Объявлено убийство - Кристи Агата

– Мисс Блэклок была ко мне очень добра. Очень, очень добра! Я не пыталась ее убить. Я даже в мыслях не желала ей зла! Но все равно Пип – это я. – Филиппа помолчала и добавила: – Так что не надо больше подозревать Эдмунда.

– Не надо? – переспросил Краддок. В голосе его снова зазвучали едкие нотки. – Эдмунд Светтенхэм обожает деньги. И, наверное, не прочь заполучить богатую невесту. Но она не разбогатеет, если миссис Гедлер умрет раньше мисс Блэклок. А поскольку миссис Гедлер наверняка умрет раньше, ему необходимо что-то предпринять, не так ли, мистер Светтенхэм?

– Это гнусная ложь! – воскликнул Эдмунд.

И вдруг по дому разнесся крик. Он долетел с кухни. Долгий, нечеловеческий крик ужаса…

– Господи, ведь это не Мици? – вскричала Джулия.

– Нет, – покачал головой Краддок. – Это человек, на совести которого три убийства.

Глава 22

Правда

Когда инспектор обвинил Эдмунда Светтенхэма, Мици тихонько улизнула из комнаты в кухню. Не успела она налить в раковину воды, как появилась мисс Блэклок.

Мици пристыженно покосилась на нее.

– Какая же ты лгунья, Мици! – мило улыбнулась мисс Блэклок. – Разве… разве так моют посуду? Сначала помой серебро. Да налей же ты раковину пополнее! Как можно мыть посуду, если в раковине совсем нет воды?

Мици послушно открыла краны на полную мощность.

– Вы не сердиться, что я так говорить, мисс Блэклок? – спросила она.

– Если бы я сердилась на все твои выдумки, мне пришлось бы беситься с утра до ночи, – ответила мисс Блэклок.

– Тогда я идти к инспектор и говорить, что это выдумка? – спросила Мици.

– Он и без тебя уже в курсе, – любезно откликнулась мисс Блэклок.

Мици закрыла кран, и тут же сильные руки одним рывком сунули ее голову под воду.

– Только я знаю, что ты раз в жизни сказала правду, – злобно проговорила мисс Блэклок.

Мици отбивалась, пытаясь вырваться, но мисс Блэклок оказалась на удивление сильной и удерживала голову девушки под водой.

И вдруг совсем рядом раздался жалобный голос Доры Баннер:

– О Лотти, Лотти… не надо… Лотти!

Мисс Блэклок вскрикнула. Руки ее разжались и выпустили Мици, которая, задыхаясь и отплевываясь, подняла голову. А мисс Блэклок продолжала кричать, потому что на кухне никого не было…

– Дора, Дора, прости меня! Я должна, должна была это сделать…

Не разбирая дороги, мисс Блэклок кинулась в посудомоечную, но путь ей преградил сержант Флетчер, а из шкафчика для веников и половых щеток шагнула раскрасневшаяся мисс Марпл.

– У меня всегда хорошо получалось подражать чужим голосам, – сказала она.

– Вам придется пройти со мной, – заявил Летиции сержант Флетчер. – Я свидетель вашей попытки убить девушку. Впоследствии вам будут предъявлены и другие обвинения. Должен предупредить, Летиция Блэклок…

– Не Летиция, а Шарлотта, – поправила сержанта мисс Марпл. – Шарлотта Блэклок, вот кто она такая. Под жемчужным ожерельем, которое она носит не снимая, у нее шрам от операции.

– От операции?

– Да. От операции по удалению зоба.

Притихшая мисс Блэклок изумленно посмотрела на мисс Марпл:

– Выходит, вы все знаете?

– Да, с некоторых пор – все.

Шарлотта Блэклок присела к столу и заплакала.

– Зря вы это сделали, – всхлипывая, бормотала она. – Зачем вы говорили Дориным голосом? Я любила Дору. Я действительно ее любила!

Инспектор Краддок и все остальные толпились в дверях. Констебль Эдвардс, помимо прочих своих достоинств, умевший оказывать первую помощь пострадавшим, делал Мици искусственное дыхание. Как только к Мици вернулся голос, она принялась превозносить себя до небес:

– Я все хорошо делать, да? Я умный! И смелый. О, я такой смелый! Меня почти совсем, немного убили! Но я так смелый, что рискую все.

Внезапно мисс Хинчклифф выскочила вперед и набросилась на рыдающую Шарлотту Блэклок. Сержанту Флетчеру с трудом удалось ее оттащить.

