Прорыв в Эрафию - Михаил Атаманов

— Вот это актёр! — восхищённо выпалила она в итоге.

В повозке никаких лавочек не было, но зато толстым слоем было рассыпано свежее душистое сено. Я забрался внутрь и прилёг на сухую траву. Вскоре внутрь залезло еще шестеро мальчишек, всем на вид от десяти до пятнадцати дет. Последней к нам забралась Каришка.

Мы довольно долго сидели молча, с откровенным любопытством разглядывая друг друга. Никто не решался заговорить первым. Потом один из более старших пацанов c щербатой улыбкой толкнул рукой в бок своего соседа и громко, чтобы все слышали, произнёс:

— Прикинь, с нами тёлка будет! А я думал, что по ночам нам скучно будет.

— Да, повезло. Позабавимся! Нужно очередь разыграть будет, — в тон ему ответил длинный босоногий парень с запущенным лишаём на голове.

Остальные парни засмеялись при этих словах и стали отпускать в адрес Каришки пошлые комплименты и предложения. Девчонка отвернулась от остальных и никак не реагировала на приставания. В этот момент у фургона появился «бомж», только он уже успел переодеться в сельскую одежду и снял фальшивую грязную бороду. «Селянин» залез внутрь и раздал всем чёрные повязки на глаза.

— Это для вашей же безопасности, — сообщил он. — Не вздумайте повязки снимать и не пытайтесь подглядывать. С вами поедет наблюдатель, слишком любопытных заколет сразу же без разговоров.

На мои глаза «селянин» затянул плотную непрозрачную повязку. Я прислонился спиной к стенке фургона и далее уже на слух пытался представить — что происходит вокруг, и куда нас везут. Ребята вокруг сидели тихо, как мышки. Рядом со мной в рюкзаке периодически прыгала живая рыба. Изредка сквозь плотную ткань доносились голоса утренних прохожих либо крики далёких петухов. Одно колесо нашей телеги чуть слышно поскрипывало. Телега много раз поворачивала, меняя направление движения. Но в целом, как мне показалось, мы ехали в западном направлении. И реку мы точно не пересекали.

Поездка была долгой, мы ехали более часа. Но потом что-то изменилось — колеса телеги выехали с грунтовой дороги на брусчатку, застучав металлическими ободами по камням. А потом к стуку колес добавилось и эхо — мы въехали на огороженную территорию. Протяжно заскрипели ворота, пропуская нас. Мы въехали в какое-то закрытое помещение — это я понял по усилившемуся эху. Потом глухо лязгнули запоры, и мы остановились.

Незнакомый мужской голос сказал нам снимать повязки. После полной темноты повязки мои глаза непроизвольно щурились и слезились от света, хотя в помещении было не очень светло, скорее даже стоял сумрак. Закрытая большая комната с каменными стенами, свет исходил от нескольких факелов. Позади были глухие железные ворота без признаков запоров. С другой стороны находилась деревянная дверь с окошком для наблюдения. Мы спрыгнули с повозки. В комнате рядом с нами стояли трое вооружённых короткими мечами мужчин атлетического сложения, в кожаных безрукавках и кожаных же штанах. Все трое были обуты в высокие шнурованные сапоги, у всех на лицах имелись маски.

— Стройтесь в очередь, подходите поодиночке, у кого есть оружие — выкладывайте на этот стол, — приказал один из тройки охранников. — Не волнуйтесь, ваши вещи вам вернут перед выходом в город.

Мальчишки поодиночке стали подходить к столу. Только у одного из них в рукаве был спрятан короткий нож, у остальных оружия не было. Каждого из них потом охранники обыскали, проведя руками по бокам и проверив сумки и котомки. Но, по большому счету, вещей у мальчишек почти не было. Каришка отдала свою сумку на досмотр, но там оказалось только сменное бельё, деревянная резная кружка и свёрток с едой — булка хлеба и сушёные фрукты.

Когда же до меня дошла очередь, я расстегнул плащ и начал выкладывать на стол свою амуницию — сначала чехол с арбалетом вместе с напоясным патронташем с арбалетными болтами и металлическими шариками. Потом отстегнул и положил на стол пару ножен с двумя длинными мечами. Среди охранников начались нервные смешки. Когда же я снял плащ и выложил на стол шесть метательных ножей, то раздались удивленные и уважительные возгласы:

— Ну, ты даёшь!

— На войну что ли собрался?

— Готов поспорить, что это не всё!

Я выложил на стол два кинжала и сказал:

— В сумке гибкая дубинка, раскладной ножик со многими лезвиями и обычный кухонный нож. Вроде ничего не забыл.

