Падальщики - Наталья Николаевна Тимошенко

* * *

Леон узнал обо всем от Антона. Тот ворвался в его комнату без стука, будто за ним гналось стадо разъяренных быков.

– Ты уже видел? – спросил он, захлопывая за собой дверь.

Леон нехотя открыл глаза, посмотрел на Антона. Он уже принял лекарство и собирался спать минимум до утра, а вовсе не выяснять, что произошло. Неужели в этом доме не могут решить проблему без него?

– Я не выходил из комнаты со вчерашнего утра, – заметил Леон. – Я ничего не видел.

– А зря! – припечатал Антон, останавливаясь посреди комнаты и в упор глядя на Леона. – Рокотов погиб.

– Что ж, это должно было случиться, – пожал плечами Леон, снова откидываясь на подушку. – Я предупреждал его в последний раз.

Антон, казалось, даже не услышал его слов.

– Но перед этим этот придурок выскочил на улицу, бежал по ней и орал, что это ты во всем виноват, что это ты за ним пришел! Несколько человек сняли это на видео. Сняли все, Леон! Все новости об этом трубят!

Антон в два шага оказался возле кровати, сунул Леону телефон.

Что ж, следовало признать, что новости были скверными. Падальщиков на видео, как и вживую, конечно, никто не видел, а то, как они разрывали Рокотова на части, и вовсе произошло в слепой зоне. Но уже слов мэра и того, какой страшной оказалась его смерть, хватит, чтобы обвинить во всем Леона. Прямых улик нет, но ведьм и колдунов сжигали и из-за простых сплетен. И не только в Средневековье.

Это была не первая жертва Падальщиков, которой Леон помог продать душу. Правда, чаще всего люди умели остановиться вовремя. Брали немного или достаточно редко, чтобы все еще оставаться в живых. Они не доживут до тех лет, до которых могли бы, но пока еще топчут эту землю.

Но были и такие, как Рокотов: уверенные, что схватили судьбу за хвост. Леон честно предупреждал, что расплата наступит, но они не верили. Точнее, не верили, что это произойдет так скоро. Леон не знал, какое желание станет последним, не мог назвать сроков, а потому они ни о чем не думали.

Первым был всемирно известный музыкант. Молодое дарование, за несколько лет сделавшее головокружительную карьеру. Сделавшее, конечно, благодаря Леону. Музыкант не хотел ждать, он хотел денег и славы сразу. Он выступал на лучших мировых площадках, брал все премии, какие только существовали. И ушел в расцвете лет. Но тогда Леону повезло: Падальщики растерзали парня дома, без свидетелей, а потом сожгли. Ни у кого не возникло никаких подозрений, дело вскоре закрыли. И Леон считал, что так будет всегда.

И вот надо же…

– Чертовы зеваки! – продолжал бушевать Антон. – И этот тоже хорош!.. Как сил-то хватило из дома выскочить! Пробежать еще сколько… Что делать будем?

– А что мы можем? – все так же спокойно спросил Леон. – Ничего.

Антон уставился на него, прищурился.

– Ты что, уже принял лекарство?

– Да.

– Черт! У нас сейчас есть задача поважнее. Надо что-то решать. Быть может, встретиться с Рясовым. Или Копейко. Они могут помочь.

Антон еще продолжал что-то говорить, но Леон перестал его понимать. Поэтому просто раздраженно бросил:

– Оставь меня.

– Сейчас не время, Леон! – возразил Антон.

– Я же сказал: оставь меня, – повторил Леон.

И Антон понял, что наседать бесполезно. Всегда было бесполезно.

– И сам пойдешь ко дну, и нас всех за собой потянешь, – только и сказал он, направляясь к двери.

– Лодка пришвартована, можешь сойти на берег в любой момент, – хмыкнул Леон.

Антон не ответил, лишь сильно хлопнул дверью. Конечно, он не мог уйти. И вовсе не потому, что не хотел, а потому, что поздно ему уже уходить. Это Аллочка может уйти без последствий. Тамара Ильинична. Может быть, если Леон сильно постарается, то Софи. Но даже начальнику охраны уже не уйти, не говоря про Влада, Алису и тем более – Антона. Он пойдет ко дну сразу за Леоном. Слишком много незаконного творилось в его крыле Волчьего логова. Помощь Леона требовалась крайне редко, обычно Антон, гениальный хирург, справлялся сам. И все же Леон знал, какие люди и с какими травмами там бывают. Огнестрельными, ножевыми. Те, кого скручивает ломка, те, кому надо изменить внешность и скрыться. Без Леона лодка Антона давно пошла бы ко дну, поэтому на берег он не сойдет.

Леон с трудом поднялся с постели, пошатнулся. Черт бы побрал лекарство, которое он выпил всего-то полчаса назад. Но спать сейчас нельзя, тут Антон прав. Надо разобраться с проблемой.

Добрался до ванной, держась за стены, плеснул в лицо ледяной воды. Конечно, не помогло. Конская доза снотворного не убирается холодным умыванием. Придется использовать средства помощнее. Таких он в своей ванной не держит, надо дойти до кабинета. Дойти самостоятельно, потому что Антона он звать ни за что не станет, а больше про его эксперименты никто не знает.

Отлеживаться после спиритического сеанса, как говорил Алисе, Леон не стал. Не так много тьмы он хлебнул, чтобы требовался отдых. Стражница вовремя прервала сеанс, не дала ему связаться с демоном. Леон просто не успел в полной мере вкусить цену своей ошибки. Но у него созрел другой план, и посвящать в него кого бы то ни было, особенно Алису, он пока не собирался.

Если он не может вычислить демона в реальности, стоит попробовать сделать это во сне. В его естественной среде обитания, так сказать. Это было слишком сложно и опасно. Леон не был сноходцем, вообще о мире сновидений знал мало. Читал только, что обычные люди, видящие сны, практически не соприкасаются с настоящим миром сновидений. Ходят по самому краю. Безопасному краю. Настоящий мир сновидений опасен и коварен, из него крайне сложно вернуться, зато можно найти что угодно и связаться с кем угодно. Если демон-сноходец где-то и существует, то там.

Леон, несмотря на дар и все свои связи с потусторонним миром, для мира сновидений оставался самым обычным человеком. Чтобы попасть за черту, отделяющую повседневные сны от главного хранилища, ему было мало просто уснуть. Они с Антоном экспериментировали с различными видами снотворных препаратов, но пока далеко не продвинулись. В этот раз Леон втайне добавил в лекарство еще кое-что свое, надеясь на нужный эффект, но тут этот чертов Рокотов…

Добравшись до кабинета, Леон открыл шкаф с настойками, размышляя, что ему взять. Что нейтрализует действие обоих видов снотворных: и его, и Антона. В конце концов выбрав, Леон разом опрокинул баночку в рот. Теперь главное, чтоб не стошнило. А то второй раз он может и не решиться, слишком уж мерзкий