

Еле выдавила из себя:

– Спасибо.

– Пожалуйста. Таня, ты такая красивая. Тебе очень идёт, когда ты поднимаешь волосы и открываешь шею.

От комплимента я зарделась, чувствовала, что пошла пятнами, а потом всю ночь трогала уши и жмурилась от счастья. Это подарок от Марка и… знаете что? Для меня это было больше чем подарок. Это как будто он подарил мне своё уважение. Как бы это сказать. Я почувствовала, что я для него всё же больше чем просто девушка, проигравшая ему пари…

Сейчас мы стояли среди толпы на чужой свадьбе, я крепко держала Марка под руку, он свободной рукой нет-нет поглаживал мои пальцы. Немного привыкая к суете, я постепенно стала различать лица, дышать стало проще.

–Идём, я представлю тебя нашей компании. Не переживай, Татьяна. Ты сногсшибательно красива и тебе все завидуют.

– Нашли чему завидовать. Я подставная кукла.

Бурчать дальше не имело смысла, к нам подходили пары, потом мы добрались до жениха с невестой.

Жених длинный, тощий мужик не сводил с меня глаз, я же сначала смотрела только на невесту, намеренно игнорируя жениха. Что то неприятное, холодное пробирало до дрожи от этой парочки. Невеста просто буравила меня дрелью своих глаз. Девушка в теле, обвешанная золотом, как арабская лавка, она явно чего от меня хотела. Сдалась я ей. Мне пришлось опустить глаза в пол. Ну и парочка.

– Таня, идём потанцуем.

Марк уже притащил меня в центр зала. Я положила ему руки на плечи, определив локтями пионерское расстояние между нами. Ещё раз почувствовала, какой он высокий. Пришлось задрать руки, а лицом упереться ему в пуговицы на рубашке. Марк наклонился к моему уху:

– Давай делать это по взрослому.

– Это как. – моя наивность развеселила его.

Он расстегнул пиджак, завёл мои руки себе на талию под пиджак, сам обнял меня поверх моих рук. Меня током пробило от нашей близости. Так близко к нему всем телом я ещё не стояла. Чувствовала его грудь, моя собственная тёрлась о него самым распущенным образом. Живот! Мой плоский живот тоже чего то касался и я от смущения даже предположить не могла чего именно. Как это ужасно.

– Таня, ты впервые обнимаешь меня, касаешься и я сейчас, кажется, взорвусь. Перестань приставать ко мне!

– Что? Не я это предложила.

– Разве? Я и не знал что ты такая приставучая и прям у всех на глазах будешь прижиматься ко мне.

–А ну, отпусти меня! – я попыталась остановиться и даже дёрнулась, с ужасам почувствовав, что мне в бедро кое-что упёрлось.

– Таня, не сдавай меня. Из-за твоих приставаний мой младший друг проснулся и с любопытством лезет на публику. Танцуй уже и не дёргайся.

– Марк, ты пошляк!

– Точно. Это моя вторая фамилия.

Музыка сменилась. Я с красными щеками отлепилась от наглого танцора, всех пригласили к столу. Марк вёл меня под руку:

– Кстати, я не говорил тебе?

Я, всё ещё разгорячённая его поведением, возмущённо нахмурилась:

– Что ещё?

– Ты подружка невесты.

– Я?!

– Ну, не я же.

– Да с чего вдруг! Я тут никого не знаю. Саму невесту тоже не знаю.

– Нахрена тебе их знать. Здесь все знают мою фамилию, ты со мной. Это пропуск в рай.

– Зря я согласилась на эту авантюру. Я никогда не была подружкой на свадьбе и даже не знаю, что надо делать.

– Надо будет напиться вдребезги завтра на девичнике, а послезавтра стоять нетрезвой дура-дурой с букетом цветов по левую руку от невесты.

– А ты?

– Нет, нет, я не буду стоять в дурацком платье с цветами в вашей полупьяной компашке.

Марк расхохотался, ткнулся губами мне в висок: – Танька, какая же ты наивная прелесть.

Я обратила внимание сколько глаз смотрят на нас за столом. Мужчина напротив нас поднял бокал:

– Марк, завидую тебе. Твоя спутница великолепна.

– Да, я всегда забираю себе самое лучшее.

Мой “скромный” босс навалился на еду.

Я тоже пыталась есть, но постоянно чувствовала, что за мной наблюдают. Мне было неловко и хотя я вчера весь вечер штудировала какой вилкой и что надо есть, всё равно немного стеснялась. Официанты неслышно лавировали между столами, подавали десерт, следили, чтоб фужеры были полными, а вазы с фруктами переполненными.

Возле меня стояло просто невозможно красивое блюдо из гранённого хрусталя, плоское, как большая лодка. И там, внутри были кусочки лимонного клубничного не то желе, не то мармелада. Засахаренные по бортикам, они пропускали свет через себя, рассыпались ломкими лучиками и невозможно было не тащить их в рот один за одним.

Это не осталось незамеченным.Тот, что сидел напротив потянулся щипчиками к мармеладу:

– Что вы такое там так вкусно уплетаете, Татьяна?

– С каких это пор ты стал сладкоежкой? – Его девушка буквально коршуном перехватила его реплику.

О, здесь становилось интересно.

– С тех самых пор, как моя девушка-веганка спалилась на жирном сладком эклере –

незнакомый мне мужчина повернулся к своей девушке, ты злопыхала молча.Эта девушка смотрела на него как львица на барана, периодически посылая мне расстрельные взгляды тоже..

Её ухажор снова подлил масла в огонь, спросил меня:

– Татьяна, как вы относитесь к веганству?

– Я к нему не отношусь. Меня по дороге в спортклуб часто сносит в кондитерскую. И вообще, с чего вы решили, что утащить эклер это проявление византийского коварства.

– Сразу видно воинственных женщин, вы всегда заодно.

– Вы хотели сказать против вас?

– Да, и вас надо остерегаться. Если вы способны замучить себя до смерти голодом во время диеты, представляю, что вы способны сделать с другими людьми.

– Ну, а вы чем занимаетесь, в свободное от воровства мармелада время? Сидите в засаде и караулите эклеры? Попрекаете свою красивую, стройную спутницу едой?

Мужчина изучающе посмотрел на меня и не ответил. Бинго! Меня вообще мало кто мог переспорить. Вот, разве что Соколову удалось.

– Давайте