Бесстрашная - Марина Ефиминюк

— Если ты хотел поблагодарить меня за помощь, то выбрал странный способ. — Я попыталась освободить руку, но он лишь сильнее сжал пальцы, выказывая незнакомую силу.

И тут в тишине дома звякнул колокольчик на входной двери. Мы с Яном застыли, настороженно глядя глаза в глаза. В те дни, когда папа уезжал в Южную провинцию, дядюшка Кри тоже не появлялся, а клиентов аптекарской лавки отпугивали закрытые ворота.

— Это, должно быть, Онри, — предположила я, молясь, чтобы так оно и оказалось. — Я проверю, не выходи из комнаты и прикуси язык.

У Яна вырвался ироничный смешок. Кажется, защищать его вошло у меня в привычку. Хотя после сегодняшней ночи я вовсе не была уверена, не стоило ли меня саму защищать от него?

— Похоже, я зря это сказала? — сконфузилась я и поскорее спустилась в аптекарскую лавку.

Посреди торгового зала стоял смутно знакомый плюгавенький типчик в сером плаще стражьего предела. Взгляд водянистых глаз ощупывал лавчонку, задержался на буром пятне рядом с громоздкой старой конторкой. Было заметно, что кровавую кляксу пытались безуспешно отскрести — вокруг нее светлел отмытый ореол.

— Добрый день, нима Войнич. — На тонких губах дознавателя мелькнуло подобие улыбки.

И тут мне припомнилась стылая комнатушка для допросов в стражьем пределе, тусклая лампа и болезненное лицо дознавателя. Более неуместного визитера, чем страж высокого ранга, когда наверху лежал раненный арбалетным болтом Ян, представить было просто невозможно.

— Здравствуйте, суним Новак. — Я спрятала за спину трясущиеся руки. — Что вас привело к нам? Если вы хотели приобрести какое-нибудь снадобье, то боюсь, что ничем не смогу вам помочь. Лавку держит мой отец…

— Сегодня с утра я был в конторе «Уличных хроник», и мне сказали, что вы приболели.

— Да. — Я глухо кашлянула в кулак и потерла шею. — У меня началась горловая жаба.[16] Ужасно прилипчивая штука…

Новак коротко улыбнулся и провернул на пальце перстень-амулет. Магический кристалл, определявший ложь, тревожно пульсировал красными вспышками, подсказывая, что я соврала. Сказать откровенно, мне было наплевать, что подумает дознаватель, лишь бы поскорее убрался из лавки.

— У меня есть к вам разговор, позволите подняться наверх? — Он кивнул на лестницу.

Не позволю! — хотелось ответить мне. На кухонном столе стояли многочисленные баночки с заживляющими притирками, чистая ткань для перевязки, а на очаге беспрерывно пыхтело снадобье от лихорадки, и его запах, перемешанный с ароматом густого бульона, заполонил оба этажа. Только глупец не догадался бы, что в доме прячется раненый человек, а суним Амадеус Новак глупцом определенно не являлся.

— Конечно, — с улыбкой согласилась я. — Я сварю для вас кенерийский кофей.

— Я предпочитаю воду, — поднимаясь следом за мной, отозвался дознаватель.

— Как скажете.

Хотелось надеяться, что мне удается выглядеть милой, а не испуганной.

Мы поднялись на второй этаж, и я перехватила проницательный взгляд дознавателя. Он немедленно заметил приготовленные для перевязки бинты и баночки с заживляющими снадобьями.

— В лекарских и аптекарских дворах не принято закрывать ворота на тот случай, если кому-то срочно понадобится помощь. Так что мы всегда держим наготове бинты и притирки, — предвосхищая заковыристый вопрос, объяснила я.

— И часто к вам захаживают раненые? — разглядывая гравюры на каминной полке, полюбопытствовал дознаватель.

— Люди приходят разные, но задавать вопросы у лекарей тоже не принято, — со значением произнесла я и налила в кружку воду. — В вашу горячую воду добавить травяного чая?

— Я подумал, что не отказался бы от кенерийского кофея, — не поворачиваясь ко мне, со странным смешком отозвался Новак и вдруг что-то вытащил из-под каминной полки.

С удивлением я проследила за тем, как он покружил по комнате. Проверил неожиданные уголки комнаты: книжную полку, горшок с фикусом, вазон для мелочей. Довольно улыбаясь, точно наткнулся на разгадку хитроумной шарады, Новак продемонстрировал мне несколько прозрачных магических кристаллов в виде гладких цилиндров, но по структуре напоминавших вчерашний куб, выпавший из руки Яна.

— Говорите, у аптекарей не принято задавать вопросов?

— Что это?

— Следящие кристаллы, и не простые. — Он проверил один из цилиндров на свет. — Они умеют записывать живую картинку.

Похоже, мы оба знали, кто мог подложить в дом столь замысловатые колдовские штуки. Вдруг мне показалось, что я встала на тонкий лед, готовый в любой момент проломиться под ногами.

— Если они вас заинтересовали, то можете забрать их в предел и проверить, — пожала я плечами. — Я не разбираюсь в магии.

— Если уж вы не против… — Новак действительно ссыпал кристаллы в карман плаща, и мне отчаянно захотелось, чтобы они медленно растаяли, как вчерашний кубик. — Но, говоря откровенно, я пришел вам рассказать новость о Чеславе Конопке.

— Его будут судить?

— Сегодня ночью он повесился, — глядя мне глаза в глаза, произнес дознаватель, и лишь Святые Угодники могли знать, какими чудовищными усилиями мне удалось сохранить бесстрастное лицо. — Но вот что странно, он сначала задушил себя шнурком, а потом вздернулся на перекладине. И главное, ночью кто-то пробрался в городскую башню. Как думаете, что ему надо было?

— Спасти от изнасилования несправедливо осужденную девицу? — не удержалась я. — Не понимаю, для чего вы мне это рассказываете. Меня сложно назвать поклонницей Чеслава Конопки, и я точно не стану переживать из-за его самоубийства.

— Похоже, что в городскую башню пробрался ночной посыльный. И человеком, убившим сунима Конопку, был именно он.

Мое сердце оборвалось.

— Это официальная версия?

— Предположение, которое вскоре может заменить официальную версию, если вы нам поможете, — многозначительно добавил страж.

— А сюда вы пришли, потому что в аптекарской лавке в Кривом переулке безопаснее предполагать, чем в центральном стражьем пределе? — Я скрестила руки на груди. — Кроме того, я слышала, что не в принципах ночного посыльного связываться с убийствами.

— Так было до вчерашней ночи, — поправил меня Новак. — Вы можете представить, что будет, если неуловимый, натренированный хищник начнет убивать? Если вам что-то известно о том, где можно искать этого человека, то…

— Я не понимаю, почему вы считаете, будто меня что-то связывает с ночным посыльным, — резковато перебила я.

— Тогда в участке у меня сложилось впечатление, что вы заинтересовались его личностью.