Пойманная в капкан - Юлия Михайловна Герман

сложно копировать их же мимику и притворяться счастливой. Будь здесь хоть один дорогой для меня человек, я не смогла бы притворяться.

Даже захотелось выпить. Потому что на трезвую голову вынести этот театр фальши я не в состоянии. Терпкий, горький алкоголь обжигает горло. Морщилась, плевалась, но пила один бокал за другим. В голове стало туманнее, а вечер веселее. Но кажется мне пора остановиться. От выпитого начались галлюцинации. Или почему я вижу среди людской толпы эти обжигающе-ледяные голубые глаза? Замираю на месте, всматриваясь в высокую, такую знакомую и родную фигуру. Сердце трепещет, а на глазах наворачиваются слезы. Но что это? С ним подругу какая-то полуголая пигалица. И я даже знаю её лично.

— Что этот щенок здесь делает? — шипит над ухом Владимир, о существовании которого я успела забыть. — Значит не успела написать?

— Вова, клянусь тебе! Я ничего ему не написала.

Несколько мгновений он сверлил меня взглядом, а затем натянул улыбку схватил меня под локоть.

— Помни про наш уговор. Или расплачиваться будет он.

— Я помню, — вмиг трезвею, наблюдая за тем как к нам приближается единственный по-настоящему дорогой для меня человек.

Алан вместе со своей спутницей шел к нам на встречу. Любовалась тем как он выглядел в костюме, радуясь тому, что смогла увидеть любимого мужчину. В висках шумно стучало, но я не могла сдержать улыбки, хотя мысленно умоляла его бежать подальше и никогда не приближаться ни ко мне, ни к его отцу. Парень не сводил с меня глаз и это не укрылось от внимания жениха, сжавшего пальцы на моей руке еще сильнее. Вот парень всего в нескольких шагах от меня, а я тону, тону от одного взгляда на этого сильного молодого мужчину.

— Отец, Алиса, — кротко кивнул Алан, взглянув на Владимира, окидывая его презрительным взглядом.

Так не смотрит сын на родителя, так смотрит самец на не достойного соперника. Почувствовала слабость в ногах, опасаясь, что Демидов что-нибудь выкинет.

— Знакомьтесь, это моя девушка Ванда! — кивнул он на спутницу, а у меня сердце замерло и раскрошилось на крохотные частицы. — Ванда, это мой отец Владимир и будущая мачеха Элис.

Каждое слово словно хлыстом по чувствам, вспарывая, выворачивая наружу и забавляя истекать кровью. Это его девушка, а я всего лишь будущая мачеха. Вот и все. Он отказался от меня. Перешагнул и двинулся дальше.

— Мы знакомы с Элис, — улыбнулась девушка. — Поздравляю, — подошла ко мне, приподнимаясь на носочки и прислонившись к щеке, целуя в обе щеки.

— Спасибо, — выдавила из себя, желая оттащить эту малолетнюю стерву за хвост от моего Алана.

Она расцеловала в щеки и Володю тоже, словно старого знакомого. А я же старалась не смотреть на парня, сверлящего меня взором.

— Приятно видеть сына в компании такой красавицы, — рассыпался в комплиментах жених, не теряя бдительности и следя за мной и сыном.

— Благодарю, — растеклась лужицей перед ним Ванда.

А я никак не могла понять, как Демидов оказался в компании этой любительницы вечеринок, белого порошка и беспорядочного секса. Мне прекрасно было известно, как развлекалось ее окружение, поэтому ни разу не приняла приглашение на ее вечеринки. Но я не знала парня настолько хорошо, чтобы рассуждать какие девушки в его вкусе и на что он способен, кроме шантажа, угроз и обмана. Ведь он притворился влюбленным, играл моими чувствами, загнал меня в угол. Хотя нет. Глупо искать виновного, когда я сама виновата в том куда себя загнала и во что превратила свою жизнь.

— Я в восторге от вашего сына, — по хозяйски положила руку на плечо Демидову, а второй гладила его по груди.

Сучка! Внутри все клокотало, шипело и плавилось. Казалось, что прямо из живота к гортани поднялась раскаленная лава и еще пару мгновений и она прольется не сдерживаемым потоком ярости на окружающих.

Они о чем-то ворковали, а я ничего не слышала кроме шипения в ушах и не видела никого кроме парня напротив. Алан, будто тоже не обращал на щебечущую парочку рядом, осматривая меня голодным взглядом. А я, вопреки данному слову, здравому смыслу и ревности, не могла отвести от него глаз. В то мгновение я наплевала на Володю и его угрозы. Все вокруг понимали, что наша свадьба — это лишь фарс и ничто иное. В какое-то мгновение Владимир потащил меня к сцене, куда забралась вульгарная девка Алана, объявив о том, что дарит будущим молодоженам несколько песен, и я на время потеряла из поля зрения Демидова, но кожей ощущала его взгляд. Ванда пела один из своих хитов под ожившую в мгновение ока публику, Владимир таскал меня по танцполу словно тряпичную куклу, а я чувствовала лишь его, наблюдающего за нами со стороны.

Вечер превратился в еще большую пытку. Мне хотелось бросить всё, кинуться в объятия Алану, разрыдаться и позволить ему решать проблемы. Но затем вспоминала лицо Володи в момент угрозы и пришла в себя, зная, так никогда не будет, он не позволит, чтобы мы снова воссоединились.

Ванда допела под бурные овации публики и спустившись со сцены, прилипла к Демидову, словно рыба-прилипала. Она терлась о него, повторяла пальцем линии его татуировок на шее парня и кистях и шептала что-то на ушко. А этот гад, улыбался ей в ответ и лапал за задницу.

Не в силах больше сдерживать слезы, убежала в уборную, чувствуя как соленый поток прорывает плотину. Забежала в дамскую комнату и убедившись, что нахожусь там одна, дала волю чувствам. Слезы ручьями текли по щекам. Я их вытирала, стараясь остановиться, но нахлынувшие эмоции безнадежности, оказались сильнее моей воли. Так бы я и рыдала, если бы не распахнулась дверь и на пороге я не увидела мужчину с горящими голубыми глазами.

Захлопнув за собой дверь, он тут же подлетел ко мне, сгребая в объятия. Сильне руки прижимали к себе, а мягкие губы осушали поцелуями моё лицо. Он буквально пил мои слезы и сжимал тело до хруста. Мое бедное сердце зашлось в бешеной скачке от волнения и радость. Вдохнула его запах, прикоснулась к нему и больше не нужно ничего для счастья.

— Мандаринка, — шептал он между поцелуями. — Девочка моя, как же я скучал!

В груди разливалось тепло от его слов и хотелось кричать в ответ о том,