Шла бы ты… Заметки о национальной идее - Евгений Сатановский

В США попытки, начиная с тех же 70-х годов, соответствующим образом обустроить и продвинуть местную афроамериканскую общину — попросту говоря, местных негров — ровно к тому же самому и привели. С той немалой разницей, что были эти негры американцами, говорили на английском и, за исключением малой толики увлёкшихся иудаизмом или исламом, исповедовали христианство.

Причём ислам их тоже был американским. Как, впрочем, и иудаизм. Шпана у них там была. Уголовники были. Бунтари, вроде «Чёрных пантер», были. Но ничего такого, как «Аль-Каида», отродясь не заводилось. Условия не те. Да и среды соответствующей не было.

Но в 90-х, с развалом социалистической системы и исчезновением СССР, на радостях от того, что европейцам и американцам показалось наступлением райских времён, когда о безопасности можно было больше не беспокоиться, ворота в Европу, души и карманы спонсоров раскрылись настежь. И это было бо-о-ольшой ошибкой.

Новую родину обрели миллионы и миллионы. Пакистанцы, индусы, сомалийцы, нигерийцы, марокканцы, египтяне, алжирцы. И т. д., и т. п. Чтоб они все были здоровы. И дети их были здоровы. И внуки. Проблема только в том, что третий мир, встретившись с первым, обнаружил, что он там никому и ничего не должен. А ему, напротив, должны все. Ну и повёл себя соответственно.

Крепкие парни из Африки и с Ближнего и Среднего Востока отнюдь не оказались счастливы возможности не покладая рук трудиться на конвейере или в порту. Чтобы их дети построили свой дом. А внуки стали теми, кого можно будет назвать бельгийцами, шведами, англичанами, немцами или французами.

Наркотики, уголовщина и пособия по безработице — удел не всех выходцев из этих регионов. Но уж очень многих. Что до девушек, в Европу пришло не только семейное насилие в особо крупных размерах. Но и варварские обычаи, испокон веков практикуемые на исторических родинах новых европейцев в отношении местных женщин.

Патриархальное общество имеет свои жестокие законы. И законы для примитивных условий существования в первобытной или средневековой среде вполне разумные. Так как существуют тамошние общества на грани жизни и смерти испокон веков. И до скончания века. Не до сантиментов.

Вот только в Антверпене, Брюсселе, Мальмё, Марселе, Гамбурге, Барселоне, Риме или Лондоне со всем этим никто не ожидал встретиться на рубеже ХХ-го — ХIХ-го веков. Хотя, отметим, в США ситуация со всем этим получше, чем в ЕС. Но Америка изначально куда менее сентиментальна и более требовательна к приезжим.

Да и социализма левого толка там меньше. По крайней мере, пока действующий президент Соединённых Штатов Барак Хусейн Обама его в национальную практику, при всех своих усилиях, направленных на это, в достаточном объёме не внедрил. Чему там не просто многие, но очень многие не рады.

Вообще-то повезло этой стране. Поскольку здоровые, хотя и очень жёсткие основы, на которых построено и по сей день стоит американское общество, пока что преодолевают несусветную дурь и сиюминутные спекуляции американских политиков. И, не исключено, будут преодолевать и впредь.

Но Америка — это Америка. А Европа — это Европа. В какой-то момент европейские политики поняли, что уже не просто левые меняются местами с правыми, ничем от них не отличаясь. К чему они давно привыкли. Но их партии уступают позиции ультраправым, за которых ещё не так давно никто из обывателей не голосовал.

Речь не о Брейвике с его террористическими идеями. Хотя этот звонок был очень неприятным. Но Марин Ле Пен во Франции, Герт Вилдерс в Нидерландах, «Лига обороны Англии» в Великобритании, а также похожие на них движения и люди начали набирать вес в местной, национальной и общеевропейской политике. И перспективы их прихода к власти в одной или нескольких странах Старого Света внезапно стали более чем реальны.

Причины этого понятны. Традиционные партии, гонясь за голосами избирателей, часть которых представляли недавние эмигранты и их потомки, заигрались в либерализм. Никто из европейцев, кроме маргиналов, расистов и фашистов, поначалу не возражал против приезжих. Пока это не привело к возникновению неблагополучных зон по всей Европе.

Причём в Восточной Европе местные этнические гетто населяют цыгане, являющиеся гражданами стран, где они живут, на протяжении веков. Но в Европе Западной районы, заселённые исключительно или почти исключительно иностранцами, возникли буквально на глазах последнего поколения.

