Легион Зари - Пламен Митрев

— И Стрела, и туранец догонят его! — был убежден сатрап.

В это время на трибуне появился Фериш Ага во всем своем великолепии.

— Мой друг, ты был третьим, почему отказался? — удивился принц.

— Пить захотелось, а и поясницу что-то прихватило! Да и не смог я догнать остальных! А раз я не первый… — Фериш осушил услужливо поданную ему чашу с вином и попросил вторую. — Стар я стал для состязаний, принц! Лучше буду драться с оборотнями!

Приближалось время, когда первые наездники должны были появиться с южной стороны города. Публика волновалась. Ставки подскочили.

Послышался далекий топот копыт. Возле стен крепости появился одинокий всадник. Зрители на трибунах вскочили на ноги, даже король Озрик поднялся с кресла. Это был пепельно-серый жеребец!

— Конан! Конан и Пустынный Вихрь! — орала толпа.

— И никто не может догнать их! — дополнил Фериш Ага. — Они более чем на тридцать мер впереди остальных!

Принц Моррог перебросил шемиту тяжелый кошелек и в то же время победоносно посмотрел на аренджунского сатрапа. Торфаг смиренно кивнул головой. Он проиграл пари.

На достаточно большом расстоянии после киммерийца появились двое всадников, скачущих совсем рядом. Белый туранский жеребец, яростно пришпориваемый всадником, пытался отчаянно обогнать пятнистую Стрелу. Красивым было зрелище борющихся за превосходство коней! Стройные тела, с вытянутыми вперед шеями, с развевающимися пышными гривами!

С ликующим криком Конан пересек финишную линию. Трибуны восторженно взревели.

Глава XVIII

«Тучи сгущаются»

Несколько дней после конных состязаний друзья отдыхали. К ежедневным утренним прогулкам присоединились Реас, Амрод и принц Моррог.

Они оставили постоялый двор под надежной охраной свиты принца, который с воодушевлением принялся просвещать Плама в благородном искусстве фехтования.

После знаменитых скачек кочевник Кертаг, пришедший на скачках вторым, уединился с Фериш Агой. Будучи ценителем вина и знатоком оборотням, здоровенный шемит был еще и признанным авторитетом в области коневодства. На следующее утро Кетраг посетил Богарда. Он с достоинством поклонился и полнее ему в подарок великолепную шубу и шапку из шкуры редкой голубой лисицы.

— Уважаемый мудрец! Ты — великий человек, желания и стремления обыкновенных людей чужды тебе. Но твой конь — это дар богов. Второго такого нет на белом свете. Мы не должны допустить, чтобы его род пресекся! Позволь моей кобыле, чье родословие прослеживается на сорок семь поколений, забеременеть от Пустынного Вихря!

— Мудрые люди говорят, что полезный подарок и искреннюю просьбу не отвергают без причины. Я согласен! Но как это сделать? Меня ожидает долгий и опасный путь. Как ты найдешь меня, когда наступит нужный момент?

— Я — свободный воин. Рядом с тобой есть люди, которые вызывают мое восхищение и уважение! Позволь мне присоединиться к вам. Старые люди в моем племени говорят, что лишняя стрела в колчане — лишней не бывает!..

Так Кетраг оказался одним из учителей молодого славина. Изящную Стрелу теперь постоянно ставили рядом с пепельно-серым асгалунцем, чтобы они привыкали друг к другу. В конюшие «Пуповины» стало тесно, и Плам, опасаясь, что какой-нибудь конь может наступить и покалечить Беса, забрал волчонка к себе в комнату. Благодаря самоотверженным заботам Сотеи и благодаря своему истинно киммерийскому аппетиту осиротевший звереныш исцелился от ран и рос с удивительной быстротой.

Бес рос, быстро наливался силой и сопровождал людей на утренние прогулки. Когда щенок уставал, он поднимал жалостливый вой и рыжий жеребец останавливался. Плам клал маленького разбойника в специально сшитую сумку, повешенную за седло. Оттуда виднелись только уши и мордочка любопытного зверька.

Фериш Ага тоже не пропускал прогулки за город. Шемитский купец послал своих людей под предводительством Салеха обратно в Шем. Хорошая торговля требовала хорошей подготовки и его люди должны были подготовить новый табун лошадей для продажи. Сам вождь переехал к Конану в оставленный Шевитасом шатер.

Благодаря своим природным физическим качествам быстро овладевал наукой боя. Вскоре даже такие мастера езды, как Кетраг и Фериш Ага не делали ему замечаний. Гирканец показал как надо дрессировать жеребца, и невидимая связь между конем и всадником, зародившаяся еще с их первой встречи, окрепла настолько, что Плам мог мысленно позвать жеребца.

В области фехтования учителей было больше, а успехов меньше. Конан учил Плама силовому бою, показывал, как следует противостоять превосходящему его по мощи противнику. Сам принц Моррог открыл ему тайну фехтования легким прямым оружием, особенно популярным среди аристократов. Фериш Ага, кроме боя двумя кинжалами, научил Плама благороднейшему искусству кабацкой драки и обращению с воровским ножом. Амрод показал боевые приемы альбов и обучил веерной защите, при которой один воин может сам успешно сопротивляться десяткам врагов.

Реас больше других радовался успехам Плама. Он воспринимал славина, как родного сына и радовался за его друзей.

Но с юга, севера и запада надвигались тяжелые грозовые тучи.

Жрец Хирент или Старая лисица, как его называли в Стигии, пребывал в отличном настроении. Невысокий, но крепкий и кряжистый, Хирент был энергичным и ловким человеком. Долгие годы жрец, посвятивший себя Сету, терпеливо поднимался по иерархической лестнице от простого послушника до Правителя Черного круга. Он происходил из бедной семьи и был отдан в храм Чешуйчатого бога только потому, что родители не могли прокормить его.

Умный, проницательный и обладающий большой долей честолюбия, молодой послушник быстро привлек к себе внимание старших жрецов, которые поставили его у подножия Лестницы — первой и самой низшей жреческой степени.

Хирент усмехнулся. Годы учебы, интриги, успехи и неудачи остались далеко позади! Хирент давно понял, что его низкое происхождение не позволит ему стать Владыкой Правителей Черного круга. Таким мог быть только потомок жреческой касты.

Ранее он поддержал тогдашнего главного жреца Тот-Ахтона в междоусобной войне среди жрецов. Побежденные ими Правители укрылись на неприступной вершине, далеко на востоке, в высоких Химелийских горах. Время от времени доходили вести, что низвергнутые приобрели новую мощь, но это не тревожило Хирента. Таким образом Тьма, служению которой он посвятил свою жизнь, становилась еще сильнее!

В знак благодарности за оказанную помощь Тот-Ахтон доверил ему воспитание двух своих детей-близнецов. Было известно, что один из них титул отца. Нет чести выше, чем быть воспитателем будущего Главного жреца Сета?!