Лира Истра против магистра - Лина Алфеева

не поджигалось, просто рыдающая Кларисса вдруг упала на колени и замерцала новогодней гирляндой.

— Всем крепко зажмуриться! Срочно!

Приказ Фейны я выполнила на автомате, но все равно прочувствовала слепящее свечение. Спустя секунду оно исчезло, и перед глазами возникла темная пелена. Неужели я ослепла?

Страх заставил меня подавиться всхлипом, но когда я отважилась открыть глаза, то рассмотрела в темноте испуганное лицо Дары.

— Блеск, иллюзионистка, — шепнула Фейна и зажгла крошечный огонек, подсвечивая свою физиономию.

— Скорее, тьма, — угрюмо констатировала я, осознав, что натворила.

Я уже проделывала этот трюк, когда создала для себя и девочек эксклюзивную метель.

— Очень интересное сравнение, адептка Лаварди.

Тихое, спокойное замечание заставило меня крепко стиснуть зубы. Иначе бы в Элькрасе состоялось знакомство с русским ругательным.

— Лорд Сартарэ-эн, а мы вас та-ак жда-али, — певуче протянула я, однако в моем голосе не было и намека на мягкость Тины.

— Да неужто, — хмыкнул Серый Волк и топнул ногой по темной кляксе.

Тварюшка внезапно задымилась и испарилась.

—  Вы должны были нас предупредить о дополнительных сложностях. Это нече-е-естно, — обиженно протянула я. — Мы так испугались, когда день внезапно стал ночью.

— Испугались, — мрачно подтвердила Фейна, когда Сартарэн посмотрел на нее.

— Очень неожиданно случилось, — подхватила Дара.

Обожаю, когда меня понимают с полуслова!

— Вы не подумайте, мы не в обиде, — натянуто улыбнулась я. — Что может быть романтичнее неожиданной встречи в ночи… с вами.

— А вы так на меня надеетесь? — сухо, как-то разом растеряв всю ироничность, спросил лорд Сартарэн.

— Что вы, на вас мы надеялись минут семь назад. Но пришлось спасать себя самим.

— И у вас это неплохо получилось, — спокойно подтвердил серый лорд.

Не хвалил, не язвил, а сделал выводы. Мы не растерялись, не запаниковали, а смогли защититься от созданий, прибывших через стихийный портал. И все это ночью, наступившей средь бела дня.

— Так это была проверка? Вы знали, что портал откроется? — потрясенно прошептала я.

— Или сами его и открыли, — хмуро добавила Фейна.

— Маги Серого дольмена противостоят Разлому, — напомнил лорд Сартарэн.

Я не удержалась и свесилась вниз, чтобы убедиться, что портал закрылся. Ни малейшего следа. Даже плиты тренировочной площадки снова стали идеально ровными.

— Адептка Лаварди?..

— Да? — Я посмотрела на мага, сверлящего меня мрачным взглядом.

— Вы что-то потеряли?

— Трещины на камне. Они исчезли.

— И какие же выводы вы сделали?

— Строго говоря, выводы я сделала еще вчера, а сейчас всего лишь убедилась…

— Слушаю внимательно.

— Из магов Серого дольмена получатся прекрасные мужья. Такие хозяйственные,  в бытовой магии подкованные и…

Я замолчала, потому что лорд Сартарэн внезапно подпрыгнул и начал медленный подъем по воздуху. Причем без помощи летучки! Замерев рядом, Сартарэн молча протянул мне зажатую в кулак руку.

— Держитесь.

— Что вы, в этом нет никакой необходимости. Я и сама могу.

— Как ваш телохранитель, я протестую.

И серый маг раскрыл ладонь, на которой сидела крошечная оранжевая бабочка. Та самая, что создали мы  с Фейной. Вяло взмахнув крыльями, она вспыхнула, точно феникс во время перерождения, и осыпалась искрами саморазрушающегося огненного знака. Я же молча вложила руку в протянутую ладонь и позволила увлечь себя на магическую тропу. Сейчас я уже не была уверена, что смогу спуститься самостоятельно.

Глава 14

Кларисса пробудила скрытую магию, когда безумно испугалась. Вышедшая из-под контроля сила превратила Клариссу в светлячка. Не успевшим вовремя зажмуриться теперь нужна была помощь. Целитель Зилин суетился между пострадавшими, у которых началась светобоязнь и градом текли слезы, и предлагал особые капли. Серые маги в ужасе отбрыкивались и заверяли, что всё само пройдет. Протестовали твердо, но рыдать при этом не переставали.

— Адептка Лаварди, происходящее кажется вам забавным? — строго вопросил лорд Сартарэн.

И сразу захотелось упасть и отжаться или хотя бы начать оправдываться. Сартарэн устроил разнос тем, кто не успел защититься от слепящего света, после чего вызвал из лазарета Зилина. Теперь, видимо, настала и моя очередь получить “суровый кусь” от Серого Волка.

— Скорее, пугает. Вы обещали нам безопасность.

— Разве? Я обещал вам шанс проявить себя. Адептка Айсар прекрасно справилась. Её ледяной барьер впечатлил даже магов стужи.

— А меня впечатлила скорость, с которой разносятся сплетни.

От целителя Зилина теперь шарахались и маги, и адептки. Бедняга тоже смекнул, что почему-то впал в немилость, и от этого ещё активнее навязывал свою помощь.

— Репутация целителя Зилина не досужая сплетня, а печальная реальность.  Своим  неумелым лечением он загубил несколько боевых грифонов.

— И такого неумеху пристроили к нам!

От мысли, что здоровье надежд королевства доверили дилетанту, становилось не по себе. Неужели это была умышленная диверсия? Но против кого сражался наш враг? Против юных девушек, желающих пробудить магию?

Сартарэн осмотрел меня с ног до головы, словно прикидывая, стоит ли со мной делиться информацией, а потом пояснил:

— Я распорядился выяснить, кто направил Зилина в Ревинтор. Пока же вам придется его потерпеть.

— Мне-то что. Я болеть не собираюсь, — пожала плечами я, стараясь казаться беззаботной феечкой.

И все же проницательные глаза Сартарэна внимательно смотрели на меня. Хорошо, что Сартарэн не иллюзионист и не видит сквозь мою личину. Но не нужно забывать, что он умный мужчина с большим жизненным и военным опытом. Ему не стоит врать без особой необходимости, нельзя забывать о роли.

— И все-таки, что-то вас беспокоит.

— Кларисса и ее пробудившийся дар. Она не опасна для себя и окружающих?

Мысль об изоляции Клариссы казалась недостойной, но и ослепнуть в расцвете лет мне не хотелось.

— Подобные выбросы скрытой силы — редкость. Как и создание темной завесы.

Мне пришлось закусить щеку изнутри, чтобы не рассмеяться в голос. Сартарэн счел, что одна из нас активировала на эмоциях дар тьмы. Мы с девчонками клятвенно заверили, что не поняли, как это случилось и кто автор завесы. Серый Волк сделал вид, что поверил, но