Трудно ли быть фамильяром (СИ) - Дианина Нина

А теперь, после того, когда Вей её нёс на руках, и она ощущала теплоту и надёжность его сильных рук, слышала его стук сердца, после того как чувствовала его запах, видела тревогу и нежность в его глазах, эти фантазии стали ещё объёмнее и конкретнее.

Вей смотрел на неё своими янтарными глазами и улыбался, а ей снова хотелось, чтобы эти губы шептали что-то нежное и целовали её, а чуть шершавые ладони касались её тела. Его мускулистые руки расслабленно лежали у него на коленях, а на Кейру волной нахлынуло желание почувствовать его сильные объятия и ласку его тонких пальцев. Хотелось ощутить тяжесть его тела и увидеть в его глазах тот же огонь, который сейчас чувствует она сама.

Кейра вспыхнула. Кожа будто зазвенела, требуя ласковых прикосновений.

Девушка пискнула и зарылась в подушку, боясь, что всё это написано у неё на лице печатными буквами.

— Эй, ты что? Тебе плохо? — услышала она встревоженный возглас, и почти сразу её кровать прогнулась от того, что Вей сел рядом. — Позвать лекаря или Горана?

— Мечты сбываются, если сильно пожелать, — снова подумала Кейра с иронией. — Хотела ведь почувствовать тяжесть его тела. Вот, почувствовала, как он сел рядом и матрас просел под его весом. Радуйся, дурёха.

Она постаралась взять себя в руки и повернулась.

— Нет, всё хорошо, просто рукой пошевелила неудачно, — соврала она, не поднимая глаз. — Не беспокойся. Я сама Гора позову. Да и вообще, чувствую себя прекрасно по сравнению со вчерашним. Давай ты выйдешь, а я встану, умоюсь, да завтракать пойдём. Есть очень хочу.

— Конечно, — облегчённо заулыбался Вей, и Кейра снова замерла от его улыбки и близости. Теперь он сидел рядом, на расстоянии вытянутой руки, и его приятный чуть терпкий медовый запах окутал её невидимым коконом. — Я распоряжусь. Потом посмотрим на твоё самочувствие, а то и в саду можно погулять. Тебе горничную прислать?

— Нет, я, знаешь ли, сама привыкла.

— Смотри сама. Горничную тебе выделили, можешь вызвать в любой момент. Вот шнур для колокольчика. Опасаться никого не нужно. У нас тут не дворец, все свои, проверенные. Здесь в основном, служат оборотни и оборачиваться не запрещено.

Вей шагнул к выходу, а потом остановился и добавил:

— Совсем забыл. Там в гардеробе платья, бельё и обувь. Извини, подобрали то, что было. Ориентировались на твой размер и чтоб было новое. К сожалению, выбор был не большой.

Он вышел.

Кейра сползла с кровати и подошла к окну. Вид из башни, в которой её поселили, был потрясающий.

Сам замок со всеми постройками и крепостными стенами располагался на горе, сзади за ним начинались отвесные скалы. По сути, это была хорошо укреплённая крепость. Перед замком до самого горизонта простиралась равнина, как покрывалом, покрытая лесом, который начинался почти сразу за рвом у крепостных стен. Эта зелёное покрывало изредка прерывалось тёмными шпилями и крышами каких-то городков и поселений. От ворот замка вниз на равнину серпантином спускалась дорога, сначала мелькающая среди леса, а потом полностью теряющаяся среди деревьев.

Кейра вспомнила слова Вейго о том, как во время Очищения они с братом держали оборону в родовом поместье. Наверное, это было тут.

Она вымылась и попробовала сама себе высушить волосы заклинанием.

Получилось очень легко и практически без усилий. Её магические способности явно подросли. Осознавать это было приятно.

Настроение поднялось.

Платьев в гардеробе нашлось с десяток или больше. Некоторые Кейра уверенно отложила в сторону. Они были слишком. Слишком вызывающие, слишком яркие, слишком чуждые. Одно из них вроде бы и понравилось по цвету, однако смутили длинная шнуровка и ряд крючочков на лифе.

В конце концов Кейра остановилась на простом приталенном синем платье со свободной юбкой, складками падающей до щиколоток. Круглый вырез открывал шею, а узкие рукава спускались чуть ниже локтя. Оно выглядело бы совсем просто, если бы не тонкая серебряная вышивка по вырезу и обшлагам.

