Куда приводят мечты? - Елена Пряжникова

— Это ее телефон. Алексис я увезу сегодня в шесть, — с этими словами он вышел.

Я знал, что он только что похоронил все свои мечты… Но главное — это ее счастье…

Он ушел, а я остался наедине со своими мыслями, рисунками Роуз и цифрами, оставленными на листке бумаги. У меня оставался лишь один выход, и сейчас я должен был забыть о всех своих принципах, самолюбии и прочей ерунде, которой тешатся мужчины, оправдывая самый бессмысленные и жестокие поступки, которые они совершают в этой жизни…

Сигаретный дым вился вверх, но сейчас даже сладость горького яда не могла заглушить то волнение, которое бурлило во мне, перемешиваясь с болью, терзаниями и ненавистью к самому себе. Пара фраз по телефону и вот, спустя несколько часов я ждал Розали в парке.

— Ты снова куришь? — тихо спросила знакомый до дрожи голос.

Я бросил курить, когда родилась Элли. Один разговор со Стивеном, и я мгновенно отказался от сигарет… Я почти не заметил, как Роуз подошла ко мне справа, и поэтому я слегка вздрогнул, от неожиданности ее голоса.

— Да, — ответил я ей. — А ты все также против этой привычки?

Даже уголки наших губ не дернулись вверх, хотя в любом другом разговоре других людей, это звучало бы как шутка. Для нас же это было очередным осколком прошлого, причиняющим нам боль…

— Я… Нет… Это уже неважно… — ее голос напоминал шепот. В ее глазах незримо колыхались вопросы: "Зачем я пришла сюда?", "Возрождать прошлое? Но стоит ли оно того?", а кроме них еще и боль…

Она повернулась и посмотрела на беззаботно гуляющих детей… Так могло бы быть, но так никогда не будет…

— Наверное, я зря пришла… Прости… — она отвернулась, тщетно пытаясь сдержать слезы, которые я уже успел увидеть…

— Я не хочу, чтобы ты уходила, — осторожно положив руку ей на плечо, я попытался плавно развернуть ее лицом к себе. — Я хочу, чтобы ты осталась, — негромко попросил я.

Сейчас эта просьба давались мне легко, потому что это действительно то, чего я искренне хотел.

— Эмметт… Я… Я не знаю… — пролепетала она, все еще пытаясь отвернуться.

— Просто останься, — чуть слышно прошептал я, наклоняясь к самому ее уху, так, что слова, срывающиеся с моих губ, мягким ветром, путались в ее нежных локонах.

Я чуть отстранился, но лишь для того, чтобы видеть ее глаза. Они были отражением моих: та же любовь, насквозь пропитанная болью… Я не мог ее отпустить, только не сейчас, только никогда я вновь ощутил то, что чувствовал в ее присутствии.

— Зачем? — прошептала Роуз, видимо, уже из последних сил…

— Чтобы дать мне шанс, — я взял ее руку и коснулся ее холодных пальцев своими губами.

Мне так нужно было ее тепло, так нужна была ее заботы, ее любовь… Все эти годы я просто существовал, жить вдалеке от нее было невыносимо, но я привык, а теперь, когда у меня появилась возможность все изменить, я просто не могу отступиться, не поборовшись.

— Ведь ты знаешь, каково мне без тебя: твоя боль — это отражение моей боли, я слишком люблю тебя и Эли, чтобы быть вдали от вас…

Человек, которому в пустыни дали лишь один глоток воды, вероятно, чувствует себя также. После стольких лет одиночество, одна встреча с Роуз и Элли были для меня лишь каплей, а я хотел получить весь океан, потому что я знал: без них мне больше не выжить…

— Эмметт… — она выдохнула мое имя, как нечто ценное, а я продолжал смотреть на нее так, как будто ничего более дорого у меня не было… — Ты уверен, что хочешь этого. Я не смогу больше выдержать лжи. Не хочу и не смогу. Если ты вновь солжешь, то я уйду… Не утруждай себя ложью. Конечно, я не умру, но больше я не могу… Я бесконечно устала…

Она опустила глаза, пряча взгляд. Она винила меня во лжи, и я понимал и прощал ее, потому что действительно был виновен. Ее начало потряхивать… Истерика близко…

Я чувствовал, как тело ее пробирает дрожь, и поэтому нежно обнял ее за плечи и притянул к себе с такой осторожностью, словно она фарфоровая статуэтка, причинить вред которой, значит просто убить самого себя.

— Никакой лжи. Я обещаю, — голос мой слился с ветром, который закружил воздух, перемешанный с сигаретным дымом, в неизвестном мне танце, но сейчас мне было совершенно наплевать, что творится вокруг…

Роуз была рядом, а это главное…

Она вздрогнула и уткнулась в мою грудь, обняв…

— Эмметт, почему? Почему все это происходит с нами? Почему ты не пришел раньше? Я так скучала… Мне так тебя не хватало!

Я жадно вдыхал такой родной и любимый запах, пока руки мои нежно поглаживали ее спину, а она лишь обнимала меня, стремясь быть ближе…

— Видимо, так должно быть, — тихо проговорил я, — это всего лишь очередное испытание, которое мы прошли. И теперь мы вместе, — я отстранился от Роуз и взял ее лицо своими ладонями. — теперь все будет по-другому, мы будем настоящей семьей — такой, о которой мечтали с детства.

В моих глазах загорелись искорки радости и надежды на самое лучшее будущее, которое можно себе представить.

Розали улыбнулась и нежно коснулась моего лица:

— Я люблю тебя… Всегда любила… — она вновь несмело улыбнулась, и я чувствовал себя счастливым.

Она обвила руками мою шею и вновь прошептала:

— Люблю…

Ее губы неуверенно скользили по моим, и я будто бы вновь приобретал крылья, которые когда-то давно, были отрублены… Теперь ничто не важно, ничто…кроме этих слов:

— Я люблю тебя! — словно эхо повторил я слова Роуз.

POV Rosalie

Я с глупой улыбкой стояла у своей машины. Мне так не хотелось уезжать сейчас. Уезжать от него…Мы словно наркоманы, зависели и продолжаем зависеть друг от друга.

Любовь есть, и мы — прямое доказательство этого.

Мы простояли в парке, обнявшись, около часа, просто наслаждаясь тем, что мы рядом, вдыхая аромат друг друга, и нежно прикасаясь к любимым чертам лица.

Он обещал мне, и я поверила. Иного было не дано: либо мы верим друг другу, либо наша попытка создать семью вновь провалится. Сейчас мы должны думать так, словно единый организм, и тогда у нас все получится.

Сейчас я переминалась у машины и смотрела на Эмметта. Его автомобиль был припаркован рядом, а мы просто не могли уехать не попрощавшись…

Я подбежала к мужу и вновь обняла. Я знала, что веду себя глупо, ведь уже завтра мы встретимся снова, но… Мне так не хотелось отпускать его.

Эмметт обнял меня, вновь зарываясь носом в мои волосы, а потом тихо засмеялся:

— Чувствую себя словно подросток, только что признавшийся в любви, и она оказалась взаимной. Необыкновенное ощущение…

Я улыбнулась и нежно сказала: