Сердце воина - Джоанна Линдсей

Именно их схожесть и навела Бриттани на догадку. Она не знала, как это проделано, но эти люди, должно быть, просто иллюзия, созданная для устрашения Джоррана и его сообщников и призванная убедить их в том, что весы клонятся в сторону Ша-Каана.

Бриттани быстро сообразила, что делать, и попыталась ослабить напряжение, протискиваясь через толпу и повторяя одно и то же:

— Это местная театральная труппа, вам выпала удача насладиться бесплатным спектаклем, беспокоиться не о чем.

Теперь, даже увидев кровь, зрители посчитают это театральным трюком. Жаль только, что ее не обманешь! Бриттани старалась не смотреть в ту сторону, где продолжалась схватка, ей было невыносимо все это видеть.

Остановившись рядом с Кортом, она требовательно спросила:

— Почему ты не поможешь ему обезоружить Джоррана и захватить в плен?

— Да он разберет меня на платы, если я посмею вмешаться в драку! Воины крайне чувствительны к подобным вещам, — пояснил Корт.

— Разберет? — буркнула она. — Да я лично разделаю тебя под орех, если с ним что-то случится.

— Пока в человеке теплится жизнь, его можно собрать по кусочкам, — с улыбкой заверил Корт.

Что за странный способ выражаться! Почему бы не сказать проще: доктора вылечат тебя, если раны не смертельны?

Его хладнокровие должно было успокоить ее, но ничего подобного не произошло. Бриттани все же взглянула в ту сторону и немедленно об этом пожалела. Теперь отвести глаза было невозможно. На белом полу алели капли крови. Пока всего лишь капли. И похоже, на Далдене не было ни единой царапины. А вот на левом предплечье Джоррана появилась рана, правда, не очень большая. Лезвие меча разрезало шелковый рукав и оставило красный след до самого локтя. Хотя в основном кровь текла из носа и пореза на щеке: должно быть, по его лицу плашмя прошелся меч Далдена.

Но никакие ушибы и уколы не остановили вихревых движений руки Джоррана, державшей оружие. Он был неутомим в своих усилиях добраться до Далдена: очевидно, его меч-бритва почти ничего не весил. Однако пока ему это не удавалось из-за ручных щитов Далдена, защищавших их обладателя и отражавших каждую новую атаку. Меч-бритва просто отскакивал от них.

Далден старался щадить соперника. Когда Джорран попытался ударить врага и слишком далеко вытянул руку, Далден схватил его за запястье и звонко шлепнул мечом по боку, но не острием, а опять плашмя. Он мог бы обезоружить Джоррана. Убить. Но вместо этого сломал ему ребра и разбил нос.

— Он просто играет с ним! — поразилась Бриттани. В голосе ее звучало раздражение, смешанное с беспокойством.

— Да, — согласился Корт II.

— Зато намерения Джоррана вполне серьезны.

— И это верно.

— Зачем же рисковать? А вдруг удача окажется на стороне Джоррана? — допытывалась она.

— Потому что Далден — воин.

— Значит, вместо того чтобы добиться цели самым легким и быстрым способом, он разыгрывает из себя героя? Настоящее средневековье!

— Вернее, варварство. Что возьмешь с дикаря? — хмыкнул Корт, многозначительно подмигивая, словно отпустил очередную непонятную ей шуточку. Бриттани ужасно захотелось отвесить ему оплеуху: должно быть, и в ней проснулись первобытные инстинкты. Неужели она одна понимает, как опасен этот спектакль, когда на карту поставлена жизнь?!

Глава 27

Несколько мгновений они осторожно кружили по центру зала. Далден великодушно дал противнику время передохнуть. Джорран тяжело дышал. Пот собирался каплями на лбу, под мышками выступили темные круги, на спине показалась влажная дорожка. Ничего не скажешь, тяжелая работа — резать кого-то на кусочки. Далден же, казалось, ничуть не устал.

— Может, сдашься, пока не поздно? А вдруг пощажу? — небрежно бросил Далден.

— Предлагаешь, чтобы я ползал на коленях?

— Но ведь не я проигрываю.

— И не я.

— Разве? Воины учатся на чужих ошибках. Увидев собственными глазами, как опасен твой меч, мы с Фалоном долго тренировались, чтобы уметь уклоняться от его разящей мощи.

— Любая тренировка ничего не значит по сравнению с настоящим боем, — самодовольно ухмыльнулся Джорран. — Особенно когда меч-бритва жаждет твоей крови.

— Верно. Но разве весь твой опыт не подготовил тебя к встрече с ша-каанским воином, жаждущим твоей крови?

Джорран не ожидал нападения — до сих пор Далден только защищался, — и его реакция оказалась недостаточно быстрой. Не успел он и глазом моргнуть, как Далден поднял его в воздух и кинул через весь зал, а сам моментально оказался рядом, возвышаясь над Джорраном, как могучий дуб над травинкой.

— Ну что? — спросил он. — Неужели еще не понял, что Фалон не собирался биться до смерти? Сам-то не ощущаешь разницы?

Он тоже не собирался расправляться с Джорраном, хотя тому пока не обязательно об этом знать. И без того гордец вне себя от бешенства. Кто смеет швырять Высокого Короля, как грязные отбросы?

Но гнев, как уже сказано, — плохой помощник. Еше одно преимущество в пользу Далдена.

Джорран откатился от него, вскочил на ноги и снова стал в оборонительную позу. Вращение меча слилось в один сверкающий круг. Значит, наступает решительная минута. Джорран решил покончить с ним. Прекрасно. До сих пор бой напоминал детские забавы. Но Далден не хочет, чтобы Фалон, который наверняка выйдет из себя, узнав, что не ему выпало на этот раз сразиться с Джорраном, ощутил себя слабым и немощным, потому что ему не удалось выйти из поединка целым и невредимым. Конечно, тогда Фалон не ведал, с чем столкнется, и орудовал тяжеленным мечом против почти невесомого орудия Джоррана. Зато теперь они знали, что делать.

Гнев все-таки погубил Короля. Бешеный взрыв энергии быстро утомил его. И когда движения его руки замедлились, Далден понял, что настало время. Вместо того чтобы отбить следующий выпад, он подпел меч-бритву, едва не сбив Джоррана с ног. Тот потерял равновесие, пошатнулся, а Далден тут же ударил его мечом по коленной чашечке. Джорран мешком свалился на пол, и, пока приходил в себя, Далден обезоружил его, выворачивая правую руку за спину. Послышался сухой хруст сломавшейся кости.

Конец. Правда, Далден в любую минуту поединка мог сорвать защищавший врага воздушный щит и предоставить остальное Марте. Но тогда Джорран избежал бы справедливого наказания, отделавшись всего лишь пленом. Далден не мог этого допустить. И сейчас сорвал щит с ремня Джоррана и бросил Корту, который смял металл, как тонкую бумажку. Только тогда Далден отпустил Короля.

— Он твой, Марта.

— Не-е… — завопил было Джорран, прежде чем раствориться в воздухе.

— И никакого медитека, — наставлял вслед Далден, игнорируя общий стон, пробежавший по толпе, на глазах которой исчез Джорран.