Юлианна, или Игра в «Дочки-мачехи» - Юлия Вознесенская

- Ничего с ними делать не надо! Поменяться вам надо, только и всего. Но сначала намочите банты - пусть они висят, а не торчат.

Банты намочили, поясами обменялись - и теперь платья у девочек были что надо! У Аннушки зеленое платье с голубым поясом и бантом, а у Юльки - наоборот.

- Идите вы тоже одеваться, Александра! Причесаться мы и сами сумеем! - сказала довольная Аннушка.

Александра ушла к себе. Девочки причесались и, не дожидаясь, пока за ними кто-нибудь придет, ринулись вниз - встречать гостей.

Внизу уже царила, как принято говорить, праздничная атмосфера. В столовой, где заранее был накрыт стол, в полутьме тихонечко играл приглашенный оркестр. Был открыт обычно запертый на ключ парадный зал, сияющий огнями двух огромных хрустальных люстр и наполненный цветами, и по нему уже разгуливали первые гости. Увидев дочерей, Дмитрий Сергеевич одобрил их наряды:

- Веселенькие платья выбрала вам Жанна!

Девочки переглянулись и решили промолчать: будет еще время пожаловаться на Жанну и похвастать, какая находчивая у них Александра.

То и дело прибывали новые гости, входили в дом, раздевались в прихожей и проходили в зал, где здоровались с Мишиным и с девочками; потом они пили разносимые лакеями напитки, разговаривали между собой и ждали появления хозяйки.

К разочарованию девочек, Александра появилась ни в каком не ослепительном бальном платье, а в своей обычной длинной черной юбке и белой блузке со скромным галстучком. Она даже новую прическу себе не сделала, только кудри подвязала черной бархатной ленточкой.

- Это не классная гувернантка, а классическая гувернантка! - недовольно сказала Юлька и потащила Аннушку к Александре.

- Ну, и где ваш шикарный бальный наряд? - спросила она Александру.

- Да, где же ваше платье, Александра? - спросила Аннушка.

- Какой наряд, какое платье, девочки? - рассеянно спросила Александра.

- Новый, который вы столько дней шили!

- Я не шила никакого наряда, я готовила подарок для Жанны.

Девочки были разочарованы и даже слегка обиделись на Александру.

Но вот появилась хозяйка вечера, и уж она-то постаралась быть ослепительной! С гордо поднятой лакированной черной головкой, так похожей на змеиную, она вышла медленным шагом на середину зала и остановилась, давая всем на себя посмотреть. И посмотреть было на что! Платье Жанны было неописуемо, как и обещала Мари де Забилье! И все же мы попробуем его описать. Сверху платье… Но сверху платья как раз фактически не было, а были только две узенькие бретельки, унизанные мелкими бриллиантиками. Подол внизу был широкий, он плавно сужался к талии, и от самого низа вверх по подолу ползли, сближаясь на талии и расползаясь затем у груди, страшные зеленые змеи с бриллиантовыми глазами. Когда шевелилась Жанна - шевелились и змеи на ее платье. В общем, наряд был кошмарный, но впечатляющий - нервному человеку и смотреть опасно. Гости, взглянув на Жанну, сначала втайне содрогались, говорили себе мысленно успокаивающие слова, и только после этого вслух выражали свое восхищение. Некоторые, правда, при этом тихонько хихикали; в основном это были дамы и хихикали они, как решила про себя Жанна, несомненно от зависти.

Гости кинулись поздравлять Жанну и вручать цветы и подарки.

Через некоторое время Жанна, выслушав большую часть поздравлений и отправив с горничной Таней все полученные подарки к себе наверх, снова вышла на середину зала, трижды хлопнула в ладоши и объявила:

- Мы начинаем, дорогие гости! И я хочу вам сообщить, что сегодня не только мой день рожденья, но и замечательный старинный праздник в честь весны - праздник Бельтайн! Музыка!

Из столовой в зал вышла высокая статная женщина в длинном красном платье с рисунком из оранжевых огненных языков - это была специально приглашенная Жанной певица, а за певицей шли музыканты с инструментами, на ходу играя вступление. Один из них играл на настоящей волынке! Певица остановилась рядом с Жанной и запела глубоким низким голосом:

Костры взметнулись в небеса

на празднике Бельтайн,

Звучали звонко голоса

на празднике Бельтайн,

вино шумело в голове

на празднике Бельтайн.

Ступая тихо по траве

Я подошел к кострам… *

Песня была старинная, длинная, скорее даже баллада, а не просто песня. Рассказывалось в ней, как богатый проезжий молодец присмотрел на празднике деревенскую девушку и увел ее под шумок прогуляться в лес, а потом у него из-за этого вышло недоразумение с ее отцом и братьями, деревенскими кузнецами. В общем, выходило, что праздник Бельтайн в старину проходил весьма разнузданно и бурно. Гостям песня понравилась, но еще больше они оживились, когда Жанна пригласила всех пройти в столовую. Когда девочки с Александрой проходили мимо нее, она сказала ей через голову сестер:

- Александра, после ужина отведите Юлианн сразу наверх и останьтесь там с ними. Сегодняшний праздник не для детей!

