Невеста Короля Теней - Сильвия Мерседес

Теперь я оглядываю пещеру и вижу все цветы, уничтоженные в результате нашей маленькой стычки. Надеюсь, тот, кто владеет этим участком, будет так благодарен за то, что с воггой разобрались, что не станет возмущаться из-за уничтожения своего урожая.

Грир, один из моих бойцов, лежит и стонет неподалеку. Он первый, на кого бросился пещерный дьявол. Лур поспешила защитить его. И где она сейчас? Сидит справа от меня, сгорбившись и держась окровавленными пальцами за плечо. Хэйл опустилась на корточки рядом с ней, прося показать рану, но Лур рычит в ответ: – «Я в порядке! Я в порядке! Я в порядке!» – вопреки очевидным доказательствам. Отбросив в сторону сломанный наконечник копья, я направляюсь к Сулу. Он видит, что я приближаюсь, поэтому протягивает руку. Я поднимаю его в вертикальное положение, и он морщится, но быстро превращает это в улыбку.

– Иногда нужно заглянуть в уродливую пасть смерти, чтобы почувствовать себя живым. Согласен? – Ты ранен? – В тот ужасный момент, когда Хэйл еще до него не добралась, я боялся, что дьявол напрочь оторвал ему лицо. Но он, кажется, ничуть не пострадал. В ответ он лишь смотрит вниз, ощупывает свое тело, а затем пожимает плечами.

– Кажется, все в целости и сохранности. А ты? Я вижу, ты пополняешь свою коллекцию боевых шрамов.

Он указывает на полосы на моей груди, где острые когти прорвали рубашку и впились в плоть.

– Жить, наверное, буду.

Я снова смотрю в сторону вогги. Он все еще дергается. Но мертвый. Определенно мертвый. Боги, прошли годы с тех пор, как я видел этих тварей так далеко от Глубин! Пещерные дьяволы предпочитают абсолютную темноту. Это бесцветные существа с обвисшей плотью, выступающими костями и странными впадинами там, где должны быть глаза.

Оставив своего брата самостоятельно подниматься на ноги, я подхожу к мертвому существу и осматриваю его. Его губы искривлены в вечной ухмылке, полной свирепых, острых как бритва зубов. Монстр вышел прямо из моих худших кошмаров. Зеленая пена высыхает вокруг его рта и покрывает пятнами его серую безволосую шкуру. Это выглядит неестественно. Сул появляется рядом со мной и толкает монстра ногой.

– Фу, – содрогается он. – Такому парню действительно следовало бы знать, что лучше не показываться в приличном обществе.

– Пещерные дьяволы всегда опасны. Охотники, которые отваживаются забираться в Глубины, должны остерегаться их. Но этот был другим. Он был свирепым. Как будто потерял всякий разум. На его плече, бедрах и спине зияют многочисленные раны, а одна из его лап раздроблена ударом дубинки Лур. Но он даже не замедлился. Он вел себя так, как будто ему было наплевать на боль. Я приседаю и принюхиваюсь.

Мой желудок переворачивается от отвращения. К коже дьявола льнет кислая вонь. Снова гниль.

– Разве ты недостаточно нанюхался, пока висел у этой твари на спине? – спрашивает Сул.

– Это был не просто какой-то дьявол. – Я поворачиваюсь, встречаясь взглядом с братом. – Это существо сошло с ума.

Слегка насмешливое выражение, которое Сул носит как броню, дрогнуло.

– Значит, ты думаешь, это правда? Веришь слухам?

– Это не слухи. – Я встаю и делаю шаг назад, глядя на эту рухнувшую громаду. – Их слишком много, чтобы быть слухами.

Оставив свои слова висеть в воздухе над мертвым зверем, я направляюсь туда, где Хэйл и Лур помогают Гриру подняться на ноги. Он выглядит немного потрепанным, но его каменная шкура дала ему некоторую защиту от когтей дьявола. Хэйл просовывает плечо под его руку для поддержки. Она выглядит совсем маленькой рядом с его массивной тушей, но двигается без видимого напряжения.

– С тобой все в порядке, Грир? – спрашиваю я.

– Бывало и похуже, – рычит он. – Жаль, что вы испортили все веселье, мой король. Мне тоже хотелось оторвать кусочек этой уродливой шкуры.

Я улыбаюсь и поворачиваюсь к Лур:

– Как плечо?

– Просто царапина, – храбро отвечает она сквозь зубы.

– Хорошо. Тогда у меня есть для тебя задание. Попроси кого-нибудь из деревенских погрузить воггу и отвезти его обратно в Мифанар. Я хочу, чтобы мадам Ар его осмотрела.

Лур морщится от отвращения, но отдает честь одной рукой и спешит через затоптанный вуртгут в сторону деревни. Я смотрю за ее спину на пещерные жилища, вырубленные в стенах каверны. Пещерный дьявол убил по меньшей мере двенадцать человек, прежде чем храброму фермерскому мальчику удалось добежать до Мифанара и попросить о помощи.

Возможно, погибло еще больше людей, прежде чем мы вернулись сюда и покончили со зверем. И скольких еще постигнет та же участь, прежде чем я смогу заполучить Мифатов? Прежде чем этот ужасный маг Вистари и его собратья смогут использовать свою странную магию для борьбы со злом, пробуждающимся в сердце Подземного королевства? В конце концов, хватит ли их сил? Или уже слишком поздно?

– Ты идешь, Фор? – голос Сула вырывает меня из задумчивости. Он стоит на другом конце поля, держа поводья наших морлетов.

– Да, – отвечаю я. – Иду.

Глава 17. Фэрейн

Никто не знает, получил ли принц Рувен известие о путешествии Ильсевель по королевству и намеревался ли убить ее или моя сестра просто оказалась не в том месте не в то время. Это вряд ли имеет значение. Засада была быстрой и жестокой. Только один из охранников моей сестры вернулся живым. Рувен отпустил его, чтобы он принес весть о резне моему отцу. По его словам, все были убиты. Жестоко. Без пощады.

Теодр пересказывает мне все кровавые детали, которые может припомнить, пока мы спускаемся с Эттрийских гор, окруженные гораздо большим числом охранников, чем в прошлый раз.

Мне невыносимо слушать, что говорит мой брат. То тут, то там я выныриваю из тумана агонии и пытаюсь заставить свой разум сосредоточиться, осознать и принять то, что мне сказали. Но это уже слишком, и я снова погружаюсь во всепоглощающее страдание.

Мои сестры. Ильсевель. Аура. Они предстают перед моим мысленным взором, два бледных призрака. Я вижу их сидящих вместе за столом и разделяющих трапезу. Смеющихся. Беспечно болтающих. Я чувствую прилив паники, когда раздаются первые боевые кличи. Я наблюдаю, как они подбегают к окну, отдергивают занавески, таращатся, их пульс учащается от нарастающего ужаса. Ильсевель хватает Ауру за руку, и они отчаянно бегут.

Мое сердце бешено бьется в такт с их, когда воздух вокруг них взрывается предсмертными криками и чавкающим звуком лезвий, вонзающихся в плоть. Я вижу, как они останавливаются. Впереди тень. Массивная. Безликая.

Ильсевель бросается перед Аурой, как живой щит.