Вторая мировая война - Уинстон Черчилль

Будучи в Каире, я настаивал на оказании сильной воздушной поддержки советскому южному флангу.

Премьер-министр, Каир – заместителю премьер-министра, министру иностранных дел, генералу Исмею и начальнику штаба военно-воздушных сил

19 августа 1942 года

1. Я согласен с тем, что нет возможности повлиять на положение в ближайшие 60 дней. Я также согласен, что ничего нельзя предпринять до того, как здесь будет достигнуто решение, а оно, несомненно, будет достигнуто через 40 дней, а может быть, гораздо раньше.

2. Этот вопрос следует рассматривать в свете долгосрочной политики, а именно – необходимо направить на южный фланг русских армий значительные английские, а позже и американские военно-воздушные силы:

а) с целью общего усиления русской воздушной мощи;

б) с целью создать передовую линию обороны всех наших интересов в Персии и Абадане;

в) ради морального значения проявления духа товарищества с русскими, которое превзойдет все то, что можно ожидать от сил, которые будут представлены. Мы должны иметь возможность совершить в отношении них дружественный акт, в особенности ввиду затруднений с отправкой конвоев PQ после сентября, и

г) потому, что это представляет собой не распыление сил, а еще большую концентрацию сил против главного объекта военно-воздушных сил, а именно изматывание германской авиации ежедневными боями. Мы можем сражаться против нее более успешно в обычных фронтовых условиях, чем ожидая всяких неприятностей от нее над Ла-Маншем. Даже если мы теряем свой самолет за каждый сбитый немецкий, это нам выгодно.

3. В своих переговорах со Сталиным я дал обязательство от имени правительства Его Величества проводить такую политику, и я должен просить кабинет поддержать меня в этом. Обратите внимание также на отчет о военных переговорах в Москве, когда вы получите его, и на мою переписку с президентом Рузвельтом по этому вопросу, которому он придает большое значение.

4. Начальник штаба военно-воздушных сил должен подготовить проект отправки авиационных соединений в плане, намеченном главным маршалом авиации Тендером, который я мог бы прежде всего отправить президенту, сопроводив его телеграммой. Если его ответ будет удовлетворительным, я затем сделаю определенное предложение Сталину, которое, возможно, не удастся осуществить до ноября, но которое даст возможность немедленно начать работу по ознакомлению с посадочными площадками и подготовке их и даст нам доступ в русскую сферу в Персии и на Кавказ. Если все будет обстоять благополучно, мы будем наступать вместе с южным флангом русских, в противном случае нам так или иначе придется направить силы такого порядка в Северную Персию. Я хочу телеграфировать президенту до своего отъезда отсюда. Окончательное решение может быть принято дома, когда мы получим его ответ.

5. Все обычно считают удобным облегчить свое положение за счет России, но от сохранения хороших отношений с ее колоссальной армией, находящейся сейчас в чрезвычайно тяжелых условиях, зависят серьезные проблемы. Меня трудно будет убедить в том, что подобные действия в рамках, о которых говорил Тендер, помешают осуществлению операции «Торч».

Мне удалось также закончить одно важное дело, связанное с передачей Персидской железной дороги под американское управление, о чем мы договорились в Тегеране.

Премьер-министр – заместителю премьер-министра, генералу Исмею и другим заинтересованным лицам

21 августа 1942 года

В результате совещаний, которые мы провели в Тегеране и Каире с г-ном Гарриманом и его американскими железнодорожными специалистами, мы договорились, что я должен принять предложение президента передать американцам эксплуатацию Трансперсидской железной дороги и порта Хорремшехр. Мы не можем эксплуатировать эту дорогу, если они не обеспечат нам 60 % всего необходимого персонала. Они предлагают взять на себя эксплуатацию дороги и обслуживать нас полностью, но вести эксплуатацию по американским нормам и с помощью американского персонала, военного и гражданского. Передача будет производиться постепенно и займет несколько месяцев. Когда она закончится, высвободится около двух тысяч человек британского железнодорожного персонала, который нам срочно требуется на других участках нашей военной железнодорожной системы. Вы ознакомитесь с моей телеграммой президенту, когда она будет проходить через Лондон.

Бывший военный моряк – президенту Рузвельту

22 августа 1942 года

1. Я задержал свой ответ до тех пор, пока не смог на месте изучить положение на Трансперсидской дороге. Сейчас я это сделал как в Тегеране, так и здесь и совещался с Авереллом, генералом Максуэллом, генералом Сполдингом и с их железнодорожными экспертами. Предполагается, что к концу года общая пропускная способность Трансперсидской железной дороги достигнет трех тысяч тонн в день. Мы все убеждены, что ее следует повысить до шести тысяч тонн. Только таким образом мы можем обеспечить увеличение поставок России, пока мы будем создавать вооруженные силы, которые должны направить в Северную Персию на случай возможного продвижения немцев.

2. Для того чтобы достигнуть этой более высокой цифры, будет необходимо значительно увеличить персонал железной дороги и предоставить дополнительный подвижной состав и техническое оборудование. Кроме того, поставленной цели можно будет достигнуть в сравнительно непродолжительное время только при условии, если эта задача будет осуществляться с достаточным энтузиазмом и энергией и все связанные с ней требования будут выполняться в первую очередь.

3. Поэтому я приветствую и принимаю Ваше весьма ценное предложение, содержащееся в Вашей телеграмме, чтобы управление, усовершенствование и эксплуатация железной дороги были переданы американской армии. Вместе с железной дорогой должны быть переданы порты Хорремшехр и Бендер-Шахпур. Ваши люди, таким образом, возьмут на себя великую задачу создания персидского коридора, через который в основном будут направляться Ваши поставки России. Все наши люди здесь согласны с тем, какие преимущества создаст одобрение Вами этого предложения. Мы не сможем найти необходимые ресурсы без Вашей помощи, и бремя, которое мы испытываем на Среднем Востоке, будет ослаблено тем, что мы сможем использовать в других районах английские части, занятые сейчас на эксплуатации железной дороги.

Ваши люди будут полностью отвечать за управление железной дорогой и портами, хотя распределение перевозок должно остаться в руках английских военных властей, для которых эта дорога служит важнейшим средством связи для оперативных целей. В этом я не усматриваю препятствия нашему гармоничному сотрудничеству…