Передышка не бывает долгой - Юрий Никитин

чувству блаженства, когда чешут те места, куда ей самой не дотянуться.

Мрак поднялся, ухватил ее под мышку, Хрюндя протестующе заверещала.

Из соседней комнаты торопливо вышел обеспокоенный Манмурт, глаза придворного стали квадратными при виде ноши Мрака.

– Ваше Величество, куда вы ее?

– Топить несу, – сообщил Мрак.

– Давайте я, – предложил Манмурт. – Не тцарское это дело. А я ее уже топил много раз!

Мрак с облегчением опустил ему на протянутые руки это толстое брыкающееся чудовище.

– На. Это она к тебе так рвалась!

Манмурт ловко подхватил, жаба с обидой посмотрела на Мрака, но Манмурт прижал ее к груди, и она только горестно вздохнула.

– Пойдем, – сказал ей Манмурт. – Здесь не понимают наши тонкие души.

Из комнаты вышел в длинном халате, зевая во всю широкую, как у Хрюнди, пасть, Хугилай. На ходу расчесывал крепкими когтями грудь, волосатую, как у Мрака, чуть поклонился.

– Ваше Ве… ли… чество!.. Как же тут рано встают!

– А во сколько лег? – поинтересовался Мрак с издевкой. – Из твоей комнаты то песни, то рев, а девки с кувшинами вина так и шмыгали… У нас так мыши не носятся!

Хугилай пояснил с достоинством:

– Это я сведения собирал!.. Придворные девки языкастее, Ваше Величество!.. Все видят, все слышат, кто кого нагибает знают, а вино и приятственные дела лучше всего развязывают языки.

– А что дома жена скажет?

Хугилай взглянул на него в удивлении.

– Ваше Величество, это же секретные сведения!.. Я не могу никому рассказывать про источники и как добываю. Работа, Ваше Величество, есть работа. В лес не убежит, ее делать надо.

– Да, – сказал Мрак с издевкой, – трудишься усердно. Вон вся морда опухла…

– Стараюсь, – ответил Хугилай с достоинством. – Для отечества ничего не жалко. Барбуссия превыше всего!.. Это для кого-то загул, а для меня трудный труд на благо… Вино и девки – все для победы!

Мрак вышел на крыльцо, воздух чистый и свежий, пахнет распускающимися с утра цветами, но в саду на дорожках пока никого, лишь прошел слуга и быстро загасил уже ненужные факелы.

Хугилай вышел с Мраком, тот покосился на его расстегнутый халат.

– Одеться не думаешь?

Хугилай сдвинул плечами.

– А здесь секиры не носят. Даже мечи оставляют на входе в сад. Только тцарам позволено.

– Но штаны не оставляют, – напомнил Мрак.

Хугилай опустил взгляд на голые ноги, остановился в изумлении.

– А и впрямь в чужих краях забываешь о мелких мелочах вежества. Простите, Ваше Величество, вернусь надеть брюки. Или одеть, как говорят в Куявии?

Мрак отмахнулся.

– Догонишь в зале. Или во дворе.

Хугилай сказал вдогонку:

– Найду, Ваше Величество, найду!.. Вас да не найти…

В голосе управляющего послышалась издевка, Мрак нахмурился, но тут же подумал, что да, его найти нетрудно, при его появлении куявы обычно расступаются, а то и вовсе разбегаются, но сейчас он тоже в тцарском одеянии, к такому обычно стараются попасть на дороге, поклониться и дать себя запомнить, так что Хугилаю все-таки придется поискать.

В ожидании Хугилая присел на лавочке справа от крыльца флигеля: ага, вон прошли двое первых ранних пташек, отсюда вид в самом деле хорош, сад как на ладони, это великие тцары гутарят между собой в главном корпусе, а всякая мелочь вроде советников плетут козни и вообще сговариваются здесь, в саду, в неспешных беседах, прощупывают друг друга.

Из зарослей цветущих кустов выметнулась Хрюндя, увидела Мрака, с довольным хорканьем понеслась к нему. Он едва успел растопырить руки, она прыгнула с разбегу, едва поймал и уложил к себе на колени.

– Убежала от Манмурта, – сказал он с укором, – что ж ты его так обижаешь… Ладно-ладно, ты мое солнышко. Ты и Кузя, мои единственные друзья…

Глава 7

Хрюндя довольно похрюкивала, он чесал и гладил, сбоку приблизился человек в дорогом костюме воина, но с пустыми ножнами на поясе, Мрак на глаз оценил длину такого меча и уважительно кивнул.

– Я Бурак, – представился человек с пустыми ножнами. – Сопровождаю своего конта… А вы, Ваше Величество, не желаете ли?

Он низко и крайне почтительно поклонился Мраку.

– Чё? – уточнил Мрак. – Вина?.. Давай, неси!.. Или ты про жареного гуся?.. Тоже неси.

Человек, назвавшийся Бураком, сказал достаточно громко, чтобы услышали и те двое, что только что вышли на дорожку розового камня:

– Я насчет ристалища, Ваше Величество. Вдруг да изволите… Это же интересно!

