Подземелье - Ваня Мордорский

Гоблиненок хотел бы и атаковать, и помешать ему. Но в этот момент там, в другой реальности, произошло нечто важное. На змею. На него напали.

Огромная тень метнулась с небес, атакуя змею. Чудом первая атака прошла мимо. Большая крылатая тварь с острыми когтями, — инстинктивный страх змеи вновь взмыл в небо, а змея заскользила прочь. Скорее, под защиту деревьев. Вот только до них было далеко.

Погоня не длилась долго. Через пару мгновений последовала новая атака. Вот только в этот раз змея поняла, что ей не уйти и она должна принять бой. Прямо тут. На своей территории, до того как тварь вновь поднимется в небо. Сжавшись пружиной, она выстрелила в противника.

Тот попытался отогнать ее смертельно острым клювом и когтями.

Одновременно с этим, Зур’дах нанес удар копьем. Он ощутил как правильно двигается тело, — совсем как змея, — и продублировал в реальности атаку. Совмещать атаки и тут, и «там» было единственным возможным вариантом выжить и выиграть бой.

Бам!

В этот раз противник уклонился.

Змея повторно атаковала. Не давая пернатой твари взмыть. Атаковала в крылья.

Гоблиненок провел три мощные атаки. Три рывка с одновременным применением Крови, он что-то такое тренировал с Наставником, вот только сейчас все было иначе. Вообще по-другому. Такой мощи в копье Зур’дах никогда не ощущал. Ему казалось, что это копье просто невозможно заблокировать, от него невозможно увернуться, убежать. И если первые два атаки взрослый гоблин отбил, то третью, в ребро — пропустил.

Пасть вгрызлась в крыло, оторвав кусок. И змее едва не размозжили голову острым клювом.

Получается!

Копье пробило ребро и вошло глубоко внутрь. Для подобного боя рана более чем серьезная. Противник вскрикнул и выронив клинок зажимал рану рукой.

Несколько атак — и змея, изранив крылья, умудрилась наконец-то обвиться вокруг шеи крылатой твари. И начала сжимать и сжимать. Душить до смерти. Эту добычу нужно было убить. И тварь не могла навредить змее ни своими острыми когтями, ни мощным клювом. Верткую и прилипшую к телу змею было невозможно достать.

Зур’дах плыл над песком ощутив, несмотря на боль от ран по всему телу — легкость. Плавность. Будто Баланс слился с каким-то новым пониманием, новым знанием. Прожив кусок жизни змеей, он постиг что-то небывало. То, что можно применить в бою.

Реальность сошлась воедино. Он был тут, на Арене, и больше нигде. И перед ним был раненый, но не сдавшийся противник. И он бросился в атаку. С одним мечом.

Однако теперь гоблину чего-то не хватало, и Зур’дах это понял после пары блоков.

Дзинь! Дзинь!

Копье легко прошло и царапнуло по груди.

Зур’дах продолжал сохранять ощущение того, что его тело — едино с копьем. Что оно будто бы без костей. А копье лишь продолжение его.

Через секунд он выстрелил в ответной атаке и в этот раз он бил наверняка.

Противник попытался отпрыгнуть, но Зур’дах знал — от его копья не уйти. Всё его тело было направлено вперед. К цели.

Он ощутил как проткнулась преграда — живот, и лезвие копья глубоко погрузилось внутрь, пробивая внутренние органы и кроша кости. Удар был неимоверно силен. Смертельный удар.

Секунду противник неверяще смотрел на торчащее из него копье, а потом с каким-то облегчением выдохнул:

— Уф… — странно выдохнул он, — Сильный ты…брат… — вдруг прохрипел он.

Зур’дах ощутил, как копье прижимает к земле вес тела противника. И это ощущение он испытывал впервые. Он хотел выдернуть копье, но руки гоблина не дали этого сделать.

— Нет…нет…еще пару мгновений оставь…если вытащишь — сразу сдохну. Хорошо хоть от руки своего, а не в пасти твари. Вот это было бы у…жа…кха-кха-кха…

Противник закашлялся, схаркнув кровь. И он…улыбался.

Зур’дах встретился с ним глазами и не мог отвести взгляд. В этих глазах не было страха. В ушах гоблиненка стоял странный, непробиваемый шум, и он слышал только слова, произносимые противником.

— Тебе страшно, малой, хоть ты и сильнее — а мне нет. Вот и вся разница между нами.

Зур’дах прислушался к себе. Ему было страшно, но лишь оттого, что он боялся, что если он вынет копье — то гоблин перед ним не умрет и…его придется добивать. Мысль промелькнула за секунду.

— Ты гоблин — я гоблин, а вокруг одни уродские дроу. Забавно…кха-кха-кха…Жестоко, но ты привыкнешь. Знаешь, я надеюсь тебе повезет больше, и тебе на Арене попадется хоть один дроу и ты с таким же удовольствием как и я вспорешь ему брюхо. Мне так не повезло. Пришлось убивать своих.

Этот взгляд будто связал их обоих крепче любых уз. Зур’дах смотрел в зрачки гоблина и не мог оторваться. Там была жизнь, и там была целая вселенная.

— Смерти нельзя бояться, иначе нечего выходить на бой. Ты должен быть готов умереть. Может ты сегодня выжил, но в следующем бою ты можешь умереть. Понял? Мы обречены, не сейчас — так потом. Нельзя постоянно выживать.

Зур’дах бездумно и рефлекторно кивнул.

— Не понял?.. Ладно, меня зовут Са…кха-кха-кха…

Через секунду тело гоблина рухнуло под собственным весом на пол.

Зур’дах инстинктивно встал над ним, по прежнему, как за соломинку, держась за копье.

Кровь растекалась под несомненно мертвым телом. Звон в ушах прошел и он слышал, как Арена ревела. Ему было всё равно. Вот он — такой же как он гоблин. Такой же он теперь Чемпион. Мертвый. Убитый именно им.

Гоблиненок смотрел в глаза. Мертвые глаза, в которых больше нет жизни. Нет мысли. Нет желаний. Только мертвая неподвижность.

Странно…

Выдергивать копье не хотелось. Не хотелось даже уходить отсюда. После боя стало…ужасно паскудно на душе, будто сделал что-то неправильное. И дело было не в самом бое, а вообще…во всем.

Кажется, он услышал голос Старшего Наставника.

Может я уже долго так стою?

Но нет, вроде бы прошло всего лишь десяток мгновений,