Война и миръ - Пантелей

в Ахмедабаде. Огромная территория западной Индии погружается в революционную анархию. Казаки не дураки, местных голодранцев не обижали, а наоборот – платили им за полезные сведения. Покажешь, где живёт местный пособник британцев – ещё и премия будет. Все они как минимум пособники, а максимум – шпионы, так что сомнений не было. Добычей остались довольны и казаки, и местные революционно-освободительные кадры, и казна. Оружие можно оставить (есть кому), оно уже трижды окупилось, пусть теперь рынок для услуг ЧВК раздувает.

Уже почти в Михайловске получили телеграмму р капитуляции САСШ. Четырнадцатого (первого) марта 1910 года закончилась Первая Великая война.

Запад не убит, но ранен серьёзно. Пожалуй, настолько серьёзно, что сохранить свои демократии им не удастся. Для реванша придётся грабить собственных подданных (граждан), урезать их права, в том числе и право на жизнь, для недовольных. Тоталитаризм неминуем, как и англосаксонский национализм, но в какие это выльется формы – пока непонятно. На их фоне и Гитлер вполне может оказаться экстравагантным шалуном. Вполне.

Михайловск – столица Имперского наместника на Дальнем Востоке, сейчас графа Алексеева. Территория Наместничества приросла Аляской и Алеутскими островами, поэтому хлопот у Евгения Алексеевича хватает. Территории ведь нужно заселять, а ресурсов Трудовой армии больше нет, приходится стимулировать переселенцев кредитами и льготами. И рабочими местами, конечно, а чем русскому заниматься на островах? Только самогон из тухлой рыбы гнать. На Аляске хоть дороги строить можно, вокруг них постепенно закрутится дальнейшее развитие, но на островах ведь и дороги не нужны. Надо их как-то по религиозному пути осваивать. Попа одного на целый остров хватит, и занятие ему там на годы. Неженатых призвать, чтоб баб себе местных брали, святые люди. Пусть послужат Отечеству, коммерсанты долгогривые.

Пусть! И духовное училище для алеутов пусть там откроют, всё, что нужно, за счёт казны построим. И монастырь построим. На Север Русь монастырями прирастала, да и не только на север. Религия себя ещё далеко не исчерпала, для алеутов и это будет прогрессом. Не университет же им открывать.

Поужинали с графом Алексеевым и Канцлером Китая, князем Зубатовым (правительство Поднебесной Империи размещалось в Михайловске). Выпили за победу, помянули павших, обсудили будущее. И Алексеев, и Зубатов были уверены, что лет на двадцать мир установился. Не оправиться раньше британцам с американцами.

Это они не учитывают ресурсы тоталитарного управления кадрами и производством и возможностей мобилизационной экономики на половине промышленного потенциала мира. Ничего значимого из этого потенциала они не потеряли, а их экономика избавилась от балласта чудовищных военных расходов. В умелых руках – это очень серьёзный потенциал, рост производства может быть и по двадцать процентов в год. А умелых там хватает. Через четыре года вырастут вдвое, а заодно будут на Латинской Америке тренироваться. Нет, двадцать – слишком много. Десять – гораздо реальнее.

В связи с Победой планы не изменились. Сценарий был написан, роли распределены, доходы тоже. Требовать территориальных уступок нам не нужно, статус-кво вполне устраивает, поэтому обсуждаться теперь будут только финансовые вопросы – контрибуции и репарации, но не пристало Великому Хану самому торговаться за презренный металл. А в чём ещё эти контрибуции получишь?

Рейху, как внёсшему в общую Победу наибольший вклад кровью, отходило сорок процентов от доли Союза Трёх Императоров (были ещё миноритарные доли у Китая, Таиланда, Испании и Вьетнама), вот пусть фон Бюлов и торгуется. Мы согласны. Мы и на меньшее бы согласились, но спорить не будем. Вклад пятисот тонн золота Русского-американского банка в Федеральный резерв и упущенную прибыль приватно обсудят компетентные люди с акционерами. Или с их наследниками. Это частная собственность, и обсуждать её нам никакие мирные договоры не помешают.

Пекин. Михайловский вокзал. Почётный караул, оркестр. «Прощание славянки». Двенадцать синемакамер, практически, прямой эфир.

Брат. Император Китая. Мишкин спортивен и энергичен (ну, так сорока ещё нет), но виски сединой уже тронуло.

– С победой, Ники!

– Взаимно, Мишкин.

Китай избавился от британских, американских и португальских факторий, а с ними и от опиума. Пару лет подсевший народ сходил с ума, но сейчас уже всё успокоилось, все, кому было суждено – уже сошли. Восстанавливается Китай сумасшедшими темпами. Открытые рынки – это козырь прежде всего для Китая, обладающего уникальным трудовым ресурсом – китайцами. В Китай потекли деньги. Долговременные инвестиции в производство из России, Германии, Японии и Таиланда. Скоро весь ширпотреб в мире будет китайским. Мы то об этом заранее знали, а вот Рейху придётся что-то придумывать. Какое-то время они протянут на премиальных брендах, но вряд ли слишком долгое. Немецким трудолюбием китайцев не победить. Такое трудолюбие там смешно.

Пекин – город мопедов, здесь их не меньше миллиона. Бензин дёшев. Моторикши заменили педальных и увеличили скорость вдвое. Скорость перемещения, а, значит, и скорость бизнеса. Бьются, правда, десятками каждый день, но на вакансии этих десятков претендуют сотни молодых, сильных и голодных, так что даже потери на дорогах идут Китаю только на пользу.

Запретный Город строят в стиле русского Кремля. Сколько-то серьезной фортификацией эти стены в современной войне не являются, но не всё же строить ради войны. Зато красиво. И очень символично – новая династия и новый город, её олицетворяющий. Город – русская крепость. И Китай защищает, и династию от Китая. Вот и думайте, стоит ли об эти стены убиваться.

Мятежи в Китае ещё будут, в этом никаких сомнений нет. Очень многие богатые и влиятельные потеряли бизнес, да какой бизнес – наркоторговлю. Их от этого ломает куда сильнее, чем самих торчков, и ломать никогда не перестанет. И британцев, и американцев, и китайцев. Так что Мишкин к войне готовится, вернее, даже – он её готовит. Зачем всё усложнять, если есть простое решение?

Никакого единого Китая пока нет. В Империи даже говорят на разных языках, и жители соседних провинций, зачастую, не понимают друг друга. Иероглифы у них общие, но многие ли китайцы эти иероглифы понимают? Вполне реально перевести Поднебесную на русский. Синематограф, радио, газеты – это должно быть доступно всем китайцам. Примитивную радиоточку с громкоговорителем на столбе нужно установить в каждой деревне, тогда дети заговорят моментально, а старики здесь долго не живут. Лет через двадцать русский язык станет китайским разговорным, а там и иероглифы отомрут.

Идея всеобщего призыва на срочную военную службу Мишкину понравилась. Не все после службы уедут обратно в Россию, особенно если получат в Китае карьерные перспективы. Быстро такое не организуешь, но идея стоящая, к исполнению принимается. Китайцы лучше русских работают, вот и