Синих туфель гардероб не предлагал, но подходящие мягкие чёрные туфли нашлись. Они, правда, были чуть-чуть великоваты, однако Кейра посчитала это не достойной внимания мелочью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Завтракали они тут же в гостиной уже все втроём.

Горан сначала поглядывал на свою магическую пару испытующе, а потом, осознав, что девушка почти в порядке, расслабился, развеселился и деже начал над ней подшучивать, вызывая её ответные колкие реплики.

— Что будем сегодня делать в этом уединённом и безопасном уголке? — после завтрака спросил он.

— Действительно безопасном? — Кейра вопросительно посмотрела на Вейго.

— Действительно. Нежити тут нет. Замок полон артефактов и оборотней. Оборачиваться тут не запрещено, поэтому нежить наш замок избегает. В общем, здесь чисто от нежити.

— Выходит, здесь все добрые и хорошие, нежитью не погрызенные, без пороков, — улыбнулась девушка.

— Нет, почему же все добрые и хорошие. Обыкновенные. Со своими природными недостатками. У нас тут народу много живёт. Есть и завистливые, и злопамятные, и придирчивые, и ревнивые. Всякие. Да только никто не грызёт им разум, цепляясь за пороки, усиливая их и питаясь чёрными эмоциями. Никто не толкает под руку, нашёптывая, сделай побольнее да обругай погаже.

— Это точно. Только в этом случае не только нашёптывают, но и порой даже говорят за тебя, — усмехнулся Горан.

— В каком смысле? — удивилась Кейра. Вейго тоже вопросительно посмотрел на друга, ожидая развития темы.

— Ты, Вейго, да и ты, Кейра, наверняка не знаете как оно бывает, когда кто-то впивается в твой разум и толкает тебя на неблаговидные поступки. Вы же оборотни! А вот я хорошо это помню.

— Как? Когда? Гор, ты же весь постоянно в защитных артефактах! — недоверчиво покачал головой оборотень.

— Потому и в артефактах. Собственно, поэтому я и в Магическую академию пошёл. Меня родители сначала в королевскую финансовую службу метили. Только где-то в шестнадцать я разругался со своим другом из-за неосторожной и не вовремя сказанной фразы.

— Со всеми бывает, — пожал плечами Вей.

— Я тоже так тогда подумал. А только потом, ситуация повторилась ещё раз и ещё, а в девятнадцать от ревности прилюдно оскорбил свою любимую девушку. Вполне логично, что она не захотела меня больше видеть, и я очень переживал, ругая себя за свою несдержанность.

Горан прикрыл глаза, у его ярких чувственных губ легла горькая складка. Друзья молчали, ожидая продолжения.

— Я тогда сильно страдал и постоянно в мыслях прокручивал случившееся, не понимая, как мог такие жестокие и несправедливые слова вообще произнести! Анализировал, анализировал и в какой-то момент осознал, что те злые жестокие слова произнёс не я. Словно кто-то другой тогда выпустил из моего рта ту проклятую фразу. Заставил мой язык произнести её. После этого стал вспоминать и вспомнил многие случаи, когда злые слова, вылетающие из моего рта, были сказаны словно бы и не мной. Они приходили откуда-то извне. Будто кто-то хитрый и злобный дёргал мой язык, заставляя говорить гадости.

— Почему это произошло? Не справился твой артефакт против нежити? — сочувственно спросила Кейра.

— Это вообще было до Очищения. Артефактов защиты тогда почти не было или были очень слабые. Ими вообще тогда мало кто пользовался. Нежити было совсем немного из-за присутствия оборотней и наличия действующих храмов Хардоша в королевстве. Однако ко мне чорк почему-то всё же смог прицепиться.

— А как ты справился?

— Выучил заклинание обнаружения нежити, подошёл к зеркалу и увидел чорка у себя на голове. А потом прямиком пошёл в храм к Хардошу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Чорк прямо так и поехал поехал на тебе? — нахмурилась Кейра.

— Именно так и поехал. Хотя да, конечно, он сопротивлялся, как мог, пытаясь на меня воздействовать. До храма я дошёл просто на силе воли и упрямстве, уговаривая себя, чем только можно.

Когда я вошёл внутрь, ко мне подошёл жрец и сказал:

— На тебе чорк. Он сейчас исчезнет, но следы от его воздействия останутся. Тебе понадобятся усилия, чтобы исправить те изъяны, что прогрызла в тебе эта нежить.