Если бы эти районы населяли европейцы, ксенофобия, которая в Европе была частью исконного исторического наследия, могла бы найти другой выход. В конце концов, немцы всегда сверху вниз смотрели на поляков. Испанцы на португальцев. Швейцарцы на итальянцев. Англичане на шотландцев и ирландцев. Чехи на венгров, а венгры на румын.

Что не есть катастрофа при умении держать это в определённых рамках. А также если с новичками нет проблем. Но европейцами приезжие не были. Становиться не желали. И не стеснялись навязывать уроженцам стран, куда приехали и за счёт которых жили, свои правила игры.

Автор, как хорошо известно всем, его окружающим, еврей. Однако в страшном сне ему бы не привиделось требование снять Георгия Победоносца с прошпунтованным этим православным святым несчастным драконом с герба столицы России города Москвы. На том лишь основании, что это христианский символ.

Равно как отменить рождественские и новогодние ёлки. Не продавать в магазине в том или ином квартале свинину или алкоголь. Ввести исламский дресс-код в отдельно взятом городском микрорайоне. Или запретить жителям держать свиней и тем более собак. И не возить в такси слепых с собаками-поводырями. Поскольку они для ортодоксального шофёра-мусульманина не друзья человека, а нечистые животные.

Ну, автор старый собачник и за собак вообще убил бы на месте. Физически. Причём логика в том, что не нужно везти своего домашнего любимца в страну типа Ирана или Саудовской Аравии, где ему никто из местных ортодоксов не будет рад, есть несомненно. На всякий случай. Поберечь собаку.

Правда, в Иране несколько сложнее. Население там, не в пример арабским соседям из салафитских монархий, цивилизованное. Собак дома держит. Хотя и преодолевая запреты консервативных аятолл и рвение религиозной полиции. Что выгодно отличает персов как народ и Иран как страну.

Опять-таки с водкой, виски или вином в мусульманских странах нужно обращаться осторожно. Хотя там пьют, и ещё как пьют! Арак пьют. Бузу. Пиво. А также джин, коньяк и прочие крепкие напитки, закупаемые в зонах свободной торговли в международных аэропортах. В товарных количествах.

В связи с чем батареи бутылей в рост человека стоят в этих магазинах, как финиковые пальмы в аравийском оазисе. Строем. Автора это в своё время поразило в Иордании, Омане, Объединённых Арабских Эмиратах… Потом пригляделся — и поражать перестало. Принял за данность. Такая местная специфика. Запретный плод, который сладок.

Всё вышесказанное ясно? Ясно. Не ходи по арабской стране, Афганистану, Пакистану или Ирану, красна девица, в мини-юбке. Плохо кончится. И с декольте ходить не надо. И на улице хлестать пиво из горла. Для этого отель есть. Пятизвёздочный. А если хочется на пляже или на улице, так дома сиди. Или езди туда, где можно. Карибы там. Антилы. Кипр.

А в Рамадан вообще не стоит пить, курить и перекусывать, когда у местных пост. Нехорошо. Не стоит также идти в мечеть в шортах и прочих открытых формах одежды. И в обуви туда переться не нужно. Все без неё, и ты без неё походи. Жалко, что ли? Причём даже не в том дело, что в мечеть. У каждого свои мозоли — чего на них людям наступать?

Не нужно ходить в церковь в головном уборе, а в синагогу без него. И в полинезийском парэо, пляжных тапочках, плавках и купальниках не надо. Там люди молятся. Так ведь и в оперный театр не надо идти в таком виде. И в ресторан, мэрию или ЗАГС. А также в прочие присутственные места.

Обычное уважение к чужим обычаям ещё нигде и никому не помешало. И тут вопрос. Заходя в чужой монастырь, нужно знать, какой там устав. И желательно этому уставу следовать. Из общей вежливости и надеясь на взаимность. А если гость заходит в твой?

Вопрос для Европы отнюдь не праздный. Отмена празднования Рождества в школах, где есть эмигранты-мусульмане из стран Африки и Ближнего Востока. Запреты на традиционные рождественские украшения. Изъятие из библиотек сказок о трёх поросятах и поросёнке Бэйбе. Да и все прочие извращения такого рода ребром ставят вопрос, кто в европейском доме хозяин.

Притом что выходцы из Средней Азии и с Кавказа, к поведению которых в средней полосе России у многих из числа не только зацикленных на всю голову патриотов, но и нормальных обывателей есть масса инвектив, по сравнению с теми, о ком идёт речь, — британские лорды. В смокингах, фраках и цилиндрах.