Говорящий со зверями - Андрей Геннадьевич Кощиенко

знаете историю моей семьи?! – искренне восхитился баронет. – Вы интересуетесь военной историей? Как здорово! Вы потрясающая девушка! Вы непременно должны согласиться на свидание со мною! Непременно!

Пьяные мозги баронета никак не отметили того факта, что прадед давно умер и спешить встретиться с милой девушкой, с которой он сейчас разговаривает, он никак не мог.

– Нет, баронет. Сейчас на свидание с тобой я не соглашусь, но чтобы ты не чувствовал себя обиженным, сделаю так, что тебе и твоим друзьям на всю вашу оставшуюся жизнь хватит рассказов – кого ты пытался закадрить!

Не успела Стефи моргнуть, как вместо девушки с легкомысленными кудряшками за столом рядом с ней вновь сидела Темная госпожа со снежными волосами и улыбкой вечности на устах. По трактиру словно порыв холодного ветра промчался.

Тишина…

Стефания с интересом смотрела на мгновенно протрезвевшего и побледневшего баронета, ожидая его реакции. К чести того, хоть он и испугался, виду парень постарался не подать.

– Госпожа богиня, – сделал он энергичный кивок, – честь имею! Прошу простить, если невольно позволил себе лишнего, будучи введенным в заблуждение вашим видом!

– Ну ты и на-а-а-аглый, баронет, – манерно протянула Хель, – ну ты и на-а-а-а-аглый… В заблуждение, значит, был введен?

– Так точно! – щелкнул тот каблуками.

– И приветствовать богиню как – тоже не знаешь?

– Знаю, госпожа!

– Темная госпожа. И что же тогда не приветствуешь?

– Предпочитаю умереть стоя на ногах, Темная госпожа!

– Хм… смел, решителен, быстро соображает… Настоящая военная косточка, не так ли?

– В нашем роду все такие, Темная госпожа!

– Знаю, знаю. Хорошо, баронет, иди. Будем считать, что свидание у нас с тобою назначено. Жизнь проживешь – придешь. Я тебя не тороплю. А пока – иди.

– Есть, Темная госпожа! На свидание не опоздаю! Приду – тютелька в тютельку!

– Иди, иди, храбрец. У меня коффай остывает…

Курсант отдал салют, четко повернулся на каблуках и, печатая шаг, промаршировал к выходу. Приятели его, переглянувшись, встали из-за стола, построились, отдали честь Хель и тоже промаршировали следом за ним.

– Военные… – глядя им вслед, с явным одобрением произнесла богиня, – всегда рядом со мною ходят. Уважают… И сразу узнают, в отличие от магов! Ладно, давай коффай допивать, пока совсем не остыл…

В это время трактир опустел, загрустив пустыми столами. Лишь за стойкой замерший толстенький бармен с испуганным лицом никак не мог решить дилемму – бросить свой трактир и бежать, или это недостойно профессионала, когда у тебя такая гостья? Тем более что она вроде и не к хозяину пришла…

– Подойди! – подозвала Хель хозяина, качнув головой.

– Госпожа!

Явно робея, трактирщик подошел к столу и упал на колени:

– Милости прошу!

– Это не ко мне, с милостями. У нас коффай остыл. Можешь что-то с этим сделать?

– К-к-к… Конечно, Темная госпожа! Сейчас все сделаю в лучшем виде! С пенкой! За счет заведения! Вы позволите?

– Ну если за счет заведения… – ухмыльнулась богиня. – Хорошо, можешь встать.

Трактирщик живчиком вскочил на ноги.

– Постой, – остановила его, дернувшегося было бежать к стойке, Хель. – Этот трактир достался тебе по наследству, не так ли? Семейное дело?

– Так точно, госпожа Хель! – отрапортовал тот, повернувшись к богине и зачем-то отдав честь. – Трактир я получил от своего отца, тот от деда, дед – от прадеда. Все в столице знают семью трактирщиков Блюмеров!

– Ну… не только в столице. Я тоже знаю. Помнится, пила я как-то коффай у твоего пра-прапрапрапра… короче – дальнего родственника!

– Да, госпожа богиня! Я знаю. Это одна из наших семейных легенд! Блюдце и кружка, из которой вы тогда пили, хранились как реликвия. К сожалению, в империи случились смутные времена… В столице были волнения. Трактир тогда разграбили и сожгли… чашка и блюдце пропали…

Трактирщик грустно вздохнул и понурился.

– Ничто не вечно под луной, – философски произнесла Хель и секунду спустя, улыбнувшись, добавила: – Кроме меня.

– Да, госпожа, – совсем загрустил трактирщик.

– Не грусти. Все пройдет. Теперь у тебя есть новая реликвия. А к ней прими еще кое-что от меня…

В воздухе внезапно появилась беломраморная плита. Пару раз крутанувшись, она развернулась широкой стороной к богине и замерла. Хель на секунду подняла глаза к потолку, задумалась. Потом усмехнулась и протянула вперед руку с вытянутыми пальцами. В тишине трактира раздался легкий треск, а на поверхности плиты появилась надпись, сделанная словно тонким перышком с черными чернилами:

«В этом трактире готовят отличный коффай! Уже восемьсот семьдесят лет…»

И подпись, с завитушками:

«Хель, Темная госпожа».

От удара рухнувшей на пол плиты трактир содрогнулся от подвала до конька крыши, разом звякнув всей своей посудой.

– Ну вот, – с удовлетворением произнесла богиня, с удовольствием взирая на дело рук своих. – Это не чашка. Не сопрут теперь. Да и разбить мою плиту будет весьма проблематично… Так, и где же мой коффай? С обещанной пенкой?

Императорский кабинет

– Ваше императорское величество! Ваше императорское величество!

В кабинет хозяина империи всунулась голова всполошенного секретаря. В руке он сжимал листок бумаги.

– Ваше императорское величество!

– Что там еще? – недовольно спросил Хайме, подумав, что еще чуть-чуть – и слово «ворвался» наиболее полно охарактеризует действия секретаря.

– Господин император! Получено срочное сообщение! В магическом университете появилась Хель, богиня смерти!

– Да ну?! – совсем не по-императорски отреагировал Хайме, резко выскакивая из кресла. – И что она там делает?

– Сообщается, что ректор университета архимаг Мотэдиус устраивает для нее почетный прием. А визит ее связан с желанием поговорить со своей подопечной – баронессой Стефанией Терской!

– Терской? – взлетели брови императора. – Ну ничего себе!

Некоторое время спустя

– Ну и зачем ты это сделала? – поинтересовался Коин, вопросительно глядя на Хель.

– А ты как думаешь? – ответила та.

– Я много чего думаю. Думал, ты «по-тихому» просто придушишь отравителей, да и все. А ты – целое представление устроила! Поэтому хочу услышать твое объяснение.

– Объяснение? –