Хичкок. Ужас, порожденный «Психо» - Стивен Ребелло

С самого начала Хичкок и его съемочная группа продумали эту сцену так, чтобы добиться максимального эффекта. «Показ жестокого убийства в начале фильма, – сказал режиссер Иану Камерону и В.Ф. Перкинсу, – предполагает внедрение в сознание зрителя определенной степени страха перед тем, что должно произойти. Фактически, по мере развития сюжета в фильме жестокости становится все меньше и меньше, поскольку она уже переместилась в сознание зрителей».

Убийство Арбогаста на лестнице было предназначено для достижения шокирующего эффекта. Кроме того, для сокрытия истинной «личности» Матери был выбран эффектный, чрезвычайно высокий угол кадра. Поначалу Хичкок намеревался использовать такой же эффектный ракурс в трех сценах сюжета. (В версии «Психо», созданной для театра, Хичкок также использовал кадр под высоким углом зрения, чтобы показать, как Норман тащит Мать вниз по лестнице в кладовку.) Поначалу такой же ракурс камеры должен был показать, как Норман отмывает от крови ванную после того, как там поработала Мать. В этой сцене, детально прописанной в трех проектных сценариях, Норман должен был быть показан как бы с высоты птичьего полета, когда он поднимается по лестнице и находит в корзине рядом со спальней Матери ее окровавленные вещи. Эпизод, смонтированный при редактировании, должен был закончиться долгим безмолвным кадром, в котором дом Бейтса возвышается на фоне неба. Затем из трубы медленно начинает подниматься дым.

Сол Бэсс сделал тщательную раскадровку сцены убийства на лестнице. «Здесь Хич вернулся к съемке классической страшной – или пугающей – сцены, – вспоминал художник-оформитель. – Я разработал эпизод так, чтобы, когда Арбогаст поднимался по лестнице, можно было видеть крупный план его рук на перилах, его ног, видимых сквозь лестничные планки. Я хотел, чтобы, падая с лестницы, он схватился за одну такую планку и сломал бы ее.

Когда Бэсс показал Хичкоку раскадровку, режиссер прочел ему лекцию о механике напряженных сцен. Бэсс вспоминал: «Хич сказал: «Нет. Неверная точка зрения. Вы говорите зрителям, что что-то может случиться, или обязательно случится. Он должен подниматься по лестнице так, как если бы не ждал ничего особенного. Знаете, просто за то, что вы поднимаетесь по лестнице, вас никто убить не может. Скорее, он видит дверь и спрашивает себя, что бы там могло быть. Он подходит к двери, и вот тут-то все и происходит!» Никто ничего не снимал, пока этого не одобрит Хичкок. Поэтому я переделал раскадровку именно так, как мы обсудили. Я предложил: «Почему бы не снять сцену сверху?» Очевидно, так было правильно. И это сработало. Но кто знает? Возможно, то, что я предлагал вначале, было бы еще лучше».

«С моей точки зрения, – вспоминал Маршал Шлом, – Сол Бэсс больше сделал для сцены убийства Арбогаста на лестнице, чем для сцены в душе. Последняя была снята исключительно ради шокирования зрителя, но убийство Арбогаста было драматично, почти сюжетная линия, которую надо было провести очень осторожно». Хичкок назначил съемки этой сцены на 14 января на «Сцене призрака». Более чем за неделю ассистент режиссера Хилтон Грин, кинооператор Джон Расселл, художник-постановщик Роберт Клэтворти и скрипт-супервайзер Маршал Шлом вместе с дублером Мартина Болсама проводили напряженную техническую подготовку и репетиции в конце каждого съемочного дня.

После многих сложных репетиций съемочная группа запечатлела на пленке успешную отработку замысловатого сюжета. Хичкоку она понравилась, и план съемок восстановился. Для этого эпизода Клэтворти и Херли соорудили металлическую платформу, управляемую с помощью подъемного блока, которая доставляла оператора и относительно легкую кинокамеру на самый верх павильона прямо на верхний рельс, установленный для того, чтобы камера могла двигаться параллельно лестнице. У этой системы была одна проблема: кинооператору приходилось одновременно держать кинокамеру и наводить фокус. «Проблема оказалась большая и трудноразрешимая, – заметил ассистент режиссера Грин. – В итоге пришлось задействовать двух операторов и ассистента, чтобы сделать кадр с «хитроумной уловкой», потому что оператору нужен был кто-то для последующего разноса. После того как Хичкок ушел домой, мы репетировали и репетировали этот момент, чтобы в день съемок никаких проблем не возникло».

Помимо Мартина Болсама, для камеры требовалась еще Мици Кестнер, маленькая женщина, дублировавшая Мать. Энтони Перкинс объяснил: «Ее взяли на эту роль потому, что Хич был сильно обеспокоен, что зрители смогут обо всем догадаться. Не забудьте, что сцена на лестнице идет почти в середине фильма. Чтобы усилить иллюзию, он нанял эту маленькую женщину, которая физически полностью отличалась от кого бы то ни было, кто до нее изображал Мать в фильме».

Накануне съемок, в период с 6.30 до 7.30 вечера киногруппа проводила еще одну репетицию. Однако запланированный для съемок день, 14 января, принес еще одну напасть: Хичкок слег с гриппом. Вирус не пощадил также актрису Веру Майлз и еще нескольких членов съемочной группы, проболевших всю предыдущую неделю. Маршал Шлом вспоминал: «Мистер Хичкок позвонил Хилтону [Грину] в половине восьмого утром и сказал, что заболел. Он попросил меня взять трубку другого телефона и сказал: «Парни, вы знаете, что надо делать. Начинайте и снимайте». Мы отсняли все эпизоды по старательно выполненной раскадровке Сола».

«Эту сцену режиссировал я, – признался Хилтон Грин, – но делал я это, постоянно консультируясь с Хичкоком, который находился у себя дома». Поскольку у Хичкока не было уверенного видения того, как именно он хотел снимать эту сцену, Грин и съемочная группа снимали хорошо отлаженные версии «монтажных» ракурсов Сола Бэсса (руки на перилах, ноги на ковре). В отсутствие Хичкока Грин и съемочная группа сняли восхождение по лестнице до момента нападения Матери на Арбогаста. «Получилось с первого раза», – рассказывал Грин, даже сейчас сияя от удовольствия.

Когда Хичкоку не стало лучше и на следующий день съемок, режиссер остановил работу над фильмом. Чтобы сильно не выбиться из графика, Грин и Шлом из отснятого материала сделали грубый монтаж сцены убийства на лестнице. Несмотря на то, что оба они переживали, заметив, что кинооператор Расселл выбрал неправильный фокус, когда герой дошел до середины лестницы, ни один из них не посчитал техническую неувязку трагической. Шлом вспоминал: «Мы решили, что можно продолжить монтаж; зритель никогда не заметит этого в окончательном варианте картины».

Однако, вернувшись к работе на следующий день и просмотрев материал в монтажной вместе с Грином и Шломом, Хичкок понял, что просчитался. Шлом вспоминал: «Когда зажегся свет в проекторной, мистер Хичкок вышел к экрану, сложил за спиной руки и проговорил: «Парни, мы совершили большую ошибку. Как только на экране появляются руки на перилах и ноги на ступеньках лестницы, мы сразу же телеграфируем зрителю, что должно произойти нечто. Уберите все это, кроме движения камеры вверх». Мы спросили: «А как насчет небольшого «мягкого» [вне фокуса] пятна?» На что он ответил: «Это я как-нибудь переживу».