Цена власти - Олег Волков

С течением времени присоединилось ещё несколько человек. Что радует особо, семеро новобранцев живут в соседнем роде. А сейчас, учитывая его самого и друзей, в отряде ровно тридцать два человека, плюс семеро из другого рода. В родном стойбище последователей хватает. В принципе, можно претендовать на топор и стрелу. Но… В жизни всё не так просто. Разложив на столе карты союзников, Саян вытащил карту противника.

Утус Лихас – чемпион племени по борьбе с отбитой мужской гордостью. Пусть рукопашная схватка была без правил, а победа нечестной, утус Лихас всё же остался общепризнанным чемпионом по борьбе. Более того: на двух следующих Сборах никто так и не сумел отобрать у него титул чемпиона. Но… Обида засела в его душе огромной гниющей занозой. Лихас так и не простил публичного унижения. Словно напоминая о пролитой крови, метка лояльности чемпиона по борьбе горит красным цветом.

Расстановкой сил союзников и недругов политический расклад не заканчивается. Карт с нейтральными зелёными метками гораздо больше.

Нейтралы – самая весомая часть расклада, она же самая непредсказуемая. Место справа от Карты-цели заняли карты утуса Вачиза, Сахема рода (под его именем похожий на дубинку скипетр), и утуса Фада, Шамана (трёхлучевая звезда Великого Создателя символизирует связь с потусторонним миром). Последней на стол легла карта Воинов – общая для прочих мужчин рода. Козырь, можно сказать.

Корпеть над картой Воины особо не пришлось. Утус Диус любил говорить о количестве копий, имея ввиду мужчин способных держать оружие. В противовес плотно сомкнутым щитам Отряда, на карте Воины хаотичное поле символических копий.

В выборах примут участие только полноправные мужчины рода. Хорошо, что женщины голосовать не будут. Ну, разве что, мнение супруги может повлиять на политические пристрастия её мужа. Все те, кто не примкнул к отряду, кто остался верен ценностям и образу жизни первобытного охотника, их всех собрала карта Воины.

Расклад готов. Политические силы местного значения разложены вокруг Цели: союзники отдельно, недруги отдельно. А теперь самое главное таинство игры – думать, анализировать и ещё раз думать и ещё три раза анализировать, анализировать, анализировать.

С Лихасом проще всего. Он противник, противник ярый. Только заветы предков удерживают его от более решительных действий. Что, что, а получить нож в спину можно не опасаться. Правда, существует малая толика вызова на ритуальный поединок. При большом скоплении народа, в присутствии руководителей рода, Лихас вполне законно может выпустить кишки. Не свои, к сожалению. Но… публичное поражение крепко засело в его мозгах и надёжно удерживает от подобного шага. Для него Саян странный пришелец, к тому же колдун. Создатель ведает, какой грязный приём запрятан у него в рукаве. Отдавая дань уважения благородному, но туповатому противнику, Саян поправил личную карту утуса Лихаса.

С другой стороны, никогда раньше политических амбиций Лихас не проявлял. Всеобщий восторг, восхищённые взгляды и ещё одна жена – вот и всё, что ему нужно. Командовать людьми, указывать другим куда идти и что делать – не для него. Но! Едва по стойбищу разлетелся слух о желании Саяна получить топор и стрелу, как утус Лихас встал на дыбы. В пику, в противовес, многократный чемпион племени сел таки за большую игру. Но и это не самое печальное. Глядя на карту Воины, Саян нервно забарабанил пальцами.

Вряд ли кто-нибудь верит в административные таланты Лихаса. Он ни разу не организовал ни одной групповой охоты. Зато Лихас до мозга самой маленькой косточки человек первобытного общества. Почитание Великого Создателя, Великих предков и прочего языческого пантеона у него в крови. Пойти хотя бы в малом наперекор неписаным законам и традициями у него банально не хватит воображения. С упрямством дряхлого дуба Лихас держится за обкатанный веками образ жизни. Он не признал даже арбалет. Хотя, глядя на карту Лихаса, Саян улыбнулся, суп хлебает из миски Умельца. Обладая замечательным набором истинного консерватора, Лихас запросто может стать флагом мудрой старины, воплощением величия первобытного общества и страха перед пугающими новшествами чёрного колдуна по прозвищу Умелец.

Последнее обстоятельство печалит больше всего. Что поделаешь? Многие хорошие начинания не нашли понимания у зрелых членов рода. Необычные умения и навыки (чтение, письмо, обработка меди и даже гончарное ремесло) создали Саяну репутацию колдуна. У местных обывателей в голове не укладывается, как это можно из обычного камня получить огненно-красный нож. Подобное без магии, чёрной магии, невозможно. Будь в этом мире хотя бы некое подобие Святой инквизиции – гореть бы Умельцу на костре синим пламенем. Взрослые боятся Саяна и отказываются его понимать.

