Ликвидатор - Юлия Гутиева

— Хорошо, что ты раньше делала в подобных ситуациях?

Джули попыталась собраться с мыслями:

— Ричард рассказывал о деле, я знакомилась с материалами, затем мы отправлялись на место преступления, в каждом случае всё было по-разному: иногда просто ходила, изучая детали, иногда я занималась опросом свидетелей, если таковые имелись, иногда пытаясь сосредоточиться и почувствовать… — девушка запнулась, — энергию, силу… я не знаю, как это назвать.

— Думаю, начнём с третьего.

Джули растерянно взглянула на Морана.

— Что? — мужчина изогнул бровь. — Что-то не так?

Её казалось, что будет легче, что она справится с его влиянием, но — нет. Брюнетка не чувствовала ничего, кроме силы или ещё чего-то, исходящего от младшего Морана и сбивавшего её с толку, мешая сосредоточиться. И сейчас в этом нужно признаться своему начальнику. Похоже, нашлась причина странного поведения Джули в машине.

«Прости, но когда ты рядом, я не могу нормально соображать, конечно, всё не так хреново, как при виде того рыжего, но очень близко. Главное, результаты одинаковы — я выбита из колеи… И как меня угораздило работать с тем, с кем работать физически невозможно?»

Джули набрала побольше воздуха в лёгкие и выдала на одном дыхании:

— Я не могу даже попытаться воспринять что-либо энергетическое на станции, пока ты рядом.

На лице Берка застыло каменное выражение, но мозг лихорадочно искал ответы на вопросы: «Она, вообще, в своём уме? И если да, то что с ней происходит?»

Опасно-равнодушный взгляд начальника не предвещал ничего хорошего, и девушка поспешила объяснить:

— Когда рыжий близко, я впадаю в панику… Ты помнишь, как это… Когда близко ты, неведомая сила давит на меня, — Джули с трудом подбирала слова, пытаясь описать то, чего не могла понять, а воспринимала на уровне ощущений, — всё так сложно… в общем, мне даже дышать тяжело, когда ты рядом.

Берк не знал, как правильно реагировать, поэтому продолжал, не меняя выражения лица:

— И сейчас?

— Да, особенно когда вокруг нет других людей.

— Поэтому ты просила открыть окно в машине?

— Да.

Ликвидатор коснулся рукой лба, тяжело вздохнул. Признание обескуражило его.

— Почему не сказала об этом раньше?

— Не было подходящего момента. Твои постоянные нападки, попытки вывести меня из себя, осознание того, что сын Ричарда так не похож… — Джули резко замолчала.

«Так вот, значит, как ты видишь происходящее… Ещё и дышать нормально не можешь в моём присутствии… С бывшим начальником подобных проблем, разумеется, не было».

— Извини, но работать с любовницей отца изначально не входило в мои планы, — обидные слова, произнесённые ехидным тоном.

На глазах Джули заблестели слёзы, она быстро отвернулась.

Равнодушный голос произнёс:

— Я поднимусь наверх, попробуй сосредоточиться и сделать хоть что-нибудь, — девушка услышала удаляющиеся шаги.

Воспоминания о Ричарде обожгли внезапно накрывшей волной, перед глазами пронеслись сцены из их жизни: День Рождения Марьи, которая не хотела праздника, но старший Моран настоял… походы в кино, долгие прогулки по парку. Они могли говорить часами, понимая друг друга… они могли молчать часами, понимая друг друга…

Джули тряхнула головой, пытаясь прогнать непрошенные воспоминания, принесшие глухую боль в сердце.

«Нужно приниматься за дело», — скомандовала девушка самой себе и отправилась в путешествие по станции.

С каждой минутой после ухода Берка становилось легче, общее напряжение по-прежнему витало в воздухе, но Фарион ощутила себя открытой для других чувств. Она медленно брела по перрону, вникая, впитывая, улавливая… Спустя несколько минут Джули поняла, что её путь подчинён определённой цели — тьме в начале туннеля. Мрак манил тишиной, призывал неизвестностью, пугал неизбежностью… мрак ожидал… ожидал человека…

Поддавшись внутреннему порыву, брюнетка спрыгнула на рельсы. Медленно, шаг за шагом, девушка приближалась к едва уловимой границе света и тьмы. Сердце бешено билось в груди, пульс зашкаливал, но чувства обострились до предела… границы расширились… что-то маячило на краю сознания, стучалось в двери разума, готовое разнести их в щепки и прорваться, неся с собой… что? Правду. А, может, разрушение и зло? Джули не знала, но ответ казался настолько близким, реальным, что девушка забыла об осторожности… Она дошла до границы… незримая, нечеловеческая сила коснулась разума, словно лёгкий тюль, потревоженный ветром, касается плеча смотрящего в окно… Но лёгкость оказалась обманчивой… следующий удар заставил двери разума пошатнуться… Фарион с криком схватилась за голову, зажмурив глаза… спустя несколько секунд боль отступила, но брюнетка чётко осознала — штурм сознания только начался… Открыв глаза, девушка решила бежать, но страх лишил сил, заставив замереть… В нескольких шагах от Джули стоял карон…

Угроза уничтожена, но смерть унесла достойного и сцепилась с жизнью за лидера…

Стая кошек ступила на тонкий лёд и замерла в ожидании. Замер и Иной мир, со страхом и надеждой наблюдая за слабыми ударами сердца вожака львов. Лучшие силы и умы были брошены на спасение Ливона, но он по-прежнему ходил по краю бездны… и видел Мари… Мужчина не спешил покидать сумеречную зону… Любовь, облегчение, мечта, боль, долг, друзья… всё смешалось в нечто неясное, манящее, подталкивающее… а противоречия разрывали беззащитный разум Ливона, издеваясь на слабостью вожака и пугая безысходностью… но Мари была там…

Пумы оплакивали Демьяна, но жестокого правила «Король умер, да здравствует король» никто не отменял. Чужая боль проходит быстро, иногда даже слишком…

Вмешательство Доминика взбудоражило Коалицию. Возможно, Иному миру грозили перемены.

Арон потерял лучшего ученика, но Мелисса быстро отвлекла архаи от печали новыми перспективами, к тому же, парочка практически не отклонилась от плана.

Крис с Джонатаном пытались поддерживать дисциплину в рядах кошек, пока что получалось, но серьёзные опасения вызывало поведение Селесты, пантере требовалась помощь, но никто не в силах помочь, когда…

Многим показалось, что оборотень сойдёт с ума у разодранного тела Демьяна. Пантера ревела, не переставая, сотрясая лес дикими воплями, рождающимися где-то в глубине потерянной и уже одинокой души. Когда вожака уносили, Селеста бросила прощальный взгляд в сторону мёртвой пумы… карие глаза застыли в немой мольбе о невозможном, в них отразились мечты, которым не суждено сбыться… и жизнь покинула их… Остались льдинки, равнодушно смотрящие на мир… В этот момент Доминик, наблюдавший за Селестой и повидавший многое за сотни лет, содрогнулся. Издав прощальный рык, сопроводивший Демьяна в последний путь, пантера скрылась в лесу. Она закрыла эмоции от стаи и чёрной тенью неслась по лесу, не разбирая дороги и разрывая на куски всё живое, что попадалось на пути…