'Фантастика 21025-22'. Компиляция. Книги 1-23 - Виталий Хонихоев

царит полумрак, все лампы давно разбиты и только пламя от катающейся по полу чудовищной собаки и аварийная подсветка на стенах разгоняют темноту. Вспыхивают молнии, я падаю на землю, чувствуя, как неподалеку падают Акира и Юки, но сила крови поднимает нас и Акира бросает «Инферно» вперед по пандусу выхода номер шестнадцать.

Какая-то тварь кусает меня в шею, я хлопаю ее ладонью. Что-то вроде москита, только здоровенного и в цветах Имперской Инквизиции. Голем? Или призывное существо, фамильяр? Или это один из сотрудников инквизиции и сейчас я прихлопнул полковника? Что такое воинские звания в отрыве от реальности? В принципе само по себе вознаграждение за ратный труд — это поощрение убийства людей, разве нет? Разве не должны мы все усесться в круг и решить все наши проблемы покурив трубочку и предавшись славной оргии? Хорошая идея, нужно только распланировать все как полагается, чтобы никто не привел с собой Соню или Шляпника, вот уж кому не место на мероприятии… а ведь я его предупреждал. И его и Мартовского Зайца.

— Син, что с тобой?! — кричит мне Акира, не понимая, что со мной все в порядке. Я просто нашел ответ на Самый Главный Вопрос Жизни, Вселенной, и Всего Такого Прочего.

— Очнись, Син! — склонившаяся надо мной Акира хлещет меня по щекам, где-то гремят выстрелы, и я вижу Богиню с дробовиком. Похоже я влюбился и мне срочно нужно признаться в любви. Я встаю, нежно отстраняя Акиру в сторону и получаю разряд чего-то темного в грудь. Больно. Неожиданно, но я опять знаю, что именно надо сделать, чтобы кинувший в меня эту дрянь — осел на землю и схватился за горло, потому что захлебнулся в собственной же крови. Вообще, похоже, что все на свете собирается препятствовать моему счастью с Богиней, но это только потому, что их недостаточно любят и ценят. Я уверен, что если я сейчас дам всем этим заблудшим людям достаточно любви — как все изменится. Но что такое любовь?

— Хэк! — сверху на меня обрушивается удар, и серебристая лента клинка сталкивается с моими багровыми лентами, вибрирует и поет. Ленты тотчас стягивают мужчину с клинком, связывая его на манер подарочной упаковки и я чувствую, что очень сочувствую этому незнакомому мужчине в форме Имперской Инквизиции. Все-таки он тратит так много сил, а ведь у него еще наверняка и семья есть, и вообще — в такую жару и в мундире…

— Получай! — снова молнии и снова больно. В голове начинает прояснятся и я вдруг забываю ответ на Самый Важный Вопрос Вселенной, но зато вспоминаю, что мы тут делаем и кто эти люди, которые делают мне больно. Смотрю по сторонам, вижу, что Акира швыряет в темноту коридора языки пламени, оттуда вырываются ответные, Юки лежит на полу и блаженно пускает пузыри ртом, кровушка говорит, что с ней все в порядке. Видимо тоже укусил москит с галлюциногеном, думаю я, вот же паршивая штуковина. Жаль, что нету у меня иммунитета к этой гадости. Рывком — вызываю полный доспех, закрывая все тело, отмечаю, что Акира также покрыла пламенем все тело и москиты бессильно сгорают, пытаясь впрыснуть ей яд.

— Хэк! — мужчина с клинком снова нападает на меня, и я не понимаю, как он смог освободится от моих багровых лент.

— Довольно! — гремит голос под сводами тоннеля выхода номер шестнадцать и мужчина с клинком отпрыгивает назад, отбрасывает клинок в сторону и достает из кармашка на предплечье какую-то таблетку. Проглатывает ее.

Тем временем вперед выходит тот самый мужчина со шрамом на лице.

— Хотите по-плохому?! — рычит он: — получайте! — его руки изображают сложную печать и он с размаху ударяет кулаком в бетонный пол, да так, что все вздрагивает: — Абсолютная Печать!

Я смотрю на него, не понимая, что именно происходит. Внезапно пропадает пламя, трупы чудовищных собак-бульдозеров, даже запах паленой плоти. Что-то меняется в окружающем мире, но вот что именно? Подозревая очередную галлюцинацию, я протягиваю вперед багровое щупальце… где оно?!

Быстро осматриваюсь. У меня больше нет багровых нитей, я больше не чувствую состояние Акиры или Юки. Последняя, кстати, поднимает голову и взмахивает рукой, но с ее пальцев не срывается ледяной болт. Шатается и падает на колено Акира, ее ладони больше не горят иссиня-темным пламенем и она смотрит на свои ладони неверящим взглядом. Абсолютная Печать. У нас теперь больше нет магии. Рядом Юки жмет на спуск дробовика и тот сухо щелкает. Осечка. Юки передергивает затвор и снова жмет на спусковой крючок. Снова осечка. И огнестрельное оружие тоже не действует?

— Взять их! — рычит мужчина и к нам приближаются инквизиторы. На них Абсолютная Печать тоже действует, они даже идут неуверенно, выбирая место куда поставить ногу, словно при недомогании. Все окружающие — словно бы перенесли длительную болезнь, еле передвигают ноги с болезненными гримасами на лицах. Мгновенно в голове проносится вереница мыслей. Первое — никогда не слышал об этой Абсолютной Печати, но судя по уверенности инквизиторов, подобное заклинание для них не новинка, используется регулярно и вот она — фишка, которая помогает всем этим спецслужбам в борьбе против магов. Акира и Юки — это же тактическая магическая ядерная боеголовка, но только если у них есть магия. Лиши их магии и они — всего лишь две девушки, которых могут легко скрутить четыре крепких мужика. Второе — судя по реакции самих инквизиторов — им эта процедура также неприятна, но они были готовы к такому повороту. Даже таблетки какие-то приняли, не иначе — гасители постэффектов печати. Значит прямо сейчас у них будет преимущество перед нами в физической форме и реакции. Третье — если торопятся взять нас прямо сейчас, не подождав, пока они отойдут от последствий — значит эффект Печати не долгосрочный. И накладывать его постоянно они не могут. Или могут, но чревато последствиями. Вон, мужик со шрамом на одном колене стоит и отдышаться не может никак. Мои девчонки — тоже шатаются и не могут собраться, Акира так и не встала с колен. Удивительно, но я чувствую себя вполне хорошо, за исключением того факта, что кровушку больше не чувствую. А это значит, что здесь и сейчас я — единственный, кто стоит между инквизиторами и моими союзниками. Я выпрямляюсь и поворачиваю голову набок, разминая шею. У меня две задачи и первая — потянуть время, чтобы эффекты Печати спали. Вторая — уничтожить врагов. Если я смогу. Как там пел Высоцкий — их восемь, нас двое.

Делаю шаг к