Иль Фарг. Невестка Эмира - Ульяна Соболева

как одержимый, и мне показалось, что я взмыла в небо. Оказывается, я способна отвечать. Способна глотать его дыхание, ощущая жадные толчки языка, от которых сжимаются бедра. Ахмад не дает мне вздохнуть, целует с бешеной силой, и мое тело почему-то бьет непонятной дрожью. Такой дикой, такой сильной. Я вдруг поняла, что и в самом деле хочу его. Примитивно, жадно. Целую его порочные губы, и голову кружит от вкуса его дыхания.

Я похожа себе на голодное животное, доведенное до какого-то безумия.

И он отбирает дыхание властно, дико и безжалостно. Сжимает мою грудь ладонями, а я бессовестно и так нагло трусь о них возбужденными сосками…

– Охренеть… – шепчет хрипло, и следом снова ругательства. Его пальцы проводят металлом кольца по напряженному соску, цепляют его, надевая на кончик, и они настолько твердые и вытянутые, что кольцо не падает. Выдыхает какое-то слово и жадно впивается ртом в мой сосок, втягивая его через кольцо в рот. От диких ощущений подбрасывает все тело. Это дикое сумасшествие – настолько сильно хотеть своего палача.

Скользит вниз по животу, и я ощущаю, как возбуждение накатывает волнами и между ног становится нестерпимо горячо и мокро. Там еще никогда не было настолько мокро. Боже… там никогда не было мокро. На доли секунд реакция собственного тела смущает, сводит с ума. Мне стыдно, но я не могу остановиться. И вдруг отстранился, вокруг нас обволакивающая восточная музыка, сводящая с ума и заставляющая трепетать все тело.

Я посмотрела на его пальцы с кольцом, на то, как он перекатывает его между ними, и судорожно сглотнула, перевела взгляд на губы, на то, как они приоткрылись, на то, как красиво и четко обрисовываются его скулы, словно вылепленные из мрамора.

Обводит мою грудь кольцом, и от прикосновения по коже бегут мурашки, еще и от осознания, что я перед ним совершенно голая, а он полностью одет. Опустила взгляд, наблюдая за его действиями, видя, как сильно напряглись соски, и как они трепещут, когда он цепляет их металлом, лаская по очереди.

Приложил кольцо к моим губам, провел по верхней, по нижней, а я, глядя в его глаза, высунула язычок и облизала кольцо.

– Твою ж…, – зарычал и притянул за волосы к себе.

Заскользил вниз, касаясь кольцом между ног, проводя им по пульсирующей плоти. Боже, я задыхаюсь, я сейчас разорвусь на кусочки. Со мной никогда не происходило ничего подобного. Привлек сильно к себе, удерживая за спину, проводя кольцом по животу, играя им в ямочке пупка.

Чувствую его эрекцию бедром, и становится нечем дышать. Сегодня мне не страшно. Сегодня почему-то все мое тело горит, и там, во влагалище словно все раскалилось, стало мокрым. Все мои вены, мои нервы обнажены до такой степени, что мне хочется закричать.

Надевает кольцо на кончик пальца, скользит им по лобку, по нижним губам.

– Раскройся! – горячо мне в губы. И жаром обдает щеки. – Раскрой ее для меня!

Судорожно глотая вязкую слюну сухим горлом, повинуюсь, раздвигая плоть пальцами обеих рук в разные стороны. Смотрит вниз, заставляя меня не просто покраснеть, а задохнуться от стыда и от понимания, насколько же порочно то, что происходит между нами сейчас. Отправляет кольцо к себе в рот, достает совершенно мокрым с тянущимися ниточками слюны, надевает на верхнюю фалангу среднего пальца и касается подушечкой моего клитора. Камень цепляет чувствительную плоть, и с моих губ срывается стон. Он открывает рот и смотрит на свои действия, на то, как двигаются его пальцы, и как кольцо вжимается в плоть, придавливая чувствительный бугорок, поддевая вверх и вниз.

– В самый раз… – рычит мне в губы, – мне нравится кольцо на тебе, мог бы – окольцевал бы тебя везде. И там тоже. Поставил бы клеймо на каждом миллиметре твоего тела.

– Зачем? – спросить, закатывая глаза от невыносимой чувствительности и острого удовольствия, которое доставляли его порочные ласки. Я, запрокинув голову, жадно хватаю губами воздух. Возбуждение, как цунами с огромными мощными волнами, одна смертоноснее другой, с сильным проникновением пальца громко закричала. Задрожал самым рельефным камнем на кончике узелка, и я не просто закричала, я заорала, извиваясь всем телом, царапаясь, сжимая его руку, выгибаясь мостиком назад, задыхаясь и умирая от невероятного по своей силе оргазма.

– Чтобы ты была только моей! – протяжно зарычал, наваливаясь сверху, набрасываясь губами на мои губы.

Я заплакала, по щекам катятся слезы, и сильно сводит судорогой низ живота. На секунду телом овладевает ужас от того, как прижимается его плоть к створкам моего лона, но… в этот раз боли нет. Член входит на всю длину одним толчком и заполняет все еще содрогающуюся плоть, и от этой наполненности я выдыхаю ему в губы.

– Что? – ревет и задыхается сам, – Оттолкнешь? Уже не нравится?

– Нравится…

Шепчу и тяну его к себе.

– Ложь! – выгибая меня назад и вбиваясь сильнее, но от толщины его члена, от разрывающей полноты мне не больно… а я ощущаю, как раздразнённая плоть трется о его взбухшие вены, как он извивается внутри своими жуткими узлами и словно ласкает меня даже там.

– Правда… я тебя так сильно чувствую… и мне не больно…

– А зря! – настороженно смотрит мне в лицо. – И так?

Сильно толкается внутрь, а меня ослепляет вспышкой вновь нарастающего удовольствия.

– Не больно!

– И так?

Еще толчок, еще. Яростнее, жестче, глубже. Но мне не просто не больно, меня уносит таким адским возбуждением, таким острым удовольствием, что мне кажется, я взмываю на дикую высоту от каждого его толчка. Какой-то из узлов его шрамов цепляет клитор, трет его, сминает, и с каждым толчком меня знобит все сильнее и сильнее, выворачивает, и я вся покрываюсь каплями пота.

– Еще… хочу вот так еще.

– Что? – хрипит, словно не веря.

– Хочу тебя еще сильней… хочу… пожалуйста, Ахмааад. Ахмааад.

От сильных толчков волны внизу живота начали подниматься вверх по всему телу. Под каждый резкий удар его члена и трение шрамов и узлов о нежную плоть.

Сжимает пальцами горло, не дает дышать.

– Боишься меня? Я могу… могу убить тебя, Аллаена!

– Убивай, только не останавливайся!

– Кус амммммак… я…аллла…

Чем сильнее он бьется внутри и сжимает горло, тем сильнее меня накрывает, тем невыносимей наслаждение.

Беспрерывные стоны срываются с губ. Я сошла с ума, потому что мне хочется, чтоб сдавил сильно, чтоб вот так перехватывало и сводило с ума.

Жадно смотрю, как двигается, как напрягаются мышцы на его теле, как запрокидывает голову, Пальцы впиваются в его волосы, притягивая к себе.

– Выпей меня!

– Я