Лира Истра против магистра - Лина Алфеева

— А сама чем займешься?

— Не поверишь. Спать буду. — Фейна с наслаждением потянулась и зевнула — Убегалась за утро. Потом объелась в столовой.

Да, ела Фейна за троих. Мне же после общения с Серым Волком кусок в горло не лез.

Я с опаской посмотрела на серый меч и кивнула.

— Давай попробуем. Надеюсь, я не сломаю твою игрушку.

“Серый зуб” реагировал на магию. Стоило мне окутать его иллюзией огня, как серый металл точно ожил, а держать рукоять стало намного проще.

— Чувствуешь? Он под тебя подстраивается.

Фейна продолжала сидеть на кровати и руководила мной на расстоянии. Чувствовалось, что она тяжело переживает возможную утрату меча. А Сартарэн тоже хорош! Зачем было дарить, а потом так жестоко обламывать?

Я взмахнула мечом — и огненное лезвие эффектно рассекло воздух. На мгновение даже показалось, что меч получил удовольствие от этого движения. Глупость же. Просто я, как и все иллюзионисты, впечатлительная.

Меч уже не казался неподъемным, а рукоять приятно грела ладонь. Но это же не означает, что я смогу им пользоваться! Ферран обучал меня исключительно магии, а Фейна следила за физической формой.

— После обеда за нами должен зайти магистр Сларус. Думаю, будет обычное занятие по теоретической магии, — с надеждой предположила Дара.

— Уже то, что у нас будет обед, — прекрасно, — подхватила Тина и вдруг изумленно выдохнула: — Ой, а что это с ними?

Я присоединилась к ней, оценила вид из окна и задумчиво произнесла:

— А о технике безопасности во время ремонта серые зайки не слышали.

***

Калечных и увечных мы перехватили по пути в лагерь, так и выяснили, что группа парней неудачно переставила стену. А если точнее, то они подняли каменную кладку, зафиксировали стазисом, а потом чуть-чуть уронили на себя. А все потому, что кое-кто чересчур гордый отказался и от лечения целителя Зилина, и от помощи девчонок, когда те предлагали капли от светобоязни. Вот зрение в ответственный момент и подвело. Больше всего из-за этого сокрушалась Кларисса, чей телохранитель теперь был не только чуть-чуть слепым, но и слегка хромым.

— С этим нужно что-то делать! Я должна все исправить! — громко сокрушалась она.

Удивительно, но жрица света действительно хотела помочь. Неужели чувствовала себя виноватой?

— Не нужно нам помогать.

— Мы лучше сами.

— Нам уже намного лучше.

Хромоногие в самом деле хромали активнее, почти бежали. Но разве от желающих причинить добро так легко уйдешь?

— Боюсь, что в этот раз вам от капель не отвертеться, — хмыкнула я. — Вы только определитесь, кого боитесь больше: нас или целителя Зилина.

— Оба ответа неверные.

Вышедшее из пустоты начальство мгновенно вычислило хромоногих, озвучило их имена и ласково поинтересовалось, какого они отправились на подвиги, не долечившись.

— Так работа всегда помогает восстанавливаться и магически, и физически.

— А труд облагораживает.

— Это ты, Сногг, очень хорошо заметил, — внезапно объявил Сартарэн. — Я тут подумал, что мне катастрофически не хватает бассейна, созданного трудолюбивыми руками.

— Но они же не смогут копать, — переполошилась Кларисса. — У них ноги болят.

Упомянутый Сногг — судя по иссиня-черным волосам чистокровный темный, — попытался возразить, даже изобразил прыжок, доказывающий, что его ноги в полном порядке, но кто ж его стал слушать. Лорд Сартарэн поручил девушкам позаботиться о парнях, не жалея личных запасов, стоимость которых им обязательно компенсируют в утроенном размере. Результат был предопределен. Кларисса и подруги утащили пострадавших лечиться. Впервые мне было жалко серых заек. Я даже о собственных неприятностях позабыла, пока не услышала:

— Вижу, вы не расстаетесь с моим даром.

— Зуб ко мне привыкает.

— А вы к нему?

— Не тороплюсь привязываться, — едко бросила я и отвела взгляд, прекрасно осознавая, что Сартарэн уже все увидел.

Непокорность. Смелость. Вызов.

Сейчас, когда я была Фейной, я могла отвечать свободно, не опасаясь, что меня сочтут подозрительно смелой или наглой. Репутация Фейны Тель-Эрн была моей особой защитой.

— Вижу, вас задели мои слова.

— Сложно радоваться, когда одной рукой даруют надежду, а другой тут же отнимают.

— Леди Эрн, я никогда ничего вам не обещал. В Серый дольмен не принимают женщин.

Ого! А у Фейны были прямо-таки наполеоновские планы.

— В Элькрасе женщин сильно недооценивают.

— И вы задались целью исправить эту несправедливость?

— Не вижу смысла скрывать свои способности. Теперь не вижу, — добавила я, как только губы Сартарэна изогнулись в скептической улыбке.

— Вы долго утаивали пробуждение огня. Но теперь, я надеюсь, ваш дар полностью раскроется.

— А я надеюсь, что смогу раскрыть свой дар в академии Ревинтора.

— Ваш брат тоже на это надеется.

— Ферран? Он пытался  с вами связаться? — встрепенулась я, и увидела на лице Сартарэна тень досады.

— Да кто только не пытался со мной связаться. Начиная вашим братом и заканчивая куратором. Вижу, вы удивлены.

Я и в самом деле вздрогнула после упоминания лорда Лакса. Мне казалось, что уж он-то должен был сбежать, сверкая пятками, как те преподаватели, что наживались на своих учениках.

— Ваш брат в городе. Ждет, когда ворота академии снова откроются.

Наверняка, как и многие, видел щит Сартарэна над академией.

— Переживает, — скупо обронила я.

— Лорд Тель-Эрн заботливый брат. По моим сведениям, он навещал вас каждые две недели.

Хотя сердце в груди екнуло, я смогла ответить спокойно:

— Ферран знает мою тайну. Поэтому и приезжал.

— Зато он не знает, откуда над академией возникла иллюзия светового дождя. И наверняка не в курсе, как же так вышло, что день на территории академии внезапно обратился в ночь.

— Вы… Вы на что-то намекаете? — еле слышно спросила я, рассматривая рукоять меча.

— Что вы, леди Эрн, я говорю прямо: мне нужен создатель иллюзии. Не пройдет и двух дней, как он явится ко мне сам и согласится на мое предложение.

Лорд Сартарэн чеканил каждое слово, жестко, бесстрастно, уверенно. Он говорил,