Умница для ректора - Алина Панфилова

как-то странно усмехнулся и попросил его никому не говорить о нашем внезапном визите.

— Нем как рыба! — расплылся в улыбке здоровяк. — Никого не видел!

Путь до аудитории проделали молча. Сторож, повстречавшийся нам на лестнице, лишь кивнул и продолжил обход, а мы, закрыв дверь изнутри, вопросительно посмотрели на мэтра, в ожидании дальнейших действий.

— Так, Амелия, не стойте столбом, протрите пол. Вы, господин Роут сделайте дополнительное освещение, но так, чтобы нас не увидели снаружи.

— Да кто нас увидит? — удивился Аррэн, на что мы с Гвинном переглянулись и мэтр хмыкнул:

— А вы, стало быть, вели праведный образ жизни в академии? Были послушным студентом?

Мне показалось или Роут смутился? Отвёл глаза в сторону, кашлянул в кулак и принялся развешивать под подоконниками огневички — не слишком яркие, но их света было достаточно, чтобы не спотыкаться в темноте.

Пока я гремела ключом и бегала вниз за ведром с тряпкой, мэтр Гвинн уже вовсю листал старые конспекты, и едва пол просох, протянул мне длинный белоснежный мелок.

— Чертите ту же схему, что и в прошлый раз. Но! Не торопитесь, Орланд. В обратном порядке. Вот вам основной чертёж, а вы делайте всё наоборот.

Ага, то есть мне рисовать ту же причудливую паутину, но начинать надо не с центра, а с конца?

— Грамотно подберите размер окружности, чтобы в центре осталось место, — предостерёг меня Гвинн. Роут молчал, прислонившись поясницей к ближайшей парте, и буравил меня задумчивым взглядом.

— А текст заклинания какой? — спросила я, предчувствуя сложную работу. Надо было сохранить чёткость линий, но каждую из них вести в другую сторону, а не так, как показано в учебнике, который норовил выпасть из руки.

— Я буду диктовать нужные слова, а ты повторяй за мной, — смилостивился преподаватель.

Работа началась.

Первый круг был забракован почти сразу. Переволновавшись, я провела две линии подряд не в обратную сторону, а так, как указывал чертёж. Раздался громкий хлопок и сильный магический поток был поглощён выставленной мэтром защитой.

К счастью, Роут перестал изображать столб и включился в процесс, сноровисто намывая пол.

— Вот уж не ожидала, — хихикнула я, глядя, как взрослый мужчина в дорогущих брюках стоит на коленях и вытирает меловые линии.

— Я тоже, — холодно отбил подачу Аррэн, припечатав вдогонку уничтожающим взглядом.

— К делу, — поторопил его мэтр. — Поговорите позже. Мне бы ещё поспать. Завтра четыре пары, а после работы украшать дом к Новому Году.

— До Нового Года пара недель, господин Гвинн, — возразил ректор. — К тому же напомнить, по чьей вине мы здесь собрались?

— Не я подписывал акт приёмки, — мигом стушевался мэтр и хлопнул в ладоши. — Амелия, чего лыбитесь? Заново, заново!

Лишь с четвёртой попытки у меня начало получаться. Линии шли ровные, просто загляденье, в нужном направлении и порядке. С губ слетал громкий, уверенный текст заклинания, и я делала акцент на ключевых словах. Когда осталась последняя линия, я не утерпела и бросила взгляд на Роута, что повернулся ко мне боком и отчаянно кусал губы, будто хотел что-то сказать, но сам себе запрещал.

— Ректор, — последняя линия соединилась с паутиной чертежа и по нему, словно змея, скользнуло алое пламя, сжирая нарисованное без остатка.

Аррэн вздрогнул и передёрнул плечами, будто его насквозь прошибло сильным магическим разрядом.

Некоторое время я молча смотрела на него, понимая, что это всё. Приключение, связавшее меня с этим невероятным мужчиной, окончено.

— Отличная работа, Амелия, — напряжённую тишину нарушил радостный голос мэтра. — На первую пару сегодня можете не приходить. У нас контрольная по сложным чертежам, и вы уже получили по ней зачёт. Даже больше скажу, зачёт со звёздочкой. Нет, без звёздочки, я вам помогал и…

Он что-то радостно вещал, но я была поглощена пустотой, разраставшейся внутри. Каждый удар сердца отдавал щемящей болью, и я надеялась, что Аррэн хотя бы попрощается со мной.

— Свободна, Орланд, — хрипло произнёс Роут, не глядя в мою сторону. — Переночуешь в общежитии, твои вещи пришлю утром курьером.

Вот что ему сказать?

Спасибо, господин ректор?

Простите?

И это всё?

Глаза застила влажная пелена, а внутри всё сжалось от обиды. Мог бы что-то хорошее сказать, на худой конец пошутить. Ну хоть что-нибудь, а не «Свободна, Орланд»!

Молча я выбежала из аудитории и устремилась к женскому общежитию, размазывая по лицу солёные слёзы. Дрожащими руками открыла замок, упала на свою кровать и захлебнулась в горьких рыданиях.

— Свободна, Орланд! — с надрывом выла в подушку. — Свободна! Свободна! Да подавись ты этой свободой!

Я не представляла, что мне делать и как дальше жить. За эти несколько дней Аррэн Роут стал для меня целым миром. Защитил меня, приютил, обогрел, накормил.

И целовал так, как меня не поцелует ни один мужчина.

Не помню, как я заснула, но утром проспала не только первую, но и вторую пару, совершенно не желая вставать с постели. Свернувшись клубочком под одеялом, я жалела себя и нехотя вылезла лишь тогда, когда раздался громкий стук в дверь.

— Амелия, в записке написано, что это для вас, — мальчишка, служивший посыльным, с трудом впихнул большую коробку, на которой было написано почерком ректора моё имя и номер комнаты.

— Кайли ещё не приехала? Сегодня должна. О, что за подарочки? — в дверном проёме показалась одна из многочисленных подружек моей соседки, чьё имя я всё время забывала и которая была ярой поклонницей ректора. — Фу, ну у тебя и опухшее лицо! Хотя ничего, сегодня можно и в таком виде.

— Почему? — равнодушно спросила я, понимая, что девица от меня не отстанет, пока не выговорится.

— Аррэн Роут не приехал в академию.

Глава 18.1

Аррэн Роут

Хотел ли я сорвать эту идиотскую привязку?

О да!

Хотел ли я снова стать свободным, и жить дальше, без лишних чувств и обязательств?

Бесспорно!

Но почему внутри меня всё разрывает на части, когда Амелия старательно рисует на полу этот проклятый чертёж?

За последние дни я сам не заметил, как привязался к одной из студенток. И мысль о том, что я вернусь в пустой дом, грызёт меня словно голодный пёс брошенную ему кость.

Как только линии загораются алым цветом, меня насквозь прошибает мощнейшим грозовым разрядом. Неистово хочется вырваться из запертого пространства, выбежать во двор и кричать, пока не кончится воздух в лёгких.

Вижу растерянный взгляд Амелии, в котором намешаны и радость, и отчаяние и что-то ещё. Взгляд, который видит меня насквозь.

Чего она от меня ждёт?

Что я пожелаю ей спокойной ночи?

Похвалю за отлично проделанную работу?