– Нет-нет, – пытался он урезонить мисс Хинчклифф, – что вы… не надо…

– Пустите меня! – приговаривала, стиснув зубы, Хинч. – Я ее растерзаю. Это она убила Эми Мергатройд!

Шарлотта Блэклок подняла на нее глаза и всхлипнула:

– Я не хотела ее убивать. Я никого не хотела убивать… так получилось… Но жаль мне только Дору, после Дориной смерти я осталась совсем одна… С тех пор как она умерла, я одна… О Дора, Дора!..

Мисс Блэклок закрыла лицо руками и вновь зарыдала.

Глава 23

Вечер у пастора

Мисс Марпл сидела в кресле с высокой спинкой, Банч примостилась на полу напротив камина, обхватив колени руками. Преподобный Джулиан Хармон подался вперед и впервые смахивал больше на школьника, чем на мудрого старца, много повидавшего на своем веку. Инспектор Краддок курил сигару, потягивал виски с содовой и чувствовал себя вольготно. Другой кружок образовали Джулия, Патрик и Филиппа.

– Я считаю, что это ваша история, мисс Марпл, – сказал Краддок.

– О что вы, мой мальчик! Я лишь капельку помогла вам. Но вы были в курсе всех событий, вы вели расследование и знаете куда больше меня.

– Ладно, рассказывайте вдвоем, – нетерпеливо перебила старушку Банч. – Каждый по кусочку. Только пусть начинает тетя Джейн, потому что мне нравится, как она путано рассказывает. Когда вы в первый раз заподозрили Блэклок, тетя Джейн?

– Трудно сказать определенно, дорогая Банч. Конечно, мне с самого начала показалось, что самый подходящий человек для организации налета – это мисс Блэклок. О ней единственной было известно, что она общалась с Руди Шерцем. Да и потом, устроить такую заваруху в собственном доме проще простого. Возьмем, к примеру, отопление. Камин зажигать было нельзя: от него был бы свет. Но никто, кроме хозяйки дома, не может распорядиться включить центральное отопление. Не хочу сказать, что я все время об этом думала… Однако порой у меня возникало сожаление, что разгадка не так проста. Впрочем, потом я, как и остальные, была введена в заблуждение, что кто-то покушается на жизнь Летиции Блэклок.

– Наверно, имеет смысл сразу уточнить, что же произошло в действительности, – сказала Банч. – Швейцарец узнал ее?

– Да. Он работал в… – Мисс Марпл нерешительно взглянула на Краддока.

– В клинике доктора Адольфа Коха в Берне, – сказал Краддок. – Кох был всемирно известным специалистом по удалению зоба. Шарлотта Блэклок легла в его клинику на операцию, а Руди Шерц работал там санитаром. Приехав в Англию, он увидел в гостинице даму, бывшую пациентку Коха, узнал ее и при случае заговорил с ней. Дай он себе труд задуматься, Руди, конечно, не стал бы этого делать, ведь он уволился из больницы, и над его головой сгущались тучи. Впрочем, это произошло спустя некоторое время после выписки Шарлотты, и она могла этого не знать.

– Выходит, он не говорил ей ни о Монтре, ни об отце, хозяине отеля?

– Нет, она все придумала, – сказала мисс Марпл. – Представляете, Шарлотта чувствовала себя в безопасности, и вдруг – на тебе, какое чудовищное невезение! Она встречает человека, который знал ее не как одну из двух мисс Блэклок (к этому она была готова), а именно как Шарлотту Блэклок, больную, которой удалили зоб… Но вы хотели услышать все по порядку. Итак, началось все – надеюсь, инспектор со мной согласится – тогда, когда у Шарлотты Блэклок, милой, очаровательной и беззаботной девчушки, начала увеличиваться щитовидная железа, именуемая в народе зобом. Это разбило ее жизнь, она ведь была очень ранимой девочкой и слишком болезненно относилась к своей внешности. Многие девочки этим грешат, особенно в подростковом возрасте. Если бы мать Шарлотты была жива или если бы отец был более разумным человеком, она не оказалась бы в столь плачевном состоянии. Но никто не пытался отвлечь ее от грустных мыслей, не заставлял общаться с людьми, вести нормальный образ жизни и не зацикливаться на своем недостатке. Конечно, если бы Шарлотта росла в другой семье, ей бы сделали операцию гораздо раньше.