Вторая мировая война - Уинстон Черчилль

19 августа я снова посетил фронт в Пустыне. Я проехал вместе с Александером в его машине из Каира мимо пирамид около 150 миль через Пустыню к морю близ Абукира. Все, что он рассказал, весьма ободрило меня.

Домой я отправил следующий отчет:

Премьер-министр – заместителю премьер-министра, для военного кабинета, генералу Исмею и другим, кого это касается

21 августа 1942 года

1. Только что провел два дня в Западной пустыне, посетив штаб 8-й армии. Брук, Александер, Монтгомери и я посетили расположение 44-й дивизии, 7-й бронетанковой дивизии и 22-й бронетанковой бригады, а также новозеландской дивизии.

2. Я убежден, что мы шли к катастрофе при предыдущем командующем. Армия была разбита на отдельные мелкие части и находилась в угнетенном состоянии в результате замешательства и неуверенности. До сведения людей на фронте не было доведено никакого ясного боевого плана, никакая сильная воля не воздействовала на соединения…

4. С тех пор на основании того, что я мог увидеть, посетив войска, и услышать от их командиров, атмосфера полностью изменилась. Александер приказал Монтгомери готовиться к наступлению, а тем временем удерживать все позиции, и Монтгомери издал энергичную директиву всем своим командирам, текст которой я представлю по возвращении. В войсках царит необычайное оживление и активность. Позиции повсюду укрепляются, и распыленные силы сортируются и перегруппировываются в прочные соединения.

5. Однако представляется возможным, что Роммель атакует в период полнолуния до конца августа. Бои, которые развернутся в результате этого, будут тяжелыми и критическими, но я глубоко верю в Александера и Монтгомери и убежден, что армия будет сражаться наилучшим образом. Если Роммель не атакует в августе, то его самого атакуют при сравнительно более неблагоприятных обстоятельствах в сентябре. Это благоприятствовало бы задачам операции «Торч».

6. Для битвы в августе мы должны иметь на фронте около 700 танков и 100 в запасе, около 700 боевых самолетов, 500 полевых орудий, около 400 шестифунтовых и 440 двухфунтовых противотанковых пушек, но поскольку мы имеем всего 24 средних орудия, мы определенно слабее в отношении артиллерии среднего калибра. Поскольку следует ожидать больших парашютных десантов и Роммель, несомненно, сделает все, чтобы одержать победу, армии придется напрячь все свои силы.

В эти последние дни моей поездки все мои мысли были сосредоточены на предстоящей битве. В любой момент Роммель мог атаковать своими сокрушительными бронированными силами.

В полном согласии с генералом Александером и начальником имперского генерального штаба я распорядился о целом ряде чрезвычайных мер для обороны Каира и водных рубежей, которые тянутся на север к морю. Были построены стрелковые ячейки и пулеметные гнезда, минированы мосты и на подходах к ним установлены проволочные заграждения, а также затоплены обширные районы. Я уже получил одобрение кабинета относительно директивы, которую следует оставить генералу Александеру. Он – верховный главнокомандующий, с которым я теперь имею дело на Среднем Востоке. Монтгомери и 8-я армия подчиняются ему.

Глава 7

Последние приготовления к операции «Торч»

Когда я вылетел из Лондона со своей миссией в Каир и Москву, командующий войсками в операции «Торч» еще не был избран. 31 июля я предложил, чтобы в случае, если генерал Маршалл будет назначен верховным главнокомандующим войсками в операции по форсированию Ла-Манша в 1943 году, генерал Эйзенхауэр стал бы его заместителем в Лондоне и занимался бы разработкой операции «Торч», которой он лично будет командовать с генералом Александером в качестве помощника. Велась соответствующая подготовительная работа, и еще до того, как я выехал из Каира в Москву, президент Рузвельт прислал мне две следующие телеграммы:

Президент Рузвельт – бывшему военному моряку, Каир

6 августа 1942 года

Предложение английских начальников штабов от 6 августа о том, чтобы генерал Эйзенхауэр был назначен главнокомандующим войсками в операции «Торч», приемлемо для меня и для начальников штабов Соединенных Штатов. Официальная директива для руководства генералу Эйзенхауэру, представленная английскими начальниками штабов, изучается, и о ней будет сообщено в ближайшее время.

И 8 августа:

Я целиком согласен с тем, что дата операции «Торч» должна быть приближена, и прошу приблизить ее на три недели по сравнению с ранее назначенной датой. Сообщение о назначении Эйзенхауэра я предоставляю сделать начальникам штабов в Лондоне и Вашингтоне.

Когда 24 августа я возвратился из Каира в Лондон, еще многое оставалось решить для того, чтобы окончательно оформить наши планы, и на следующий же день генералы Эйзенхауэр и Кларк пришли ко мне на обед, чтобы обсудить положение с операцией.

После беседы с американскими генералами я телеграфировал президенту:

Бывший военный моряк – президенту Рузвельту

26 августа 1942 года

1. Отныне я концентрирую свое основное внимание на операции «Торч», и Вы можете быть уверены, что я сделаю все, чтобы обеспечить решительный успех Вашей великой стратегической концепции. Было бы чрезвычайно полезно, если бы мы с Вами дали Эйзенхауэру директиву наподобие следующей:

«Вы начнете “Торч” 14 октября, атакуя теми войсками, которые будут иметься в Вашем распоряжении, и в местах, которые Вы сочтете наиболее подходящими».

2. В том виде, в каком я представляю себе эту операцию, она в основе своей прежде всего носит политический характер.

Первая победа, которую нам нужно одержать, состоит в том, чтобы избежать боя, а вторая, если нам это не удастся, – выиграть бой. Для того чтобы получить лучшие шансы на первую победу, мы должны:

а) создать максимальное впечатление подавляющей мощи при первой же атаке и

б) атаковать в максимально возможном количестве мест.

Это операция совершенно отлична от Дьепской и от любых вариантов «Следжхэммера». Там нам пришлось иметь дело с германской боеспособностью и одетым в сталь, укрепленным побережьем Франции.

Осуществляя операцию «Торч», нам придется в худшем случае иметь дело со слабым неорганизованным сопротивлением, и мы будем иметь большой выбор плацдармов, на которые мы можем высаживаться. Отсрочка удвоит риск и трудности, которые значительно превзойдут всякое увеличение наших сил.

Тщательная разработка всех деталей, особый учет соображений безопасности во всех расчетах, дальновидные меры для долгосрочной кампании, предусмотрительность в отношении всех возможных неблагоприятных стечений обстоятельств, какими бы благоприятными они ни казались в теории, может на деле погубить всю операцию. Начало операции позже той даты, которую я упомянул, чрезвычайно увеличит опасность просачивания информации и предупреждения ее.