Искушение Дракона (СИ) - Оксана Говоркова

неуправляемым! Немедленно возвращайся в наше поместье. Будешь послушным — отделаешься малой кровью.

— Не буду вам больше подчиняться. И выполнять ваши грязные приказы не стану. Отныне я всецело принадлежу семье де Кроу. У меня и подтверждение тому есть, — спокойно ответил Лео, крепче сжимая в руке документ, полученный от императора.

— Наверное, ты хочешь сказать: «Был»! — воскликнула Карина, подлетела к нему и выхватила свиток из рук.

— Верни! — в отчаянье воскликнул полукровка, но она только рассмеялась в ответ.

Насмешливо глядя на своего брата, баронесса демонстративно развернула императорский указ.

— Запомни, грязный ублюдок: ты — никто! — с этими словами, она разорвала гербовую бумагу пополам. Безмолвная боль застыла в глазах Лео. — И ты будешь всегда делать только то, что мы с папенькой тебе прикажем! — сложив две половинки вместе она разорвала их еще напополам, потом еще и еще, а после бросила все это ему в лицо.

Леонардо замер на месте и больше не двигался, глядя на лежащий у его ног мусор. Для него это были не просто обрывки указа о присвоении титула, это были разбитые мечты о свободе и нормальной человеческой жизни.

— Встань на колени, поганец, и проси прощение за дерзкие слова! — снова подал голос господин барон, и Лео качнулся, собираясь исполнить приказание.

— Ну хватит. Пришло время вмешаться, — решила я, потянув дверь на себя. — Господа! Какая неожиданная встреча! А я гадаю: куда вы подевались?

Все дружно посмотрели на меня, и я очаровательно улыбнулась. Барону пришлось опустить трость, которую он уже приготовил для наказания своего взбунтовавшегося незаконнорожденного сына.

— Графиня, вы немного не вовремя… У нас семейный разговор…

— А мне показалось, наоборот, самое время присоединиться, — я подошла к своему бывшему другу и положила ладонь на плечо. — Не расстраивайтесь, Леонардо, — нарочито официально обратилась к нему, подчеркивая его новый статус, — это всего лишь бумага… — я пнула кончиком туфли, лежащие обрывки императорского указа, — напишем новую, это вовсе не проблема.

— Миледи… — хотел что-то сказать Лео, но я жестом попросила его помолчать.

— Вам лучше покинуть комнату, я разговариваю с сыном! — де Роу снова попробовал избавиться от меня

— Вот как? С сыном? А вы когда-нибудь обращались с ним, как любящий отец? — поинтересовалась я, с трудом сохраняя спокойствие (эмоции просто разрывали меня изнутри). — Он перестал быть вашим сыном с того момента, как вы отдали его мне, в качестве наложника! Он больше не ваш! Он принадлежит семье Кроу!

— Ты слишком много на себя берешь! — зло возразила Карина.

— Беру столько, сколько могу унести, — парировала я, глядя на «лучшую» подругу.

— Буду вынужден обо всем донести императору, — пригрозил барон.

— А вот это я вам не советую, — я изо всех сил старалась казаться хладнокровной. — Это будет ваше слово против слова графа де Кроу. К тому же во дворце есть артефакт, выявляющий расу, который подтвердит, что в Лео течет кровь дракона, а вот на сто процентов или пятьдесят — никому определить не под силу. Вы растили его, как сына? Дали свою фамилию? Представили Свету? Нет! Так кто же вам поверит теперь, что некая могущественная дракайна смогла понести дитя от вас? — я рассмеялась. — Да никто! Вас в лучшем случае сочтут сумасшедшим, а в худшем накажут за наговор на дракона!

Барон де Роу побледнел, его плотно сжатые губы задрожали, но он молчал, возразить ему было нечем.

— Ты за это еще поплатишься… — змеей прошипела Карина.

— Не могла бы ты капать ядом где-нибудь в другом месте, дорогая? — усмехнулась я. — Кстати, что касается твоих угроз, — продолжила, подступая к ней ближе. — Я подготовила три письма, в которых подробно написала о твоих покушениях, с предоставлением неоспоримых доказательств, и отдала на сохранение трем самым надежным людям. И если со мной случится какое-либо несчастье, эти письма будут тут же отправлены моему мужу, начальнику Управы и самому императору. Погибну я — и ты пойдешь на плаху! — (Карина открыла и тут же захлопнула рот). Выждав паузу и удостоверившись, что до них дошли мои слова, я подвела итог: — Итак, господа, если вам нечего на это сказать, давайте заканчивать разговор. Предлагаю держать нейтралитет. Вы не трогаете меня, — многозначительно посмотрела на баронессу, — и Лео, — перевела взгляд в сторону барона, — а мы не трогаем вас! Договорились? — спросила я, они молчали, не в силах поверить, что проиграли. — Что ж, как говориться: молчание знак согласия, — свернула свой монолог и опустилась в реверансе. — Леонардо, мы уходим! — грациозно развернувшись, я покинула комнату. Полукровка последовал за мной.

Когда дверь за нами закрылась, я судорожно глотнула воздух. Напряжение спало, тело стало ватным и, если бы не Лео, то, наверное, не удержалась бы на ногах. Все это время я блефовала, и все мои силы ушли на то, чтобы сохранить спокойствие и быть убедительной.

— Госпожа, — подал голос мой бывший друг, когда мы отошли на должное расстояние от покоев барона, — не знаю, как вас благодарить…

Я вздрогнула, будто только сейчас осознала, что он здесь, идет рядом со мной.

— Это всего лишь проявление человечности. За такое не благодарят.

Лео немного помолчал, а потом, не выдержав, снова заговорил:

— А правда, что у императора есть артефакт, позволяющий определить расу?

— Нет. Это моя выдумка.

— И писем вы тоже не писали…? — пораженный, догадался он.

— Не писала, — подтвердила я. — Хотя, идея хорошая. Вот только доказательств у меня нет.

— Если нужно я буду свидетелем.

— Как бы из свидетеля тебя не сделали единственным обвиняемым!

— В крайнем случае, я готов и на это… — проговорил полукровка, а потом продолжил, меняясь в лице: — Вы мудрая женщина, — воскликнул он. — Выиграть словесную битву, не имея ни одного козыря в кармане. Это многого стоит! Восхищаюсь вами, госпожа!

Я остановилась и хмуро посмотрела на своего телохранителя.

— Свои восхищения оставь при себе! — проговорила строго и ткнула веером в его грудь. — И даже не думай, что тебя простила!

— Но вы меня спасли…

— Ничего личного. Просто не люблю несправедливость, — сказала и отвернулась, чтобы не показать своих истинных чувств. Конечно, я не держала