Я буду помнить этот мир (СИ) - "Mingrih"

/Из отчетов Леди Кэттерин и Леди Майли могу понять то только то, что Рохан мужчина… маг… сильный… красивый… Сейчас что, сезон спаривания? Они там, о чем думают вообще… Ладно, с ними потом разберусь. Больше всего интересуют меня отчеты активировавшейся ячейки противостояния. Они опять подливают масло в огонь.

/Отчет разведывательного отряда императора.

Организация «Гордые и страшные» пропагандируют восстание и перемену власти. Одновременно с этим, подрывают работу управленческих институтов, администраций столицы и путей сообщений. Анализ показал, что имеется большая вероятность причастности Графа Мартирра и Графа Лентрис.

/Гордые и страшные… голые и смешные… эти несчастные думают, что могут противостоять моей власти. Казнить их нельзя, Епископ опять вересчать будет как баба, можно отправить на каменоломню или на гранитные разработки, но они и там работать не будут…

Император не мог решить что делать. Скоро должен подойти его советник и парочка его прихвостней. Потом у него дела в комитете по благоустройству, потом с сельскохозяйственной комиссией и наконец… нет… ещё должен подъехать Граф Лизерхо из соседней провинции, у него какая-то там просьба по удобрениям… нечего не понял из его депеши, вот сам приедет и расскажет… дальше у меня жена приезжает из восточных земель, где училась мастерству сохранения пищи и консервации… так много дел…

— Император! Прошу простить. Срочное донесение из северных земель.

Резко остановившись, император громко вздохнул и сделав каменное лицо, обратился к глашатому.

— Давай. Что у тебя там…

Донесение и в правду было срочным. На свитке, несколько раз обернутом кожей, красовался красный магический штамп, не дающий возможность прочесть кому-то кроме императора. Такие письма были самые опасные. В этих письмах обычно несли самые срочные и неприятные новости.

Император махнул рукой, давая понять, что он хочет уединиться. После того, как глашатый вышел, император наложил дополнительное плетение купола тишины и развернул сверток.

Спустя десять минут, как император наложил дополнительное плетения купола тишины, он вызвал к себе казначея, медика, епископа Гестро и Аннс Арто. Решив, что дело очень срочное, во дворце организовалась не хилая паника. Все замельтешили, поднялся гул, все обсуждали происшествие, предполагали разные вещи, которые могли произойти в империи, в свете последних событий. Как небольшой итог, кухарка правого крыла, говорила, что императору от письма стало плохо, решил заказать гроб, попрощаться с другом и исповедаться епископу, кухарка из левого крыла замка предположила, что император купил для епископа снадобье, нужен медик для освидетельствования, друг для поддержки и казначей для совершения сделки… По замку ходили слухи, и чем дольше не было информации от помощника императора, тем слухи становились все страшнее.

Аннс Арто поднимался по лестнице императорского дворца так быстро, что со стороны не сразу понимали, что это сорока пяти летний императорский сотник алебардист на пенсии. У самых дверей императорских покоев Сэра Арто остановил личный помощник императора.

— Сэр Арто! Император приказал не распространяться, все услышанное в его покоях должно остаться в этих покоях.

— Да, спасибо, я и так уже понял. Епископ, лекарь и казначей уже там?

— Да, Сэр.

Войдя в покои императора, Арто был ошарашен.

Личные покои императора были хорошо освещены. Вокруг большого квадратного столика, ломившегося от яств и вина, стояло пять высоких кресел, четыре из которых было занято Епископом Гестро, казначеем Арио, лекарем Чексом и самим императором. Все четверо громко смеялись, вытирая слезы и держась за головы с животами. Лекарь Чекс периодически нюхал что-то из склянки, давая это понюхать и остальным смеявшимся.

— О-о-о-о, Сэр Арто!!! — воскликнул веселый голос казначея.

— Мы вас… ха-а-ха-ха… ждали — сквозь смех говорил Епископ.

