Время Листопада (СИ) - Бранник Елизавета

— Выезжаю, — кинул Игорь.

— Обещай… не убивать его?

— Нет, не обещаю.

— Тогда…

— Будь осторожна и жди меня, — холодно произнес Листопад, открывая дверцу машины. — Я приеду. И я сделаю то, что должен. И я … не убийца.

— Я жду тебя, — выдохнула она.

— Коля, со мной, — бросил Игорь телохранителю. — Подкрепления ждать не будем, все по-тихому. Справимся?

— Да, шеф.

— Я с вами! — рядом стоял Сергей.

В глазах брата Листопад увидел отчаянную решимость. И мольбу. Опасно. А отказать не опаснее ли? Бросить привычное «не вертись под ногами»? В этом мероприятии, чувствовал Игорь, брат имеет право участвовать. И если ему не дадут этого сделать, они с ним рассорятся навсегда.

— Почему ты не сказал?! Я должен был знать! — Сергей, насупясь, смотрел в глаза.

Игорь помедлил, произнес негромко:

— Теперь знаешь. Мне помощь не помешает. Только не лезь поперед батьки, Ведерников.

— Тоже мне батька, — облегченно фыркнул Младший. — Давайте на моем! Я поведу!

Листопад кивнул. Они вышли втроем за ворота и сели в машину со зверским волчьим оскалом на капоте.

— Братья-царевичи верхом на Сером Волке, — пробормотал Сергей. — Берегись, Вражья Сила.

Джип отъехал от дома, а из ворот вслед за ним вырвались два байка.

— И царевичны с нами, — буркнул Игорь, оглядываясь назад.

— Вместе веселее, — отозвался Николай.

— И опаснее, — недовольно изрек Листопад. — Придурок вообще-то вооружен.

У поворота на главную трассу Игорь увидел на обочине Пупса, лежащего в окровавленном снегу. Он заколебался, сделал было знак Сергею, но рядом с псом притормозили Ника и Лика. Кузины склонились над собакой, а потом Лика помахала рукой в придуманном ими еще в детстве особом жесте: «все под контролем». Сергей рванул дальше, Игорь видел, как Лика и Ника хлопочут над Пупсом. Значит, жив еще. Пытался догнать Демона, храбрый Пупсик, за что и поплатился.

Они подъехали по нужному адресу еще засветло, но остановились в начале улицы. Ира ждала их в машине. Женщина была бледна. Дом светился окнами.

— Он вышел в другую комнату, собирает вещи. У него ранена рука.

— Это собака. Откуда знаешь?

— У меня там камеры. Я думала… — она замолчала. — Пощади его, Листопад.

***

Ира поставила в доме камеры, потому что была уверена: Макс ей изменяет с какой-нибудь молодой с*чкой. А иначе зачем снимать дом? Копии с ключей она сделала, когда Максим спал после дозы. Увидев старую постройку, Ирина засомневалась. У Макса есть деньги. Он собирается приводить любовниц в эту хибару? Постепенно до нее дошел смысл всех действий пасынка. Она ужаснулась и принялась следить за Максом днем и ночью. Отчеты из детективного агентства приходили к ней по нескольку раз в день. В агентстве работали профессионалы. Они сообщили Ирине, что за Пимановым-младшим также следят люди Листопада. Это было вполне объяснимо, но только Ира знала всю подоплеку.

Сидя в машине недалеко от дома, снимаемого Максимом, Ирина наблюдала за ним через мобильный. Макс привез девушку несколько часов назад. Она пыталась бежать, разгадав, как открываются наручники для сексуальных игр. Макс поймал ее, принялся неистово целовать. Ирина изнывала от ревности и чувствовала: если Макс решится на большее, она не выдержит. Но он усадил девушку на диван и сел перед ней на колени, обняв за бедра, прижавшись, уткнувшись головой ей в живот. На руке у него была окровавленная повязка. Камера с трудом передавала тихий голос, и о многих его словах Ирина только догадывалась.

— Ну что ты, Снегурочка… Пожалуйста, хватит со мной бороться. Измучила ты меня совсем, Златочка. Но теперь все будет хорошо. Ты молодец. Я знал, что ты придешь.

— Ты меня заставил, — со слезами в голосе сказала Злата. — Вика… с ней все в порядке?