Сестры возмутились и хотели протестовать, но Александра кивнула Жанне и слегка, но настойчиво подтолкнула девочек в направлении дверей. В столовой специальный распорядитель провел их в самый конец стола: именно там были положены карточки с их именами. А напротив, на другом конце стола, было место Жанны и Дмитрия Сергеевича, и там вместо стульев стояли два красных кресла. Это, конечно, Жанна так распорядилась, чтобы Юлианны сидели не справа и слева от отца, как всегда, а переехали на другой конец стола. Наконец все расселись, и Акоп Спартакович встал и произнес очень длинный и замысловатый восточный тост, который никто толком даже не понял, но все одобрили и похлопали. А после все стоя выпили за виновницу торжества и принялись угощаться.

Ужин был роскошный, богатый, вкусный, но уж слишком длинный. Сестры перестали есть задолго до десерта, а потому сидели тихонько за столом и беседовали с Александрой.

- Александра, давайте мы после ужина попросим папу, чтобы нас не отправляли наверх, ладно?

- Нет, не ладно, девочки. Если бы это был день рожденья вашего папы, я бы его уговорила, чтобы вы оставались с гостями подольше. А сегодня праздник Жанны. Поглядите, между гостями ходят совсем незнакомые люди: какие-то женщины, похожие на ведьм, бледные молодые люди с накрашенными губами, вылитые вампиры!… Кто все они? Чего они ждут от этого языческого праздника Бельтайн, и что это за праздник такой подозрительный? Нет уж, девочки, давайте мы все-таки уйдем к себе сразу после ужина.

- А потанцевать с папой? Мы очень любим с ним танцевать!

- Мы всегда так делали, на всех праздниках - танцевали с ним первый танец!

- Думаю, что сегодня он откроет танцы с Жанной, так уж положено.

- Ну да, и они как всегда будут танцевать танго - любимый танец Жанны!

- А у вас какой любимый танец?

- А мы с папой любим вальс! - сказала Аннушка.

- Мы его с ним по очереди танцуем, - добавила Юлька.

- Ну, хорошо, - сдалась Александра, - после ужина я попрошу вашего папу разрешить вам задержаться в зале на два танца. Но только на два! Договорились?

- Ладно, договорились, - сказала Юлька.

Ужин закончился каким-то удивительным мороженым - с экзотическими фруктами, огнем и брызгами шампанского. Гости встали из-за стола и проследовали в зал.

Александра, улучив момент, подошла к Дмитрию Сергеевичу и о чем-то тихо его попросила; тот улыбнулся и кивнул в ответ. Александра издали тоже кивнула сестрам, и они поняли, что папа разрешил им немного потанцевать.

Музыканты заиграли танго.

Мишин галантно повел Жанну на середину зала. Дмитрий Сергеевич танцевал прекрасно, и Жанна тоже ему не уступала. Так танцуют профессионалы и, видя это, гости им не мешали, а стояли широким кругом и любовались блестящим танцем. Кроме того, почти всем гостям Жанна уже успела намекнуть, что вечер этот устроен не только в честь ее сомнительного дня рожденья и какого-то там языческого Бельтайна, но и в честь ее помолвки с Мишиным. Потому-то все гости восприняли этот танец как символический и не хотели мешать красивой паре в столь знаменательный день.

Но тут в пустой круг стремительно влетели танцующие Юлианны, и глаза зрителей сразу же устремились к ним. Ох, как танцевали эти сестрички! Движения их были абсолютно синхронны, даже головки они поворачивали и наклоняли одновременно, так что казалось, это танцуют не просто сестры-близнецы, а девочка со своим отражением. Александра, конечно же, сразу вспомнила их танец на рождественском празднике в лицее, когда она увидела их в первый раз. Юлианны сделали свой блистательный круг под аплодисменты гостей и приблизились к первой паре. Теперь они старались танцевать позади Жанны, чтобы Дмитрий Сергеевич видел дочерей, а Жанна - нет, и… сразу же пошли озорничать, комически передразнивая взрослую пару: Аннушка танцевала за партнера и изображала отца - с юмором, но и с любовью, а Юлька, уже безо всякой любви, сатирически копировала Жанну. Аннушка шла в танце с некоторой холодной важностью, равнодушно вертела, дергала и отбрасывала партнершу, а Юлька закатывала глаза, выгибалась дугой, строила томные рожицы и льнула к Аннушке - а та ее с подчеркнутой прохладцей отстраняла. Мишин сдерживал смех, искоса наблюдая за озорством дочерей, а Жанна, совершенно упоенная танцем и успехом, ничего не замечала. Гости же от души веселились! В конце танца Жанна так выгнулась назад, повиснув на руке Дмитрия Сергеевича, что почти коснулась головой пола. А Юлька, подражая ей, сделала настоящий «мостик» и при этом высунула язык и вытаращила глаза, изображая натужное усердие. И тут же девочки выпрямились, с самым невинным видом поклонились друг другу и степенно прошествовали через весь зал к Александре.