Курсанты Академии - Рэй Брэдбери

— Идите сюда. Давайте поговорим.

— Они пришли не для того, чтобы говорить, — вмешиваюсь я. — Они пришли, чтобы растерзать тебя на клочки.

— Смерть неверным! — выкрикнули из толпы. — Смерть богохульникам из Обсерватории!

Крик подхватили и остальные. Я хотела сказать им, что никогда не бывала в Обсерватории, но они меня бы не услышали.

Наконец, сквозь толпу пробился высокий мужчина в черной сутане. Стоило ему вскинуть руки, как все замолчали.

— Дадим этим осквернителям истины последний шанс спасти свои души.

— Это еще кто? — спрашиваю я.

— Сор 5-й, — отвечает Сегол. — Главарь культистов.

— Ага, — киваю я, поворачиваюсь к этому Сору и говорю: — Я ничего не знаю о вашем Культе. В чем, собственно, ваша проблема?

Мужик в сутане грустно так улыбнулся.

— Это не моя проблема, юная леди. Проблема ваша. У вас остается лишь несколько минут до того, как Лагаш проглотит Пещера Тьмы. Если только вы не признаете истинность нашей веры, ваши души покинут вас, когда появятся Звезды. Вы превратитесь в диких зверей, лишенных разума.

Я оглядела его паству и пришла к выводу, что многие из этих людей уже потеряли человеческий облик.

Словно они уже видели звезды на генеральной репетиции.

— Так что у вас за истины? — спрашиваю я.

— Смотри! Пещера Тьмы уже проглатывает Бету.

Я подняла голову — от красного солнца осталось совсем ничего.

— Действительно. Расскажи, что будет дальше.

— Скоро все покроет Темнота, и звезды будут сиять во всей ярости.

— Все так.

Сор с недоумением воззрился на меня.

— Ты этого не отрицаешь?

— Слушай, ты говоришь мне то же самое, что я уже слышала от Сегола. Я только не понимаю, с чего такая суета?

Как же он разъярился. Я думала, он сейчас сорвет с себя сутану.

— Мы верим, что Звезды — источник Божественного Огня, который очистит Лагаш. Еретики из Обсерватории настаивают, что Звезды всего лишь шары раскаленного газа, физические объекты, которые ничем не отличаются от наших шести солнц. Они отказывают признать божественную силу звезд.

— Смерть неверным! — проревела толпа. — Смерть богохульникам из Обсерватории! — Сор попытался их успокоить, но на этот раз его не послушали. Рванули вперед, чтобы растерзать нас. Я попятилась, со Старушкой Битей на изготовку, молясь богу, чтобы мне и Сеголу удалось добраться до Обсерватории живыми.

Астроном бросил на меня испуганный взгляд.

— Ты их задержи, а я сбегаю за подмогой.

— Правильно, — холодно бросаю я. — Для этого сейчас самое время.

Я все-таки не ожидала, что он так труслив.

А тут последний красный уголек Беты приказал долго жить: наступило полное затмение. Вот когда воцарилась полная тишина. Все замерли, и люди, и животные, даже ветер, и тот не шелестел листвой. Все равно как в кинотеатре, когда фильм начался, а зрители еще не занялись своими делами. А потом появились звезды, как обычно.

Да только на Лагаше появление звезд стало событием, и не только потому, что с последнего их появления прошло две с лишним тысячи лет. Битей, вот уж где звезд хватало, так это на Лагаше. Я подняла голову и увидела, что их в миллиард раз больше, чем на Земле.

Я сразу вспомнила о том случае, когда перед танцами в «Браш-Беннетте» ты высыпала целую коробочку с блестками на мое черное платье. Помнишь? Так вот, на Лагаше ночное небо выглядело точь-в-точь, как тогда блестки на моем платье. Все промежутки между звездами занимали звезды.

— О… боже… мой! — зрелище произвело на меня впечатление, но я определенно не собиралась сойти с ума.

— Звезды! — сипит рядом Сегол, словно его кто-то душит.

— Большой сюрприз, — отвечаю ему я.

Толпа вновь начала бесноваться. Они знали, что звезды появятся, только понятия не имели, как они выглядят, и не подозревали, что их будет так много. Даже Сор струхнул, но, надо отдать ему должное, быстро взял себя в руки.

— Наше спасение — в уничтожении Обсерватории! — восклицает он. Смотреть на звезды он заставить себя не мог, голос его не очень-то слушался, но тем не менее его услышали. — Если мы уничтожим Обсерваторию и всех, кого там найдем, звезды пощадят нас. А начнем мы с них.

Указывал он на меня и Сегола.

— Что ты несешь? — возмущаюсь я. — Это же глупо. Нет никакого смысла…

К сожалению, договорить мне не дали. Обезумевшая толпа жаждала дать выход энергии. Удивительное спокойствие разлилось по моему телу. Что ж, биться так биться. Старушка Битей со свистом рассекла воздух. О Сеголе я и думать забыла: стало не до него. Трупы громоздились передо мной и по бокам, я же обошлась парой синяков: Старушка Битей не подпускала их к моему телу.

Конечно, этих психов было очень уж много, и какое-то время спустя начала давать себя знать усталость.

Я поняла, что не сумею перебить их всех и, продолжая сражаться, начала обдумывать… эту самую… ага, стратегию. Заметила их главаря. Он опустился на колени, закинул голову назад, уставился на сверкающие звезды.

Затмение продолжалось. Я начала пробираться к нему, оставляя за собой дорожку трупов.

Наконец, подскочила сзади, схватила за шиворот сутаны, рывком подняла на ноги.

— Я — Сор! — кричит он, в уголках рта выступила пена. Неужели спятил, думаю я. Поэтому как следует тряхнула и разжала кулак. Он, как куль, повалился на землю.

— Вели своим кретинам дать полный назад, а не то я раскрою тебе череп и мы посмотрим, что там внутри.

Он испуганно глянул на меня, вскочил, поднял руки.

— Замрите и замолчите!

Кретины замерли. Должно быть, им поднадоело перебираться через груды тел.

— Хорошо, — киваю я. — Бояться вам нечего.

Тут под ухом забубнил Сегол. А я уже начала гадать, как он без меня, жив ли.

— Биней говорил о десятке, может, двух десятках Звезд. Но чтобы такое! Вселенная, звезды, мириады звезд!

— Лагаш — ничто, песчинка! — выкрикнули из толпы.

— Мы — насекомые, меньше, чем насекомые!

— Не могу без света! Давайте сожжем Обсерваторию!

— Мы такие маленькие, а Тьма такая огромная!

Наши солнца и наша планета теряются в ней.

Да, этих людей словно огрели пыльным мешком.

Внезапно они осознали, что Вселенная не ограничивается их драгоценным Лагашем. И тут меня осенило: я поняла, как удержать этих бедолаг, которые в таком состоянии могли не оставить камня на камне от своей цивилизации, и при этом, возможно, спастись самой.

— Бояться вам нечего, — повторяю я. — Звезды — это совсем не то, что вы думаете. Я знаю. Потому что прибыла к вам с планеты, на которой изучали их сотни лет.

— Она обезумела! Звезды свели ее с ума!