Хрюндя открыла один глаз и посмотрела на него с неодобрением.

Мрак сказал довольно:

– Еще как!.. Вот сижу и смотрю… еще бы пару подушек под бока и одну под задницу, а то костлявые у вас больно доски. В Барбуссии делают из мягкого дерева, а у вас из дуба, что ли? Или из березы? А так вообще-то ничего, антиресно. Только покрасить надо, а то вот живица к штанам липнет.

Бурак переступил с ноги на ногу, пояснил старательно:

– Я не о посмотреть, Ваше Величество, а поучаствовать!

Мрак посмотрел в изумлении.

– А что, запрещают? Участвуй. Мужик еще молодой, здоровый как лосяра, и вон как взбрыкиваешь, будто весна еще не прошла, и остался неразвязанный… А что зубы вышибут или морду набок, так вот тут видел одного вообще без зубов, зато мудрого, как целый клубок змей!.. Уважают. Может и ты враз поумнеешь.

– Ваше Величество, – вскрикнул Бурак, – да не обо мне, такой малости, речь! Кому я интересен?.. А вот вышли бы вы…

Мрак вскинул брови, посмотрел с интересом, как сытый волк на прыгающего перед ним толстого и жирного зайца.

– Я?.. Тцар Барбуссии?

– Да, – подтвердил Бурак, – все были бы в восторге!

Мрак подумал, почесал свободной от Хрюнди рукой в затылке.

– А тцарское ли это дело?.. Нет, не тцарское…

– Тцарское, – горячо заверил Бурак. – Тцар Куявии Додон в таких забавах участвовал! А тцары Артании так завсегда и с превеликим удовольствием!.. Их хлебом не корми, только дай кому-то, как вы изволили изречь, зубы прочь или морду набок.

Мрак сказал благодушно:

– Дык я ж не тцар Артании. У них из-за пыли, что поднимает их конница, и неба не видно, а это же самое прекрасное на свете!.. Ты небо когда-нибудь видел?.. Ладно, понял. Увидишь, когда смалить будут.

Бурак вздохнул, тцар Барбуссии только что обозвал свиньей, но так вскользь, что и не придерешься, но тут не до обид, горсть золотых монет придется отдать, если не получится уговорить этого странного звездочета выйти в круг и показать свою силу, о которой пошел слушок, но как-то неуверенно, словно говорящие и сами не верят в то, что передают, а просто сообщают, что от кого-то слышали.

– Все будут счастливы, – сказал он, делая еще попытку, – а тцар должен заботиться о народном счастье!.. Да и ваша слава пойдет, побежит и помчится с гиком и топотом копыт!.. Вам самому понравится, как все красиво получается!

Мрак подумал, вроде бы уже начал с кряхтеньем подниматься, огромный и могучий, Бурак ликующе задержал дыхание, но тцар Барбуссии тяжело вздохнул и расположился на лавке поудобнее.

– Человеку, – произнес он рассудительно, – взиравшему на дивный ход небесных светил, полный тайн и незримых троп среди звездного леса… о чем это я? Вот видишь, отвлекся! Когда только вспомнишь о чистых и омытых утренней росой звездах, как можно смотреть и даже думать про этих мужиков, тупо бьющихся в пыли, как бараны?.. Нет, звезды – наше все!

Бурак сказал уже умоляюще:

– Ваше Величество… ну всем так хотелось бы увидеть вас на ристалище…

– Пусть смотрят, – разрешил Мрак. – Вот я сижу, такой красивый и важный, верно?.. А даже денег не возьму.

– А на самом поле ристалища?

Мрак сделал отметающий жест.

– Недостойно моего высокого звания.

Бурак сказал с таким видом, словно бросил на стол кость с шестью лунками:

– Но тцар Артании точно выйдет!

– Ему можно, – ответил Мрак милостиво. – Он боец, а я умный, не видишь? Зазорно, у меня высокие запросы!.. Ты иди-иди, а то пропустишь какую-нить драку!

На крыльцо вышел Хугилай, красивый и нарядный, халат надел новый, весь пурпурный и с золотым шитьем на плечах и груди, а сапоги сафьяновые, с загнутыми носками, такие только-только начали носить в Куявии.

Он выждал, пока Бурак удалится, спустился к Мраку и сказал тихонько:

– Обидно? Придется проглотить, Ваше Величество.

Мрак буркнул:

– Лучше проглочу обидчика.

Хугилай развел руками.

– Ваше Величество, Барбуссия среди других тцарств не маленький слон, а большая мышь. Так что…

Мрак сердито засопел, но смолчал, лишь проводил долгим взглядом Бурака.

А тот быстро пересек сад, миновал ворота, на главной улице Куябы Ролдерт раздает своим воинам, они же здесь советники, четкие указания, Бурак сказал торопливо:

– Не удалось. Говорит, не тцарское это дело.

Ролдерт сказал с интересом:

– А сказал, что и тцары станут на герць?

– Говорил! – подтвердил Бурак с жаром. – Но уперся. Грит, звезды – это наше все. Для них мы все муравьи, а он вроде бы там между