Гиана. Кристальная маска - Эйлис Торн

что ее больше нет. Они отдали ее на суд. После этого я ее не видела и не чувствовала. Но моя душа не даёт мне покоя: возможно, она за рекой Мьор и там ожидает меня…

Мы были так неотделимы, а они разлучили нас. Тогда часть моей души угасла, и я выбрала путь — стать Аэр — ветряным духом, защитником востока. Мы чисты и отдаём свою душу, наполняя силой реку Мьор. Я все эти годы жила в надежде встретить её там.

Агидель говорила с огромной грустью и слезами, словно переживала это снова и снова. Каждое слово давалось ей с великой болью, когда она вспоминала о своей сестре Милии.

— Ты не выбрала этот путь, правда?

— Нет, я не хочу идти по стопам верховных. Они не те, за кого себя выдают на протяжении всех этих лет. Их души развратились, они забыли, кто мы на самом деле. Я догадываюсь, кто ты. Беги отсюда и больше не возвращайся.

— Что? Ты знаешь, кто я такая?

— Ты перерождение моей сестры. Такого не было никогда, но матушка Земля тебя послала сюда. Это знак мне о моем обещании, которое я позабыла. Когда я увидела тебя там, на лужайке, облитую кровью, я как будто увидела свою сестру. Я душой чувствую, что ты — это она. Не могу объяснить, почему, но мое сердце расцвело при виде тебя. Ты такая же, какой была Милия. Я думаю, ее душа живет в тебе.

Девушка улыбнулась и с силой обняла меня. Слезы текли из глаз. Я слушала этот рассказ и понимала, о ком идет речь. Я поняла, что Милия моя мать!

— Ох, моя Милия. Ты всегда слушала зов своего сердца, была остра на язык и не переносила ложь. Помню, как ты увлекалась чтением и знакомилась с разными знаниями, многое из чего я переняла. Ты учила меня лечебным травам и умению ориентироваться в лесу. И вот теперь мы снова встретились.

Каждое слово, что говорила Агидель, словно описывало меня. Это так странно, словно она знала меня всю жизнь. Я молча слушала ее.

— Поделись ее историей, — попросила я.

Агидель задумалась и добавила:

— Однажды она отправилась сопровождать Аера на другой берег реки Мьор. Недалеко от того места была деревня людей, и Милия, не справившись со своим любопытством, решила туда заглянуть. Ей очень хотелось увидеть, как живут люди. Но тот день был предрешен небесами.

Рано утром напали на домик на отшибе. Там было ужасное зрелище, как она потом рассказывала мне. Рыдания и кровь. Смерть пришла в этот дом ураганом.

После того, как дикари ушли, она не могла устоять и зашла в дом. Боже, что она увидела! Разорванное тело женщины, кровь везде. Мать, оберегая своих детей, была жестоко убита. Ее распотрошили, словно сареллу.

Отец бился с этими зверями и был сильно ранен. Однако его не убили и не расчленили на куски, оставили умирать. Они не тронули двух малышек. Те прятались под огромным покрывалом из травы. Их они, видимо, не заметили, или не учуяли. Особая магия укрыла их от беды.

Мужчина был смертельно ранен и очень слаб, но он успел попросить Милию отнести двух малышек в деревню и подкинуть их людям. Она так и не узнала, что сталось с ними в дальнейшем.

Мужчину она не бросила: всю ночь она была рядом с ним. Сделав из трав лекарства, она смогла остановить кровотечение и победить лихорадку.

Он выжил.

Она влюбилась в него с первого взгляда. Он был так добр, это читалось в его глазах, но его душа была сильно изранена.

Они пробыли вместе несколько дней и успели сильно полюбить друг друга. Как? Никто не понимает! Такого просто не могло быть, ведь гианы не любят.

Милия была готова бросить все ради него и убежать, но из-за меня не смогла этого сделать. Она вернулась за мной… Мужчина же был слаб и не мог далеко уйти, ему нужно было еще время на восстановление. Но самое страшное, что она вернулась за мной накануне голубой луны. Мы с ней были теми, кого должны были окунуть в реку. Мы были уверены, что на нас не будет знака. Ведь наш цикл кровотечения уже прошел. После ритуала мы договорились, что как только все уснут после пира, мы сбежим. Но дальше все пошло не по плану. Ее избрали и увезли в другое место, а меня оставили…

У Агидель были слезы на глазах, крупные и пылающие. Она явно переживала, вспоминая тяжелые моменты прошлого.

— Я не смогла помочь ей, — пробормотала она с глухим вздохом. — Не смогла. Но сейчас у меня есть ты, Энафа, и я обещаю уберечь тебя от них.

— Я не понимаю… Ты говорила, что они сбежали. Но как? Как тот мужчина узнал? Расскажи мне, — взволнованно расспрашивала я. — Кто он?

— Не знаю его имени, — ответила Агидель тихо. — А почему ты так интересуешься этим?

— Я не могу тебе сейчас всего рассказать, но для меня это очень важно, — чувствуя уверенность, просила я.

— Я помню тот день очень хорошо, — продолжила Агидель свой рассказ. — После пира Вейда Дана увезла двух девушек, Милию и Сару. Милия уговорила меня сообщить ему, и я согласилась. Он ждал её недалеко от реки смерти. Я помогла ему пересечь реку и рассказала, что её увезли Вейды. К тому моменту уже было очевидно, что что-то не так происходило в той долине. Мы подозревали, что верховные скрывали что-то важное, о чём нам не говорили.

Я не смогла следовать за ней, потому что это могло вызвать подозрения. А времени было мало. Мы обычно не путешествуем по тем местам, где не нужно, каждый из нас имеет своё предназначение.

Я помогла мужчине. И тогда я словно увидела фрагменты её жизни ее глазами, и узнала всё, что произошло.

Её бросили в огромное подземелье вместе с другой девушкой, и спустя некоторое время к ним прибыл каменный человек. Я видела его крошечными кусочками через её глаза, и чувствовала её страх, её слезы. Кама первым схватил Сару и потащил за ногу в другое место, чтобы делать то, что им было приказано. Они изнасиловали ее. Ее крик до сих пор живет в моей голове.

Тот мужчина поспел вовремя. Он успел вытащить ее, и они бежали без оглядки.

На следующее утро верховные призвали меня. Они бросили меня в закрытой комнате. Меня связали. Причинить вред мне они не могли, но издеваться и морить меня голодом им ничего