Материки - Эстэр Марон

Пока я в изумление разглядывала своих противников и по жестокой шутке Судьбы «низших братьев», эти самые «братки» успели сгруппироваться и занять неплохие боевые позиции, хотя дрались в основном клыками, когтями и шипообразными наростами на крыльях. Эйдриана прижали спиной к толстому слою дерева. Но тот, надо отдать ему должное, держался не просто хорошо — восхитительно. И не в плане зрелищности. Просто мне в свое время в академии попался хороший мастер меча и сумел мне показать, какие движения могут стоить тебе жизни, так как изумительно красивые, но смехотворны в бою, а какие не так будут привлекать внимание, но спасут тебя от неминуемой гибели. Эйн дрался расчетливо, можно даже сказать скупо, но ни одно его движение не пропустило своей мишени и лично для меня — это была гораздо красивее «показухи».

Так вот, оглядев ситуацию, я решила, что Эйн справится с шестью окружившими его низшими демонами, а мне лучше заняться спасением своей тушки от остальных троих.

Первый налетел на меня со спины, и я еле успела уловить трансформированным зрением отпечаток воздуха в том месте, где должен был появиться его коготь. Это было мое сердце. Со всей своей нечеловеческой силой, используя в помощь стихию Ветра, я подпрыгнула на полтора метра и перекувыркнулась через свою голову, в воздухе доставая один из метательных ножей и пуская его вниз, туда, где как раз подо мной пролетала спина низшего демона. Конечно же, это его не убило. Но замедлило движение, на что я и рассчитывала. Когда я приземлилась на ноги, то уже отчетливо видела, как монстр обернулся и побежал ко мне, выставляя свои когти с этими безжизненными, обвисшими детскими ручками в центре… Не дав себе время на еще одно бездействие, заполненное отвращением и потому промедлением, я упала на землю и послала пульсар хаоса в сторону противника. От него ничего не осталось. Ножик жалко.

Следующие два низших демона решили напасть на меня вместе. Решив не дожидаться их приближения, я материализовала «плеть хаоса» — то же самое, что и пульсар, только привязанное к руке вызывавшего ее мага и имеющее некую продолговатую форму, а не небольшую неясную вспышку. Что-то в последнее время у меня все лучше получается магия хаоса, на которую не все магистры в академии решались… привыкай, детка.

Одно кругообразное, плавное движение — и монстрики перерублены пополам. Ну… не то, что перерублены. Просто та их часть середины торса, которой горизонтально коснулась плеть хаоса — исчезла. Низшие демоны повалились на траву, орашенную кровью, но не спешили умирать — они еще конвульсивно дергали конечностями разделенного туловища, вопя так, что у меня сердце покрывалось коркой льда. Я уже в который раз за последние пять минут скривилась и послала в сторону поверженного противника чары мгновенной смерти — почти единственное, что выходило у меня на уроках некромантии. На еще одно волшебство хаоса я просто не была морально способна. Даже не спрашивайте, почему.

Сразу, как чары достигли своей цели, заданной мной при корректировке заклятия — низшие демоны затихли навсегда.

Я обернулась посмотреть, как там дела у Эйдриана.

Тот спокойно сидел в кругу из мертвых тел, подтянув к животу правое колено и опираясь левой рукой на меч. Тихим шагом подойдя к нему, я также присела на траву и стала разглядывать его лицо, как будто видела в первый раз в жизни. На самом деле кое-что другое приковало мое зрение. По его лицу была разбрызгана кровь низших и сейчас она, несмотря на все земное притяжение кривыми дорожками стекала в сторону татуировки в форме трех царапин от когтей на левой щеке Эйна, и впитывалась в нее.

— Что это значит?

Молчание. Только слегка прищуренные радужные глаза говорили о том, что Эйн — не античная неподвижная статуя, а вполне живой, но безумно скрытный демон.

Я раздраженно выдохнула воздух сквозь зубы, тем самым, производя не то шипение рассерженной кошки, не то свист ветра. Просто в плане ответов, этот упрямый субъект был очень похож на меня (а на кого, интересно, он вообще не похож?). Если не отвечал сразу — значит, не ответит никогда, исключение — если вдруг сам неожиданно захочет. Что бывает редко.

— Ладно… ты знаешь, почему низшие напали на нас?

Упрямое молчание и поджатые губы.

Я разозлилась и уже в следующую секунду выбила у него меч и опрокинув его самого на землю, уселась сверху, раздраженно сжимая воротник его рубашки, кстати, тоже пропитанный кровью.

— Если ты такой дурак, мать твою, то это твое дело, но вот, что я тебе скажу — даже я знаю, что никакая порода демонов — ни высшая, ни низшая, ни серо-буро-фиолетовая не имеет права принимать решения самостоятельно, кроме нас — истинных демонов. И если этих монстров подослали нас убить — это кое-что значит! И не важно, что мы смогли их победить — в следующий раз к нам подошлют кого-то сильнее! А ты, зараза крылатая, знаешь что-то и молчишь! Ждешь смерти? Так я тебе это легко устрою! А потом подниму в виде зомби и подробно допрошу! Тогда-то ты уже не сможешь лгать, или отмалчиваться — расскажешь все!

Я уже успела увидеть первые признаки раскаяния на его лице, хоть и пополам с раздражением, как чьи-то клыки больно вцепились мне в левое предплечье и сдернули меня с демона, с нечеловеческой силой. По рефлексу я вынула кинжал с залиром из сапога и воткнула куда-то в сторону нападающего, ощутив под рукой гладкий мех. Клыки сразу же разжались, но по инерции я еще пролетела некоторое расстояние.

— Кайраф, Рена, прекратите! — Услышала я крик Эйдриана.

Кайраф?

Поднявшись на ноги, я зло обернулась, не обращая внимания на боль в руке. Осталось одно желание — отомстить. За мою боль должны заплатить. Интересно, откуда такие эгоистические мысли? Но все потом. Сейчас — сделать больно.

Зрачок снова стал узким и вертикальным, а радужка засветилась. Клыки и когти удлинились и что-то уже знакомое, темное, но такое идеально-правильное и родное заполнило меня. Интересно, почему серебро не помогло? Его же на мне до фига и больше. Хотя… все же помогло. Теперь я могла сама выбирать, что делать. Моя темная сторона лишь могла предлагать. А я могла бороться, хотя искушение последовать ее советам было велико. Сзади меня, припадая на передние лапы, как будто перед прыжком и скаля окровавленные клыки находился белый тигр… то-есть тигрица. Мне хватило одной секунды смекнуть, что это Страж Эйна. Ну чтож…

— Поиграем, киска? — Хриплым голосом спросила я, растягивая губы в страшноватой улыбке и показывая клыки.

Кайраф зарычала.

— Кай, прекрати! Айрена — возьми себя в руки! Что за цирк?

На нас грозовой тучей надвигался Эйдриан. Жаль. Так хотелось себе куртку на тигрином меху.