Искушение Дракона (СИ) - Оксана Говоркова

— Отличный выстрел! — восхитился Лео, протягивая мне кивер (разновидность чехла для стрел, который делает процесс стрельбы из арбалета более удобным). — Простите, миледи, я снова недооценил ваши способности!

— Ничего страшного! — нарочито громко проговорила я. — Сама до последнего не была уверена, что умею стрелять!

— Элизабет! — прорычал Кристиан, вырвав стрелу из ствола и решительно направляясь ко мне.

Уж не знаю, что такого важного он хотел мне сообщить, но вид у него был очень грозный.

На мое счастье на крыльце появился император в сопровождении трех фавориток, и все присутствующие гости опустились в приветственных поклонах и реверансах. Эдуардо первым сел на коня и подал знак остальным. В ту же минуту псари выпустили собак, рог протрубил в третий раз, и охота началась.

Глава 45. Охота. Кровавые забавы высшего света

Пора, пора! Рога трубят;

Псари в охотничьих уборах

Чем свет уж на конях сидят,

Борзые прыгают на сворах.

(А.С. Пушкин, «Граф Нулин»)

Охотничий рог протрубил в третий раз, и его звук гулко прокатился по округе. Это был зов, который слышал весь лес — зов Императорской охоты.

Эдуардо, одетый в дорогой камзол ярко-красного цвета, украшенный золотыми нитями и драгоценными камнями, восседал на восхитительном белорожденном жеребце с голубыми глазами (очень редкой масти). Лицо суверена было непроницаемым и холодным, как зимнее утро, а глаза горели огнем азарта и жаждой славы. В этот момент он был похож на Онуриса (бога охоты и войны), спустившегося на землю и бросившего вызов самой Природе.

Император подал сигнал малозаметным жестом, и псари спустили с поводков собак, которые с громким лаем бросились в глубь леса. Монарх послал коня в галоп, возглавляя процессию. За ним отправился Кристиан с главным егерем и ловчим. Следом потянулись слуги и телохранители, и уже в самом конце — остальные высокопоставленные гости с женами, вызвавшимися участвовать в кровавой забаве, а также фаворитки императора, желание которых вообще никто не спрашивал.

Оказавшись в гуще леса, процессия смешалась и, разбившись на мелкие группы, растворилась среди утреннего тумана, в котором мир казался смазанным и почти мистическим.

Элизабет, в сопровождении Лео, старалась держаться ближе к Кристиану, соблюдая определенную дистанцию, но и не теряя его из вида. Она открыто любовалась мужем. Его осанка ничуть не уступала императорской, вот только он предпочитал находиться в тени. Во взгляде не было ни охотничьего азарта, ни жажды убивать. Главный дознаватель и правая рука суверенной власти был сейчас собран и сосредоточен только на безопасности своего монарха.

Блуждания по лесу заняли около часа. Сопровождающие императора гости и слуги по пути следования били зайцев, лис и другую мелкую живность. Повелитель не опускался до такого. Он ждал дичь покрупнее. Неожиданно раздался сигнал егеря, возвестивший, что собаки напали на след и гонят им навстречу большого зверя. Их небольшой отряд остановился у края опушки, среди густой зелени молодых деревьев. Приготовив оружие, все затихли в напряженном ожидании.

Через несколько минут послышался хруст ломающихся веток и, продираясь сквозь заросли, на поляну выскочил быстроногий олень. Это было поистине величественное животное. Ветвистые рога напоминали корону и уходили далеко в небо. Это было само воплощение грации, гордости и благородства. Зверь замер, увидев охотников. Его взгляд показался таким разумным, будто он понимал, что момент смерти уже близок.

Эдуардо медленно поднял лук и прицелился, остальные, кажется, перестали дышать. Никто не двигался. Первый выстрел был привилегией Его Величества.

Выдохнув, он отпустил тетиву.

Недолго думая, Элизабет вскинула свой арбалет, намереваясь спасти несчастное животное, но Лео, предугадав ее действия, успел ударить по руке девушки, сбивая ее оружие с прицела.

Стрела графини скрылась в неизвестном направлении, а императорская достигла цели, пробив шею дикого зверя. Олень взревел от боли, но его предсмертный плач потонул в победных криках монарха и его людей.

Смертельно раненый зверь, теряя силы, припал на передние ноги. Слуги императора спешились и кинулись к нему, чтобы добить, но он был настолько силен, что рогами откинул в сторону самых быстрых смельчаков.

В это же самое время, Лиз спрыгнула с коня и бросилась наперерез охотникам, однако Лео успел ее нагнать. Обхватив графиню со спины, он крепко сжал ее в своих руках.

— Пусти меня! — с трудом сдерживая рыдания, прорычала она, вырываясь, словно дикая кошка.

— Тщщщщ…тщщ… тщщ, — пытаясь успокоить свою госпожу, полукровка прижал ее к дереву. — Чинить препятствия императору приравнивается к измене и карается смертной казнью! Вы не в праве вмешиваться! — быстро заговорил он ей на ухо. — К тому же охота не закончится до того момента, пока повелитель не убьет оленя. Этого или какого-нибудь другого — не имеет значения. Вы ведь хотите, чтобы все побыстрее прекратилось?

Кристиан, увидев, что с женой что-то происходит, хотел было рвануть к ней, но, осознав, что это привлечет внимание остальных, остановился. Сжав кулаки, он издали следил за тем, как успокаивает ее Лео, в этот момент он ему доверял.

— Это так жестоко… — всхлипывая, прошептала Лиз, наблюдая, как главный егерь вопросительно взглянул на императора и, получив разрешение, прицелился и выстрелил из арбалета в самое сердце благородного зверя, мгновенно обрывая его жизнь.

— Жестоко, — согласился ее друг, — но что поделать, если люди — тоже хищники? Мы убиваем не только животных, но и себе подобных…

Почувствовав, что графиня, смирившись с неизбежным, обмякла в его руках, Леонардо ее отпустил, поднял оброненный арбалет и вложил ей в руки.

Неожиданно где-то в стороне снова залаяли собаки, а затем раздался отчаянный крик человека. Ломая молоденькие деревца, на поляну выскочил охотник, преследуемый огромным кабаном. В тело разъяренного животного впилось несколько стрел, которые причиняя боль, делали его еще сильнее.

Кабан был чрезвычайно опасным противником, он бился до последнего, предпочитая смерть бегству или отступлению. Убить на охоте такую дичь было сродни подвигу, потому что заканчивался бой один на один, и побеждал сильнейший.

Охотник, бросивший вызов дикому вепрю, был ранен и пытался спастись бегством. Кто-то из окружения императора выпустил несколько стрел, но это не остановило животное. Нагнав несчастного, оно еще раз поддело его клыком, вспарывая одежду вместе с кожей. Человек упал, а его опасный соперник посмотрел налившимися кровью глазами в сторону отряда императора, выискивая новую жертву, но никто из окружения монарха не рискнул спешиться и выйти вперед.

Почувствовав