Мерцающие врата - Дженна Блэк

— Ты так говоришь, будто уверен в том, что я — Мерцающая.

Я ни слова не говорила ему об этом. Я рассчитывала отложить этот разговор до тех пор, пока он сам не спросит.

Он устало улыбнулся.

— Для меня это стало очевидно еще тогда, когда я впервые привез тебя в этот дом. Ты еще ни разу не посмотрела в большое окно. Большинство людей первым делом обращают на него внимание и хвалят вид, а сегодня был солнечный день.

— Может, я просто боюсь высоты.

Он прищурил глаза.

— Не притворяйся дурой.

Он сказал это не зло, но некоторое раздражение в его голосе все же было.

— Ты видишь Волшебный мир. И в этом окне ты видишь его наложение на Реальный. Ты — Мерцающая, и вхожа в оба мира, и оба мира ведомы тебе.

Я пожала плечами. Притворялась дурой, так сказать. Но это было фактически признанием правоты его слов.

— Ну и что, Итан и его друзья-подпольщики объяснили тебе, что это значит — быть Мерцающей? — подколол он меня.

Я лишь еще раз пожала плечами.

— Честно говоря, не вижу в этом ничего такого. Ну, из-за чего весь сыр-бор.

— Значит, ты просто еще не думала об этом по-настоящему.

Он продолжал подкалывать меня, хоть я и не понимала, почему он ведет себя так.

— Как у тебя с историей? Ты достаточно хорошо ее знаешь?

Вопрос поставил меня в тупик. Я не поняла, к чему отец клонит, ведь мы говорили совсем о другом.

— Ну, я бы не сказала, что история — мой любимый предмет, — сказала я.

Ну а что такого? Ведь положа руку на сердце, каждый скажет вам то же самое: история — это скучно, скучно, скучно!

— Типичная американка, — пробормотал отец. — Ну, о Ричарде III ты слышала?

Я бросила на него сердитый взгляд.

— Я сказала, что история у меня — не самый любимый предмет. Но не говорила, что я тупица, которая ничего не знает.

— Ричард III взошел на трон после смерти своего брата, Эдварда IV. Но в истории он остался как вероятный убийца принцев — сыновей своего брата.

— Как я уже сказала, я кое-что все-таки знаю.

Но признаться, кроме того, что отец только что поведал, я не знала больше ничего. Однако то, что он так важничает и как бы нисходит до того, чтобы просветить меня, раздражало. В ответ на мою реплику он сверкнул глазами. Похоже, он не привык к тому, что ему прекословят, даже так, слегка. Что ж, придется ему привыкать, раз уж я здесь застряла. Но все же его сердитого взгляда было достаточно, чтобы меня впечатало в кресло.

— Убил Ричард принцев или не убивал? Этот вопрос до сих пор мучает историков и вызывает множество разногласий.

Он замолчал, ожидая моего остроумного замечания, чтобы вцепиться мне в горло. Я решила, что на этот раз лучше промолчать для собственной безопасности. Но в душе я продолжала недоумевать: ну какое отношение все это имеет к Мерцающим вратам и тем, кто способен проходить сквозь них, то есть ко мне?

— В те времена, — продолжил отец, — Авалон принадлежал простым смертным, и правили в нем короли Англии. То было время великого раздора и борьбы за Корону, когда род Йорков и род Ланкастеров сражались между собой за трон. В истории этот период известен как Война Роз. Она длилась больше тридцати лет. Волшебники были и по ту, и по другую сторону; между ними тоже был раздор. Орден Белой Розы поддерживал Йорков, а Орден Алой Розы — Ланкастеров.

Он улыбнулся мне улыбкой, которую иначе как горькой было невозможно назвать.

— Помнишь, я говорил тебе, что природу Волшебников не изменишь? Представители Ордена Белой Розы до сих пор считают своим символом Розу Йорков, а потомки членов Ордена Алой Розы — красную Розу Ланкастеров. Волшебники Ордена Алой Розы собственноручно уничтожили Йорков, похитив принцев. А так как подозрение в их убийстве пало на Ричарда, он уже не мог соответствовать образу идеального правителя. Так что когда он погиб в сражении, корона перешла к роду Ланкастеров.

Ладно, не надо было быть историком, чтобы понять, к чему клонит отец. Очевидно, некая Мерцающая тех времен приложила руку ко всем этим событиям. Вопрос только в том, насколько и как именно. Я нахмурилась: что он расскажет еще?

— Так что, есть какое-то заклинание, которое может заставить людей просто исчезнуть? И Мерцающая тех времен пронесла это заклинание в Тауэр, произнесла, и принцы исчезли?

— Нет. Волшебник Ордена Алой Розы послал Мерцающую и Рыцаря в Реальный мир простых смертных. Рыцарь навел серию заклинаний, сбивающих с толку, и им удалось просочиться в Тауэр. Там они добрались до принцев.

— Подожди-ка! — воскликнула я. — Я думала, Мерцающая может просто пронести нечто магическое в Реальный мир, но не знала, что можно переносить людей.

Отец кивнул.

— Вокруг Мерцающей существует определенная магическая аура. Если Волшебник или Волшебница соблюдают осторожность, оставаясь в пределах ауры Мерцающей, тогда они тоже могут войти в мир простых смертных, сохраняя при себе весь свой магический опыт и умения. И точно так же Мерцающая может перенести в Волшебный мир какого-нибудь простого смертного с любым техническим изобретением и механизмом.

— Так именно это и случилось с принцами? Рыцарь и Мерцающая похитили их и перенесли в Волшебный мир?

— Да.

— И что стало с ними потом, в Волшебном мире?

Отец взглянул на меня хмуро и печально.

— Смертные не могут выжить в Волшебном мире без ауры Мерцающей, которая их защищала бы. Та Мерцающая бросила их в Волшебном мире на произвол судьбы, и они умерли. Теперь ты понимаешь, откуда «весь этот сыр-бор» по поводу того, что ты — Мерцающая.

Да, теперь не понять это было трудно. Неудивительно, что никто так и не узнал толком, что стряслось с принцами. Никому ведь и в голову не приходило рассматривать возможность того, что их перетащили в Волшебный мир и угробили!

— Заманить Мерцающую на свою сторону — это все равно что владеть атомным оружием. Даже если никто никогда не воспользуется им, одно то, что оно есть, создает угрозу и внушает страх. Грейс хотела заполучить тебя силой, Алистер хотел перетянуть тебя с помощью своих детей, через дружбу и привязанность.

Я вскинула подбородок; мне было больно, что он снова напомнил мне об Итане.

— А ты? — спросила я. — Как собираешься ты перетянуть меня на свою сторону?

Он улыбнулся мне, наклонился и положил свою ладонь мне на руку.

— Я просто буду твоим отцом. Буду защищать тебя, относиться к тебе с добротой и уважением. И я буду говорить тебе только правду.

Я осторожно вытащила свою руку из-под его ладони. Пока что я не готова была к таким интимным, физическим проявлениям любви.

— Твои методы мне нравятся больше, — тихо сказала я.