Чужая тень - Ярослав Маратович Васильев

которые собирались придавить ливнем пылевую бурю. Но байки свернули с шоссе, нырнув в золотисто-зелёные волны травяного степного моря, и побежали прочь от урагана к прозрачно-голубому небу. Догнал их разве что тёплый лёгкий дождик, усмирил резвившуюся пыль и тоже отстал. Хотя воздух и остался душным и плотным, стал горячее – не всегда спасал даже поток встречного ветра.

Как в сказке, они на железных конях мчались душистой целиной. Необъятная ширь кругом, синеющий простор неба, благоухают незнакомые цветы – запахи были непривычно упруги и остры. Через какое-то время стали возникать первые деревья. Спрятались, ушли в балки и овражки, поближе к скудным ручьям, защищая свои корни непролазным подлеском. Мимо них проносились на бешеной скорости. Дома Софья, наверное, умерла бы от страха – на огромной скорости попасть в яму или столкнуться с каким-то предметом – но здесь каждый байк был оборудован радаром и встроенным примитивным интеллектом, следившим за дорогой и помогавшим огибать опасные препятствия. И только на середине пути девушка сообразила, что мчатся они не абы как – хотя всё и заросло давно травой, но когда-то в этом месте явно шла дорога.

Первым знаком близкого леса стала необычная ёлка. Судя по всему, раньше тут была небольшая рощица, и молодая ель росла в тени старших товарок, оттого сучья у неё когда-то были опущены вниз. Но потом остальные деревья погибли, а она уцелела, очутилась на свету и вытянулась, ветви начали расти кверху. Ну а нижние суки подняться не успели, соприкоснувшись с землёй, выпустили корешки и прицепились, под деревом образовались симпатичные шалашики, из которых, того и гляди, выглянет самый настоящий гоблин. А ещё к пряным и горьким запахам степи сразу же добавился аромат свежей хвои.

Вскоре их окружила полоса ельника, но уже через полчаса закончилась. Дальше пошёл прозрачный сосновый лес, где землю усыпали старые иголки, через которые пробивалась свежая трава и незнакомые цветы. Байки мчались по заброшенной дороге, под колёсами сминался и еле слышно шуршал песок. Скорость если и сбросили, то ненамного, трасса уже заросла травой достаточно, чтобы песок не засасывал колёса, но кустарники и деревья ещё не начали отвоёвывать себе пространство обратно. Сосны по бокам высились громадно-величаво, отчего широкая просека казалась узкой и стройной. Лес был светел, душист, гулок и сыр. Мачты деревьев в верхушках – изумрудны и пушисты, внизу – гладки, полны червонного золота, на ходу сливаются друг с другом. На земле – пахучая жёлто-рыжая хвоя, не валяются в таком лесу сучья – не то что мрачный ельник, где они ехали в полумраке, полном мхов и свисающих с веток лишаёв. Здесь же солнечный свет, растекавшийся по золотистым стволам, казался жидким мёдом.

День едва перевалил на последнюю треть, когда показалось озеро. Сначала не сама вода, лишь прогалина, так что солнце будто прогревало стволы сосен насквозь, заставляя играть мягким золотистым оттенком, бросать свет на подлесок и на траву. Так бывает, если вощёную бумагу осветить сзади свечой. Потянуло влагой, особенно заметной после дорожной сухости. Почти сразу показалось огромное озеро, спрятавшееся в чаше из холмов, окружавших его со всех сторон. Байки замерли на вершине холма, и Софья аж задохнулась от щенячьего восторга. Изумрудные холмы и золотые сосны, прозрачное небо над головой и кусок неба, упавший на землю в чашу земли. На противоположном берегу – река и водопад, окутанный белой пеной брызг там, где стена изумрудной воды ударялась о голубое зеркало озера.

– Обалдеть! Это… Это... слов нет. Знала бы – давно сюда напросилась.

– А то, – ухмыльнулся Меро.

– А это что там?

Взгляд зацепился за какую-то конструкцию посередине. Присмотревшись, Софья удивлённо присвистнула: там лежал самый настоящий космический корабль, словно из фантастических фильмов. Упал, под углом примерно градусов тридцать-сорок уткнувшись в озеро так, что над водой торчала одна корма.

– Свалился к нам непонятно с какого квадранта, – пояснил Меро. – Прошёл через Изнанку, но неудачно, экипаж погиб, автоматика как-то посадила. Давно уже. Тогда и дорогу прорубили, чтобы груз снять. Без груза корабль никому не нужен, вот и валяется. Зато на нём удобно отдыхать.

– Ага, если туда доплывёшь, – хмыкнул Гриф.

– Если доплывёшь, – согласился Меро. – Так. Время есть, но если сегодня ещё хотим поплавать, то давай, шевелимся.

Байки снова взревели двигателями. Оказалось, что недалеко от реки и водопада есть удобный спуск к озеру. И пляж рядом хороший, и место для лагеря достаточно далеко от воды, чтобы в дождь не затопило. Софья на такой вот поездке была первый раз в жизни, даже с отцом – сердце на воспоминание отозвалось тоской, но уже глухой, зарубцевавшейся – самое большее ездили на шашлыки на один день. Сейчас она растерянно оглядывалась, пытаясь вытащить из памяти всё, что знала про установку палатки и розжиг костра. Вышло всё намного проще. С каждого байка сняли упакованную палатку, дальше она сама развернулась в небольшой двухместный купол-домик. Сколько пар – столько и жилья. Затем палатку подключали к байку, его двигатель и встроенный процессор будут контролировать свет, тепло, вентиляцию внутри и отпугивать вечером насекомых. Для готовки с собой привезли портативную инфракрасную панель на две конфорки, запитали её тоже от байков. Небольшой костёр же разожгли исключительно для души.

– А теперь – купаться! – радостно взвизгнула Ульфила и первая побежала на пляж.

Софья успела себя отругать, что не озаботилась о купальнике, не знала про озеро. Дальше успела перепугаться – все решили искупаться голыми, потому что просто начали раздеваться? Оказалось в итоге нечто среднее. Парни скинули брюки и рубашки, отправившись купаться в трусах, девушки скинули шорты и штаны, а футболки подвязали на манер купальника. Софья тут опять немного порефлексировала, как же она сможет щеголять в нижнем белье перед парнями? Но дальше убедила себя, что у раздельных купальников трусы выглядят более откровенными, а так по большому счёту не отличаются. Нехорошо Меро подводить – что подумают, если его девушка останется на пляже не как все? И вообще, когда-то в прошлой