В этот момент мой рюкзак неожиданно зашевелился на столе, отчего охранники дружно отпрыгнули в стороны.

— Это рыба, которую я сегодня утром наловил на мосту, где место сбора было. Нужно было не выделяться от собравшихся там рыбаков, и я начал тоже рыбачить. А рыба, как назло, попёрла на приманку. Не выкидывать же при всех — вокруг слишком много рыбаков столпилось…

Все рассмеялись.

— Да ты, я посмотрю, к любому делу подходишь с ответственностью. Не признаешь середины — если что-то делать, то по полной. Если вооружиться, то сразу арсенал. Если рыбачить — то чтобы целая сумка улова.

— Коль любить, так королеву! Воровать, так миллион! — весело согласился я.

Но моя шутка ожидаемого отклика не возымела. Почти сразу я сообразил, что собравшиеся просто не знают такого числа, как «миллион». Нужно быть осторожнее в выражениях, в который уже раз подумал я про себя.

— Рыбу я отдам нашему повару, не пропадать же добру! — усмехнулся один из охранников, в котором я уже определил старшего из этой тройки.

Меня обыскали, но больше оружия не было. Когда же охранники собирались уже пропускать нас внутрь, Каришка, которая до этого успешно прошла досмотр, вдруг вернулась к столу.

— Совсем забыла! — сообщила она, сняла с пальца и положила на стол широкое серебряное кольцо.

Она нажала на кольцо, и из него как коготь выдвинулась вверх раскрывшаяся серединная часть — полукруглое тонкое и чрезвычайно острое изогнутое лезвие длиной сантиметра четыре. Начальник охраны молча дал увесистый подзатыльник своему подчинённому, который досматривал девушку.

Мы прошли за деревянную дверь, спустились по винтовой лестнице глубоко вниз и оказались в большом прямоугольном хорошо освещённом зале, из которого в разные стороны уходили казавшиеся бесконечными полутемные коридоры.

— Приветствую собравшихся в единственной в Западной Столице Школе Воров! — в центре зала стоял высокий лысый человек в богатом халате, на лице у него была маска с прорезями для глаз и губ. Он замолчал, ожидая нашего ответа.

Мы нестройно поздоровались и замолчали, ожидая продолжения.

— Меня зовут Тиберий Тихий, на время вашего обучения я буду вашим куратором. По поводу поселения, питания, расписания занятий и по другим житейским вопросам можете обращаться ко мне. Также я через полгода буду обучать вас умению входить в доверие к незнакомым людям и умению спаивать собеседников. С другими преподавателями я также вас сейчас познакомлю.

Из тёмного коридора вышло четверо людей в масках: двое мужчин и двое женщин.

— Дилль Быстрые Пальцы, — представил Тиберий невысокого и сгорбленного седого мужчину в светлой куртке до самой земли. Будет преподавать у вас карманное воровство и навыки шулерства в азартных играх.

— Властелина Шустрая, — в центр зала вошла рыжая длинноволосая женщина в обтягивающем кожаном костюме с многочисленными вырезами. — Ваш преподаватель атлетики и уличного боя.

— Диккенс Безбожник, — на свет вышел человек явно аристократического рода, в богатой расшитой золотом дворянской одежде, коротком синем плаще и с пустыми ножнами на поясе. — Специалист по вскрытию замков, а также установке и снятию любых типов ловушек.

— Тень, просто Тень. Ваш преподаватель скрытности, — из коридора плавной походкой вышла высокая женщина в тёмных свободных одеждах, кожа её рук была необычного светло-серого цвета.

После этого без всяких дальнейших разъяснений четверка преподавателей, так и не проронив ни звука, удалилась в один из коридоров. Тиберий подождал, когда они скроются из виду, и продолжил:

— Сейчас вы пройдете в свободную от других обучающихся групп территорию подземелья, разместитесь и позавтракаете. Потом с каждым из вас по отдельности поговорит начальник охраны школы и разъяснит правила поведения. Вопросы есть?

Вопросов ни у кого не оказалось. Тиберий проводил нас по тёмному коридору до запертой глухой металлической двери и постучал условным сигналом: удар, быстрый двойной стук, потом несколько секунд тишины, затем опять двойной стук, затем размеренно три одиночных удара. Скрипучую дверь открыл человек в маске с кинжалом в руке.

— Занимайте любые понравившиеся комнаты, — указал Тиберий на ряд одинаковых отсеков. — Скоро вас позовут на обед. После обеда поодиночке можете проходить вон в ту дверь в противоположной стене, там вас уже давно ждёт начальник охраны. А он человек суровый, ждать не любит…