Печально вздохнув, Саян передвинул карту Воины за карту соперника. И того у Лихаса шансов на победу больше. В «Политик» нет козырной масти, да и мастей как таковых нет. А вот козыри есть. Всё зависит от конкретного расклада, от расстановки сил. В данный момент карта Воины самый убойный козырь.

- Проклятье, – невольно ругнулся Саян.

Мучительные размышления потянулись бесконечной цепочкой возможностей, раскрытым веером разбежались последствия. Перебирая варианты, Саян вытряхнул на стол содержимое сундучка. Методы, возможности, обстоятельства взгромоздились слева от расклада неровной кучкой.

Самое обидное, каких-либо вариантов просто нет. До жути благородного утуса Лихаса ничем не скомпрометировать. Аморальный образ жизни не ведёт, водкой не увлекается, наркотой не балуется, за девицами лёгкого поведения не бегает. Отзывы коллег по работе самые что ни на есть положительные. В порочащих связях замечен не был. Ё-ё-ё!!! Саян хлопнул ладонью по разгоряченному лбу.

Подкупить? Смех-то какой. Чем? У первобытный людей денег нет, за ненадобностью. Они знать не знают, ведать не ведают что это такое. С таким же успехом можно предложить взятку самому Создателю. Саян не спеша перебирает карты, решение должно быть. Обязательно должно.

На поверхность кучи обстоятельств и возможностей всплыла карта из разряда Смерть. В чёрной рамке улыбается череп с костями. А кинжальчик такой остренький, такой красивенький, на финку похож.

Убить?

Карта с чёрной рамкой сама просится лечь поверх карты Лихаса. Противник исчезнет, карта Воины лишится флага… Глядишь, хотя бы часть охотников примет его сторону, ну или хотя бы они расколются на фракции. Как знать? Вожделенная должность Военного Вождя маячит перед носом. Чёрт побери! Отличный вариант!

Политическое убийство крошит в лапшу местные неписаные обычаи, но не вызывает в душе бурю эмоций. Саян криво улыбнулся. После налёта на стойбище Хитрого Волка смерть, убийство ближнего своего, уже не кажется чем-то запредельным, строгим, запретным. Сергей никогда бы не решился на убийство, а вот Саян – запросто! В конце концов, все там будет. В раю или в аду – это уж кому как повезёт. В обыденной жизни Саян подчиняется неписаным законам племени. Но освещённые веками заветы предков для Сергея ничто. Помеха – не более.

Впрочем, Саян щелчком отправил карту Смерть обратно в общую кучу. Убить Лихаса всё равно не получится. Сородичи постоянно друг у друга на виду. Стойбище, это не переполненный мегаполис, где люди живут друг у друга на головах и никто друг друга не знает. И без того частенько возникает ощущение, будто живешь в доме со стеклянными стенами. Любое мало-мальски интересное событие, или хотя бы просто заметное, влёт становится всеобщим достоянием. Телевизор, газеты и прочие СМИ отлично заменяет «сарафанная почта». Стойбище как место преступления отпадает напрочь.

Ещё есть лес. Вокруг стойбища его много, даже очень. Но! Саян прыснул от смеха. Чтобы выследить первоклассного охотника, зайти ему в тыл, да ещё убить исподтишка – нужно быть ещё более первоклассным охотником. Лихас часто ходит на охоту один. Это облегчает дело. Но… смысл врать самому себе, до Лихаса… Саян бессильно махнул рукой. С таким же успехом его самого может выследить и загрызть блохастый заяц.

- Папа, ты – колдуешь?

От неожиданности Саян аж подпрыгнул. Коленки смачно стукнулись о столешницу. Рядом, потирая озябшие ручонки, стоит Шима. Это надо же, настолько погрузился в большую политику, что совершенно не заметил, как вернулись жена и дочь. Глазастая Шима не умеет читать, но символы Создателя, Вема-защитника и прочие ей очень хорошо знакомы.

- Нет, милая, думаю, - Саян торопливо сгрёб карты в сундучок.

Из темноты выступила супруга. Сырую накидку она оставила на вешалке у порога, но проливной дождь всё равно намочил её прекрасные волосы. В мерцающем свете лучины влага блестит на её лице, словно глянец.

- Я не заметил, как вы пришли, - Саян торопливо захлопнул сундучок. – Ну как? Наговорились?