Очарованный принц - Эллен Марш

Что за ирония судьбы! Здесь, посреди пустынной равнины, окруженной со всех сторон горами, где вокруг нет ни души, она чувствовала себя в еще больше западне, чем в доме своего дяди в Бэрде. Там по крайней мере Джемма могла отвести душу в компании Гелиоса, промчавшись верхом по бескрайним полям, залитым солнцем. А как спастись от одиночества в этом холодном угрюмом краю, где целыми днями стоит такая оглушительная тишина, что слышен шум далекого водопада?

Джемма пыталась найти утешение в возне с Попом. Один раз она попробовала даже поиграть с щенком в снежки. Но это лишь вызвало у нее новый приступ грусти: девушка вспомнила то утро, когда она высыпала пригоршню снега на грудь лежащего в постели Коннора. Как хорошо им было тогда! Как они были счастливы!..

Многие часы Джемма провела, размышляя, как могло случиться, что они вернулись к своим прежним враждебным отношениям? Она не в силах была поверить, что причина этого кроется в неожиданном визите двух несносных шотландцев из деревни. Когда Коннор вернется, ему придется ответить на все ее вопросы, хочет он того или нет. Если он, конечно, вернется…

К вечеру восьмого дня, в самый разгар сильнейшего урагана с дождем, Коннор подъехал к ферме старого Додсона. Он был вконец измучен невероятной гонкой: сначала дорога в Гленаррис, а затем в Эдинбург, где он встретился с Кингом и Картером.

Видя, что Коннор находится на грани срыва, Джечерн настоял на том, чтобы сопровождать кузена в Эдинбург. В том состоянии, в котором находился Макджоувэн после визита своих дружков на ферму, он вполне мог наломать дров.

Джечерн рассказал Коннору, что долго отговаривал Спенсера и Слоуна отказаться от их безумной затеи навестить Коннора и Джемму, зная, что его это возмутит, но они не вняли никаким увещеваниям.

Как и следовало ожидать, встретившись в Эдинбурге в доме Макджоувэна Коннор и Кинг едва не подрались. С большим трудом Джечерну и Картеру удалось разнять их и отговорить от дуэли.

В конце концов Коннор с большой неохотой отступил, но потребовал прекращения пари. Кинг категорически отказался. Тогда Коннор, едва сдерживаясь от переполнявшего его гнева, угрожающим голосом предупредил Спенсера, чтобы тот впредь держался подальше от хижины старого Додсона. Кингу не оставалось ничего другого, как благоразумно согласиться. После чего они со Слоуном с величайшей поспешностью были выпровожены из дома камердинером Коннора, а Джечерн остался, чтобы успокоить кузена.

— Ты не можешь выйти из игры теперь, Кон, — убеждал он Макджоувэна. — Теперь, когда карты уже розданы и ставка — Гленаррис. Вспомни, ты ведь никогда никому не проигрывал: ни Кингу, ни мне, ни Слоуну.

Это было правдой. Более того, покорить сердце Джеммы Бэрд стало для Коннора делом его мужской чести. После того, как Кинг и Картер увидели ее, он ни за что на свете не признается, что эта зеленоглазая леди, судя по всему, одержала в их схватке верх и прочно поселилась в его душе и мыслях.

Макджоувэн ругательски ругал себя за то, что был так холоден в Джеммой последние дни перед отъездом. Сколько придется затратить усилий, чтобы опять наладить их доверительные отношения, которые эти два идиота разрушили своим появлением! Два чувства боролись в душе Контора по пути домой: страх застать там враждебную, высокомерную Джемму, такую, какой он знал ее раньше, и острое желание увидеть ее и сжать в своих объятиях. Как бы там ни было, Макджоувэн торопился изо всех сил, останавливаясь для сна лишь на четыре часа в сутки.

Вымокший до нитки, продрогший до костей Коннор подошел к хижине, когда на улице было уже темно. В волнении он потянул за ручку двери, желая только одного — ощутить теплоту и нежность рук Джеммы на своих плечах.

Его встретило тоненькое хрупкое существо с огромными совиными глазами, полными грусти. Увидев сильно осунувшееся лицо девушки, Коннор мгновенно забыл про все неприятности последних дней.

— Вы снова больны? — спросил он с тревогой.

— Н-нет, — изумленно произнесла Джемма. — А почему вы спрашиваете?

— Неужели непонятно?! Да вы только посмотрите на себя — кожа да кости! Вы что, все восемь дней ничего не ели?! — вскричал Коннор, выходя из себя.

— Посмотрите на себя! — закричала Джемма в ответ. — Вы похожи на мокрого медведя. Неужели не нашли ничего лучшего, чем шляться под проливным дождем?!

«Славная у нас получилась встреча, нечего сказать», — сердито подумал Коннор.

Минуту, другую они молча взирали друг на друга.

«Так дальше не может продолжаться, — решил Макджоувэн. — Я слишком устал для этого».

— Джемма, подождите, — произнес он мягко. Девушка выжидающе посмотрела на него.

— Давайте попробуем еще раз.

— Что вы имеете в виду?

Устало волоча ноги, Коннор вышел за дверь, оставив за собой мокрый след, и через несколько секунд появился снова, улыбаясь.

— Привет, девочка! Вот я и дома. Соскучилась по мне?

Звонко рассмеявшись, Джемма приподнялась на цыпочки и обняла Коннора за шею. Он крепко прижал ее к себе. Через секунду она была такая же мокрая, как и он. Изголодавшись по ее телу, Макджоувэн снова и снова целовал Джемму. Та, в свою очередь, прижималась к нему еще теснее, лаская со всей нежностью и любовью, на которые только была способна.

— О Боже! Я так по тебе соскучился, — пробормотал он, не в силах больше притворяться. — Знаешь ли ты, как благотворно на меня действуешь?

— Нет, — прошептала девушка. — Расскажи мне.

Лучше, чем дорогое, мягкое на вкус бренди, которым после стычки Коннора с Кингом отпаивал его Джечерн. Лучше, чем изысканный обед из десяти блюд, приготовленный французским поваром Макджоувэна по случаю приезда хозяина. Лучше, чем роскошное белье, на котором он провел ночь в своем фешенебельном доме. Но всего этого ему не пришлось поведать Джемме, тем более что та уже знала ответ.

— Это как возвращение домой после долгой-долгой разлуки, — мягко подсказала она.

Да, именно так оно и есть. Но признать правоту ее слов Коннору было страшно. Вместо ответа он поглубже зарылся лицом в шелковистые благоухающие волосы девушки. Черт возьми! Это намного больше, чем он заслуживал от женщины, которую столько раз обижал…

— Джемма, я… — начал было Коннор, поддавшись внезапному порыву.

— Тшшш, — перебила его она. — Ты весь промок и продрог. Иди сюда, погрейся у огня.

Он позволил подвести себя к камину за руку, как ребенка.

Джемма пододвинула стул, усадила на него Коннора и сняла с него сапоги, доверху забрызганные грязью. Затем она полностью раздела его и растерла горячими полотенцами, нагретыми у камина. Коннор сидел не шевелясь, с закрытыми глазами, безропотно позволяя девушке хлопотать вокруг него. Он лишь слегка вздрогнул, когда одев его в сухую чистую одежду и расчесав волосы, она нежно поцеловала его в губы. Затем Джемма подошла к очагу, где подогревались каша и чай для Коннора. Пока он ел, она не отрываясь смотрела на него.