— Конечно, — Макс поднял голову, провел пальцами по щеке девушки. — Глупая у тебя подружка. Ей, наверное, сказали мышкой сидеть, а она в кафе забежала за расчетом. Не смотри так. Что мне оставалось делать? Ты номер сменила, Листопад тебя спрятал… как Златовласку, в башню. Все в порядке с твоей Викой. Я ведь знаю, что ты с ней дружишь. Я всегда свои обещания держу. Обещал, что найду — нашел. Обещал, что вместе будем — будем. У меня есть деньги. Нам сделают документы и мы уедем. Далеко. Ты будешь только моей.

— Я не твоя, — девушка упрямо качнула головой.

— Моя, — Макс положил ей ладонь на затылок, с нажимом провел большим пальцем по губам.

Ирина замерла. Она знала, что значит этот тон. Девочке бы лучше помолчать. Она и замолчала, умная головушка. Ира понимала, что Злата всего лишь жертва, несчастная красотка, на которую пало внимание младшего Пиманова.

Ирина раздобыла старую медкарту Макса. Диагноз ему был поставлен еще в двенадцатилетнем возрасте. Бывшая жена Юры скрыла его от мужа. Напрасно. Но еще не поздно. Еще можно все исправить. Лишь бы Листопад не покалечил Макса.

Макс говорил и говорил. Рассказывал Злате о том, как любит ее, как хорошо им будет вместе. Голос его становился все тише, язык заплетался. Он лег на диван, положил голову девушке на колени и заснул. Злата сидела неподвижно и только изредка тихонько всхлипывала. Ире не нравилось ее выражение лица. Лишь бы пленница ни на что не решилась. Ирина тихо зашла в дом, полагаясь на сообразительность девчонки. Та увидела ее приложенный к губам палец, слегка дернулась, но ничего не сказала. «Пистолет. Где?» — знаками и губами показала Ирина. Злата повела глазами в сторону стола. Ирина аккуратно взяла оружие и вышла из комнаты на подгибающихся ногах, поражаясь собственной храбрости. Просто она любит Макса. Любит так сильно, что готова защищать его от него самого.

Больше всего Ирина боялась, что, проснувшись, пасынок обнаружит пропажу пистолета, но Злата начала тараторить, видимо, отвлекая своего похитителя. Судя по лицу девушки, появление Ирины ее приободрило. Она повторяла, что боится. Максим, ухватившись за ее слова, сел на своего любимого конька — говорил, что он принц для Снегурочки и спасет ее от злого мира. Макс начал ходить по дому, собирая немногие вещи, а Листопада еще не было. Наконец, подъехала машину. Дрожащими руками Ирина набрала лекарство в шприц. С минуты на минуту должен был появиться минивэн работников клиники, но медлить было нельзя.

Она боялась, что дьявольское чутье Макса предупредит его об опасности, что он догадается и выглянет в окно, или же затаится, среагировав на подозрительные звуки, но, видно, дурь сделала свое дело. Максим вышел из комнаты и столкнулся лицом к лицу с Листопадом.

— Ну, здравствуй, Чудовище, — спокойным, но жутковатым голосом сказал Игорь.

… Двое парней, что сопровождали Листопада, почти не вмешивались: один тут же вывел Злату, а второй просто стоял, словно подстраховывая Игоря. Листопад ударил Максима всего несколько раз, но вложил в свои удары… многое. И то сдерживается, задыхаясь от жалости, но не вмешиваясь, думала Ирина. Лицо Макса залило кровью. Он пропустил несколько ударов и перестал отбиваться. Видимо, Листопад понял, что перед ним уже не стоящий его противник. Он нокаутировал Максима в угол, подошел, присел рядом, задумчиво разглядывая задыхающегося парня. Внимание его привлекла татуировка на руке Макса.

— В зайце — утка, в утке — яйцо, в яйце — игла, а в игле — смерть твоя, — медленно проговорил Игорь. — Не завидую тебе парень, учитывая, в чьи руки ты попал. Он весь твой, Ира.

Она быстро сделала укол. Макс смотрел ей в глаза.

— Так надо. Так надо, Максим, — виновато проговорила она, следя за тем, как опускаются его веки.

— Что дальше? — спросил Листопад.

— Ты обещал, — взволнованно напомнила она, выпрямляясь.

— Коля, подожди меня у машины, — попросил Игорь.

Парень с невозмутимым профессионально-спокойным лицом вышел из комнаты, бросив внимательный взгляд на затихшего в углу Максима.

— Сейчас приедут люди. Клиника… я договорилась… лечение. У меня теперь есть деньги. Макс болен, Игорь! С детства! Нужна терапия. Клянусь, только под присмотром… прогноз хороший… увезу… он никогда вас больше не побеспокоит! Я приму все меры!