— Присаживайся… ха-ха-а-ха-а… мой друг. Тебя ждали… — сказал император, стуча кулаком по столешнице, пытаясь подавить смех.

— Да что случилось? Меня срочно вызвали, сказали срочно — выпучив глаза Арто, разведя руками.

Аннс Арто не мог понять, что происходит, даже не смог проанализировать ситуацию. Все смеялись, и видимо еще долго не смогут успокоиться.

Спустя минут тридцать, Император положил на стол сверток с письмом.

— Его прислали срочной депешей мне лично в руки. Как ты мог заметить, на нем сорванная мною печать инкогнито, только я мог снять печать. Все знают, что такими письмами оповещают о начале войны, смерти императорской семьи и других серьёзных событиях, которые могут повлиять на ход истории и судьбы рас и национальностей — пояснил император, сделав лицо кирпичом.

Осмотрев сверток, Аннс подтвердил подлинность, как и слова Императора.

— Да, Вижу. А что в письме?

— А ты сам прочти. Я снова прочесть это не смогу… по моральным соображениям.

/Муж мой, Император Мергалл Окхе!

Я нахожусь на востоке империи. Здесь открыли новый курорт в честь меня.

По причине того, что все деньги ушли на учебу и проживание в восточных государствах, что было не дешево, денег у меня не осталось.

Праздник будет длиться неделю, за это время я буду налаживать контакты с местными властями и анализировать рынок, расширившийся благодаря Вашей удачной политики и договоренности с восточными государствами.

Прошу выслать мне двести Гло триста Гло четыреста пятьдесят Гло.

Заранее благодарю Вас за понимание, всегда Ваша супруга Релиа Мергалл.

Сегодня Аннс Арто смеялся от души. Ещё ни разу он не попадал в такую ситуацию, а Император, будучи её супругом, не как не мог ожидать такого письма от своей супруги.

— Нет, я ей конечно выслал денег, и письмо отправил с ответом, но мне теперь лекарь нужен… — успокаиваясь сказал император.

— А Пастырь зачем? — спросил Аннс.

— Надо было успокоить церковь и исповедаться, да и подтвердить свою вменяемость. А то вдруг подумают, что припадочный я.

Дорогой смерти вымощен наш путь

«Взмах крыльев бабочки в Бразилии вызовет торнадо в штате Техас»

Уильям Брок (автор работы «Теория Хаоса», 2001 г.)

Замок графа Мартирр, покои графа.

Запах свежей зелени и выпечки достигал ноздрей графа. Утреннее солнце приятно согревало и с кровати совсем не хотелось вставать.

Граф сегодня был в хорошем расположении духа, даже не смотря на то, что вчерашний балл кончился неожиданно рано, не смотря на пожар в конюшне. Его агент очень удачно расположил к себе Рохана и Малика, что станет удачной партией, а хорошо поставленная дезинформация, с определенными интонациями поможет разобраться с нерадивой супругой.

/Как не смотри, но сегодня не хочется вступать в конфликты с супругой, но придется. Эта бестия опять сует свой нос в мои дела. Эта гадина опять дискредитирует меня в глазах общества и двора.

— Граф, разрешите войти? — донесся голос личного слуги из-за двери.

— Давай. Что там у тебя? — с волнением в голосе спросил граф.

/Сегодня хочется петь и плясать. Настроение просто очень сиреневое…

Желая окопаться на месте, слуга не мог скрыть свой страх перед графом. Он всегда резко реагировал на послания графини, а то, что они были написаны не лично, а через служанку, бесили графа ещё сильнее.

— Послание от графини.

— Давай — почти певучим голосом сказал граф.

Развернув письмо от графини, лицо графа переменилось. Покрываясь багровыми пятнами, переходящие в серые и обратно, он представлял собой бешеного хамелеона, а раздутые от гнева щёки, казалось вот-вот лопнут.

— Дрянь!!!! — с выделяющимися рычащими звуками процедил граф.