Курсанты Академии - Рэй Брэдбери

— Не обращай на это внимания, — говорю я.

Я старалась одолжить ему хоть немного своего мужества, благо у меня его выше крыши, но ситуация получалась какая-то странная. На Земле я читала всякие истории о путешественниках, которым удавалось спасти собственную жизнь, до смерти напугав туземцев затмением. Передо мной стояла прямо противоположная задача. Если б толпа безумцев захватила нас, мне бы пришлось убеждать всех, что я смогу положить конец затмению.

— Скоро появятся Звезды! — взвизгнул он.

— Можешь не сомневаться, — заверила я его, не понимая, чего он так заволновался.

— Когда появятся Звезды, наступит конец света, — он посмотрел на меня круглыми, как плошки, глазами.

Терпеть не могу перепуганных мужчин. А внешне-то он был очень ничего, во всяком случае, для яйцеголового, даже при этом красноватом цвете. Разумеется, не принц Вэн, но и не какой-нибудь учителишка математики.

— И ты будешь во всем винить звезды? — спрашиваю я.

— Странно, не так ли? Предупреждение Атона полностью совпадает с главной догмой Культа. Поверь мне, ему не нравятся его выводы, но он абсолютно уверен в их правильности. Существуют вещественные доказательства того, что уже девять раз Звезды обрывали развитие цивилизации на Лагаше, отправляя всех в каменный век. Теперь пришел наш черед. Завтра в нашем мире будут хозяйничать дикари и безумцы, и мы в очередной раз начнем долгий подъем по пути прогресса.

Я постучала его по черепушке.

— Привет. Сегол? Есть кто-нибудь дома? Ты не сказал мне, какое отношение имеют ко всему этому звезды.

Он не обращал на меня ни малейшего внимания, то есть вы должны понять, в каком он был состоянии.

Все-таки такие, как я — высокая грудь в металлическом бюстгальтере, крохотные трусики, меч на боку, — встречаются не каждый день.

— Биней 25-й высказал безумную идею, что в пространстве может быть аж два десятка звезд. Можешь ты такое себе представить?

— Биней 25-й? Еще один гений?

— И Звезды, какими бы они ни были, появляются только в Темноте. Лично я думаю, что это суеверие. Но Атон уверяет, что догмы Культа могут основываться на знании, что их Книга Откровений могла быть написана вскоре после последнего прихода ночи…

Битей, ты знаешь, как иной раз говорят — «у меня все похолодело». Дантист показывает счет твоим родителям, и у них все холодеет, так? Скажу тебе честно: в тот момент я поняла, что они чувствуют. Да, доходило до меня долго, но тут мне открылась истина: если ночь наступает каждые две тысячи лет с небольшим, значит, звезды появятся вновь через двадцать столетий! А без звезд я никогда не смогу попасть домой! То есть до скончания века останусь на Лагаше! Я уже знала, что у них нет Ти-Ви, а следовательно, и многих других маленьких радостей современной цивилизации, которые завязаны на телевидении. Никакого тебе «Магазина на диване», никаких сериалов.

Значит, мне не суждено болтаться на Лагаше достаточно долго для того, чтобы узнать, что принесет с собой заря. У меня только один шанс, и я не могу его упустить.

— Как насчет погоды? — спрашиваю я.

— Что? — Сегол вроде бы вспомнил о моем существовании.

— Ты понимаешь, если набегут облака, звезд мы не увидим, — тогда я точно обречена остаться на Лагаше.

Он даже сумел улыбнуться.

— Да, это было бы чудом.

— Не для всех, — отрезала я.

Поначалу я подумала, что этот дундук без памяти влюбился в меня и хочет, чтобы я осталась с ним на Лагаше. Но он-то думал лишь о том, что через две тысячи лет прогресса может прийти Главная ночь, а из-за облаков они ничего не увидят. Как говорится, ирония судьбы.

Не повезло. От Беты, красного солнца, остался маленький серпик, и до его исчезновения ждать осталось совсем недолго. Так что стало совершенно ясно, что до Убежища нам не добраться. Я застряла на дороге с Сеголом 154-м, у которого совсем поехала крыша. Он, правда, думал только об Убежище.

— Мы должны поторопиться, — тут он схватил меня своими ручонками и потащил за собой. — Мы должны добраться до Убежища. Мы должны обеспечить твою безопасность. Твое предназначение — рожать детей, много детей. Они надежда Лагаша.

Я отцепила его руки и рассмеялась, гордо и пренебрежительно, как бы говоря: «Не будь ты таким мозгляком, я бы за такие слова раскрошила тебя на мелкие кусочки». Позволь открыть тебе маленький секрет, сладенькая: куда бы тебя ни забросила судьба, во всей Вселенной мужчины одинаковы. И думают об одном и том же.

Знаешь, что он делает? Хватает меня за оба плеча и лепечет мне в лицо: «Ты… будешь… матерью… моих детей». Ты представляешь?! Даже если бы по его подбородку не текла слюна, все равно кошмар.

Ты знаешь, и я знаю, а теперь, поверь мне, Битей, и Сегол знает, что никому не дозволено лапать меня без приглашения. И если чья-то там цивилизация накрывается медным тазом, мне без разницы. Поэтому мне пришлось дать ему небольшой урок этикета. Уперлась ладонью ему в грудь да так толкнула, что в следующую секунду он лежал на дороге и изумленно смотрел на меня снизу вверх. Я же выхватила Старушку Битей и с угрожающим видом шагнула к нему.

— Берегись! — воскликнул он. — Они у тебя за спиной!

— Воробья на мякине не проведешь, — говорю я, но за спиной действительно раздавались какие-то странные звуки.

Я повернулась и увидела взбирающуюся на холм толпу. Сплошь перекошенные злобой лица.

Сегол тем временем поднялся, встал со мной плечом к плечу.

— Говорить буду я, маленькая леди. Они могут прислушаться к голосу разума. И, может, тебе лучше убрать этот идиотский меч.

Я решила дать ему выговориться. И даже спустила «маленькую леди». Пока. Я уже поняла, что учить его бесполезно. Пусть попытается урезонить толпу, а уж потом я снесу его глупую голову. Я же его предупреждала, не так ли?

Но он, похоже, и не понимал, что достал меня. Направился к толпе, подняв руки над головой. Не знаю, что сие означало. Сегол, возможно, думал, что они перепугаются от одного его вида. Хотя едва ли он представлял собой хоть какую-то угрозу пяти сотням ревущих маньяков.

— Послушайте меня! — крикнул он. — Послушайте меня! Я не причиню вам вреда!

Это точно. Толпа, видать, сразу поняла, что ей ничего не грозит.

Мне запомнился один костлявый тип из первых рядов. Он, похоже, давно готовился к концу света и теперь с нетерпением ждал, когда же этот конец наступит. Всклокоченные седые волосы торчали во все стороны, глаза выкатывались из орбит. Естественно, он сразу узнал Сегола.

— Он — один из них! — кричит старикан. — Он из Обсерватории!

Сегол одарил старика улыбкой, которая вроде бы должна была его успокоить.