Харбин. Вера и отчуждение. Христианские меньшинства российской диаспоры Северо-Восточного Китая - Ксения Игоревна Родионова

ВФП и БРЭМ против священнослужителя и протестантов в целом, что и вынудило главу покинуть харбинский приход. К 1945 году в Харбине оставались только китайские и корейские методистские общины, русская фактически перестала существовать. Большинство методистов из числа бывших российских подданных выехали из Маньчжоу-Диго вместе с другими эмигрантами.

Таким образом, главными причинами окончания деятельности русской Методистской епископальной церкви в Маньчжурии стали:

1) закрытие в Харбине Сибирско-Маньчжурской миссии Методистской епископальной церкви Юг, что повлекло за собой прекращение финансирования и отъезд многих американских миссионеров из Маньчжурии;

2) массовый отъезд русских эмигрантов с территорий Северо-Восточного Китая в 1930–1940‐х годах;

3) давление на протестантов со стороны БРЭМ, ВФП и русской печати в Харбине;

4) разлад в общине, за которым последовало фактически полное закрытие харбинского прихода. Потеряв постоянного пастора, верующие переходили в другие протестантские течения, так как редкие приезды проповедника из Шанхая не могли удовлетворить всех духовных нужд.

В отличие от некоторых других христианских общин, харбинские методисты не продолжили работу, отдельные верующие уехали в США из Шанхая. Изменилась и жизнь русских пасторов. А. А. Гуров покинул Шанхай и эмигрировал в США. Он оказал помощь русским беженцам в переселении из Тубабао701, работал в военной школе в Калифорнии (г. Монтерей), служил пресвитером общины пятидесятников в Сан-Франциско702. Г. И. Ясиницкий уехал в США в 1940 году, был автором многих публикаций в газете «Новая заря»703. Семья К. Д. Егорова смогла уехать в Сан-Франциско в 1959 году благодаря Методистскому комитету по оказанию помощи. Несмотря на испытываемое в Харбине давление, А. Ф. Гавриловчук не оставил веру, во время Второй мировой войны он помогал методистским миссионерам, интернированным японцами в Шанхае704.

Заключение

Коммунистический Харбин и религия

После поражения Квантунской армии и капитуляции Японии советские войска предоставили возможность китайским коммунистам занять Маньчжурию. Поэтому Харбин и населенные пункты вдоль КВЖД были под влиянием коммунистической партии Китая, даже когда большинством регионов страны руководила Китайская национальная партия Гоминьдан.

Окончательный разгром армии Чан Кайши на территории Северо-Восточного Китая пришелся на конец 1948 года, а 1 октября 1949 года было объявлено о создании Китайской Народной Республики (КНР), которую возглавил Мао Цзэдун. Во главе нового государства стояла Коммунистическая партия Китая (КПК), которая полностью управляла страной. Ее политика была направлена на освобождение КНР от иностранного засилья, практически сразу были разорваны договоры об иностранных концессиях, работавшие в Китае иностранцы массово уезжали.

В сфере религии, как и во всем государстве, происходили кардинальные изменения. Религия в среде российской эмиграции после создания КНР – практически неизвестная страница истории. «Харбинистика» 1920–1945 годов построена на архивных документах, периодике и источниках личного происхождения. После массового отъезда русских из Китая была прекращена массовая печать, БРЭМ был ликвидирован. В распоряжении историков, изучающих этот период, остались редкие архивные документы (по большей части корреспонденция) и мемуары современников событий – живые воспоминания и записи. Ограниченность источников – главная сложность в реконструкции событий периода. Этот параграф – попытка вплести личные истории верующих и религиозных лидеров в общую канву меняющейся политики Китая и показать конец эпохи российской эмиграции в Маньчжурии.

Жизнь христианских конфессий стремительно менялась, трансформации затрагивали не только сами религиозные общины, но и учебные заведения, находившиеся в ведении церквей. Огромное количество христианских университетов, составлявших чуть ли не половину всех высших учебных заведений страны, начали закрываться.

Практически в один момент закрылись все католические учебные заведения, предназначенные для русскоязычного населения в Харбине. Контролирующие Маньчжурию коммунисты начали проводить антирелигиозную политику еще до полного установления власти в стране. В 1947 году Конвент св. Урсулы из‐за предписания коммунистической партии был вынужден освободить занимаемое здание. Весь персонал и учащиеся перешли в здание Конвента сестер-францисканок. Последний выпуск учениц прошел в учебном заведении в том же 1947 году705. Вскоре та же судьба постигла и Конвент францисканок. С разницей лишь в том, что теперь бежать было некуда.

Священник ордена мариан Иосиф Германович писал позже:

Однако школу и интернат урсулинок (130 девочек) и школу с интернатом францисканок (180 девочек) коммунисты закрыли и всех монахинь выгнали из жилища. Эти женщины долгое время скитались по Харбину и в Китае без средств к существованию и жилья – до тех пор, пока не получили возможность выехать в Европу или Америку706.

Еще более тяжелая судьба постигла священников Лицея святого Николая, составлявших большую часть католического клира восточного обряда в Харбине. 22 декабря 1948 года пять священников были арестованы, перевезены китайскими властями через границу и 25 декабря того же года переданы советским представителям. Все арестанты были направлены в военную тюрьму в Чите. Среди представителей духовенства были А. Цикото – директор Лицея и Апостольский Администратор всей Маньчжурии; И. Германович – вице-директор Лицея и заместитель А. Цикото; Ф. Подзява – воспитатель и префект Лицея; П. Шалей – священник белого духовенства, преподаватель Лицея; П. Портнягин – священник белого духовенства, преподаватель русской литературы в Лицее. Вместе со священнослужителями были арестованы два католика-мирянина, преподававших в школе для мальчиков: В. Власов – ответственный секретарь Лицея и преподаватель истории и П. Марчишин – учитель математики. Позже всех их приговорили к разным срокам исправительно-трудовых лагерей707.

Все три католических учебных заведения были закрыты в декабре 1948 года. Фактически же прекратило свое существование все католическое русскоязычное образование.

Епархии ждали не меньшие изменения. Постоянный отток как польского, так и русского населения из Маньчжурии значительно уменьшил количество католической паствы в регионе.

Большая группа польских граждан выехала из Китая в Польшу в 1949 году. Харбинцев отправляли в основном на территории, полученные Польской Народной Республикой по решению Потсдамской конференции трех держав антигитлеровской коалиции. Выходцев из Китая поселили в города Щецин, Гданьск, Ольштын, Эльблонг, Гдыню, Ополе и Вроцлав. В пяти городах Польши в 1956 году открылись Харбинские клубы. С самого основания и до настоящего времени сохранились клубы в Щецине и в Свебодзице.

Количество католиков латинского обряда к 1960‐м годам сократилось приблизительно до ста человек708. И без того небольшая группа русских католиков византийско-славянского обряда насчитывала единицы.

Но не только отъезд паствы сыграл роль в закрытии общин. КНР начала формировать официальную конфессиональную политику. В июле 1950 года при Комиссии по культуре и образованию была создана группа по религиозным вопросам, переименованная в январе 1951 года в Отдел по делам религий. Его основными задачами были передача религиозных, образовательных и благотворительных организаций,