Альбигойский крестовый поход - Джонатан Сампшен

предыдущим летом. Кампания обернулась триумфальным шествием, поскольку никто не осмелился оказать ему сопротивление. Раймунд VI, запершийся поначалу в замке Пюилоран, бежал от-туда со своей армией, как только Симон приблизился к стенам. Сен-Мишель-де-Ланес, один из немногих городов, оказавших хоть какое-то сопротивление, был сравнен с землей.

В мае Симон вернулся в долину реки Тарн, где Раймунд ранее дважды помешал ему. Большинство городов в этом регионе принадлежали графу, и шесть из них были названы Авиньонским Собором в 1209 году печально известными оплотами катаризма. На этот раз Раймунда не было рядом, чтобы защитить их. Лагерь Симона был заполнен делегациями из городов, готовых подчиниться ему на любых условиях, которые он пожелает выдвинуть. Годом раньше Симон сразу же принял бы эти предложения. Теперь же он понял, что страх — единственная гарантия лояльности в городах, которые хотели, чтобы их оставили в покое. Когда жители Сен-Марселя пришли отдаться на его милость, он напомнил им, что в начале года они в течение месяца противостояли его армии и отказались подчиниться. Позже Симон нашел город опустевшим и приказал снести укрепления и сжечь деревянные дома. Город Лагепи, расположенный в нескольких милях от Сен-Марселя, постигла та же участь. В Сент-Антонине Симон отказался вести переговоры с гарнизоном. Когда барбаканы были взяты штурмом толпой безоружных бедняков из лагеря крестоносцев, он приказал заточить коменданта города, в и без того переполненные, камеры под цитаделью Каркассона. Некоторые горожане попытались бежать, переплыв Аверон, но их поймали и убили. Остальных, укрывшихся в церкви, постигла бы та же участь, если бы Симона не убедили, что населенный город стоит больше, чем обугленная пустошь.

VI. Альбижуа — южное Керси.

Симон оставил Бодуэна Тулузского завершать завоевание долины Аверона, а сам совершил поход на запад в графство Ажене. Ажене был самым последним дополнением к мозаике владений Раймунда. Он получил его в 1196 году от Ричарда Львиное Сердце в качестве приданого своей четвертой жены, Жанны Плантагенет. Ересь никогда не процветала в провинциях Плантагенетов. Хотя в 1167 году появился катарский епископ города Ажен, о его деятельности ничего не известно, а в 1210 году сам Иннокентий III отметил отсутствие в провинции совершенных. Вероятно, они бежали оттуда во время злополучной экспедиции архиепископа Бордо в 1209 году. Тем не менее, у Симона был приемлемый повод для вторжения в Ажене; это была одна из самых богатых частей владений Раймунда, и местный епископ, который стремился сбросить суверенитет Раймунда, пригласил крестоносцев завладеть провинцией.

Ажене был регионом хорошо укрепленных замков, как и подобает территории, которая была границей между Францией и владениями английского короля и должна была стать ею снова. Большинство из замков было покинуто гарнизонами при известии о приближении Симона, и только один был готов оказать сопротивление. Это был Пенне-д'Ажене, скальная крепость на реке Ло, укрепления которой совсем недавно были перестроены Ричардом Львиное Сердце. Здесь был недавно выкопанный колодец, две кузницы, пекарня и ветряная мельница, а также командир гарнизона, Гуго де Альфаро, у которого были все основания не подчиняться крестоносцам. Он был наваррским капитаном-наемником, как раз из тех, чьего увольнения от Раймунда требовала Церковь, а его жена была внебрачной дочерью Раймунда VI. Поэтому, узнав о приближении Симона, он обеспечил замок провизией и нанял 400 испанских наемников. Осада началась 3 июня. Как только стало ясно, что Пенне не удастся взять штурмом, Симон вызвал с юга своего брата с другой армией. Большинство его собственных войск уже подходили к концу своего сорокадневного срока службы, и вежливые приглашения остаться подольше были отклонены со ссылками на пошатнувшееся состояние здоровья. Тем не менее, Симон не испытывал недостатка в людях. Новые крестоносцы все еще прибывали в его лагерь, а значительные силы под командованием архиепископа Санса, как сообщалось, были уже на подходе. Архидиакон Парижа, который был с Ги де Монфором в графстве Фуа, сконструировал самый большой требюше, который до сих пор использовался в армии Симона. Эта машина нанесла некоторый ущерб крепости, но даже в этом случае гарнизон был далек от исчерпания средств к сопротивлению, когда сдал замок после семинедельной осады. Люди из гарнизона понимали, что помощи от графа Тулузского им не дождаться, и не хотели становиться мучениками за дело, о котором сам Раймунд, казалось, забыл. Великая южная коалиция баронов уже распадалась. Гастон де Беарн решил заключить мир с крестоносцами. Савари де Молеон поссорился с Раймундом и удерживал его маленького сына в качестве залога за 10.000 ливров жалованья, которое, по его мнению, ему причиталось. Граф был вынужден отправиться в Бордо, чтобы вернуть своего сына воспользовавшись посредничеством английского короля Иоанна. Насколько обо всем этом знали люди из гарнизона Пенне, неизвестно. Но как наемники, находившиеся под отлучением от Церкви, они понимали, что разумнее всего начать переговоры о капитуляции, пока у них еще есть такая возможность. 25 июля они по соглашению свободно покинули замок, оставив крестоносцев полными хозяевами Ажене.

Десятью днями ранее, на южном склоне Сьерра-Морены, армия другого крестового похода сокрушила мощь Альмохадов в битве при Лас-Навас-де-Толоса и изменила судьбу Испании.

Симон не забыл о неприятностях, которые причинили ему собственные наемники. Первым его предприятием после падения Пенне стал поход на Бирон, замок Мартина Алгая, с кем нужно было уладить личную вражду. Карьера Мартина Алгая могла бы стать примером для многих ему подобных[20]. Он был наваррцем, как и большинство знаменитых капитанов-наемников южной Франции, человеком низкого происхождения, мало набожным и с сильными суевериями, чья жестокая, агрессивная репутация стала предметом для воспевания трубадурами еще при его жизни. Такие люди зарабатывали на жизнь тем, что нанимали отряды профессиональных солдат под своим командованием для тех, кто мог себе позволить их оплатить. Отряд Мартина был невелик, но он принес ему богатство и, что он, несомненно, ценил гораздо больше, положение в обществе. Примерно в 1206 году он женился на женщине из семьи Гонто, и таким образом приобрел замок Бирон на западе Керси. Вместе с новым статусом пришли и социальные обязательства: Мартин стал постоянным благотворителем цистерцианского аббатства Кадуэн и, вероятно, намеревался быть там похороненным. В прошлом он успел послужить разным господам, сражался за Ричарда Львиное Сердце в Аквитании и недолго был сенешалем короля Иоанна в Гаскони и Перигоре. Затем, в 1211 году, он перешел на службу к Симону де Монфору, но предал его, сбежав в решающий момент с поля боя при Сен-Мартен-ла-Ланде. У Мартина не хватило духу вернуться в армию Симона, поэтому он заключил мир с Раймундом VI и удалился в свой замок Бирон. Бирон находился всего в двадцати милях от лагеря Симона в Пенне. В конце июля крестоносцы появились там со всей армией и почти сразу же взяли штурмом внешнюю стену. Гарнизон Бирона, укрывшийся в донжоне, был рад выдать своего господина в обмен на собственную жизнь. Мартина передали его