Белая орчанка и оборотень (СИ) - "Li Litvinenko"

Амич подошел к дальней нише и задумался: чтобы взять? Его выбор пал на холодный олений окорок и бутылку некрепкого, молодого вина. Когда он протянул уже руки к блюду, дверь за его спиной, резко захлопнулась. Волк взвился, забыв о мясе, и кинулся к препятствию. Он забарабанил в обитую толстыми железными полосами дверь и угрожающе закричал.

— Сейчас же откройте, идиоты! — Орал разъяренный Амичит. Он чувствовал за закрытыми створками запах своих братьев. — Иначе я сам выйду и переломаю вам ноги, безмозглые придурки.

Но ответа за дверью было неслышно, или какого-нибудь другого звука. Запахи волков тоже быстро стали рассеиваться. В голове Амичита появилась страшная догадка — они пошли забирать ЕГО пару. Тогда он начал кидаться на препятствие всем телом, не думая о боли. Через пару минут дверь царапал уже разъяренный волк. Но преграда была слишком прочной и только нехотя сотрясалась под его мощными ударами.

Оливия откинула одеяло и встала. Низ живота неприятно ныл. Ощущения были терпимыми и стоили, пережитого в постели с оборотнем, блаженства. Амичит так сильно возбудил её, что она почти не почувствовала боли, когда он входил в нее первый раз. Сейчас возбуждение отступило, и в промежности ей было немного не комфортно. При ходьбе, пах начинало саднить сильнее, и девушка старалась двигаться по комнате медленно. Лежать обнаженной в чужой комнате, в незнакомом месте ей было страшно, и она поспешно оделась. Она нашла свои вещи аккуратно сложенными на старинной скамейке, стоявшей у изножья кровати. Она надела через голову свое простенькое платье, быстренько натянула тонкие, беленькие панталончики, которые купила в Жар-городе и засунула ноги в чулки. Потом, заливаясь краской, она стыдливо застелила раскуроченную кровать, девушка как будто скрывала следы своего безрассудного преступления.

Немного прибравшись таким образом, Оливия с интересом стала оглядываться, изучая обстановку комнаты. Здесь был невысокий, сводчатый потолок, комната была почти круглая, не считая стену с дверью, за которой, как девушка смогла заметить, когда выходил Амичит, была лестница. По периметру на равном расстоянии шли три окна с округлым верхом. Они были узкие с метр шириной, а высотой от пола до потолка, с ромбовидной раскладкой по всей поверхности и небольшими, цветными вставками как у витражей. Штор на них не было, что делало комнату необжитой на вид. В центре помещения стояла кровать. Она была красного дерева, резная и со старинными столбиками под балдахин. По размеру ложа можно было догадаться, что сделали ее в этой комнате, если бы ее попытались занести, она не поместилась бы на лестнице. На полу — светлый деревянный паркет, собранный красивым узором, на котором Оливии было приятно стоять босыми ногами. У одного окна расположен был стол и пара стульев, видимо составлявших гарнитур с кроватью. Еще был узкий шкаф, стоявший между окнами, а между двумя другими камин, выложенный светлым мрамором. Стены здесь когда-то были побелены, сейчас от времени они стали серыми и местами облупились. Вот это и было все нехитрое убранство комнаты Амичита. Весь вид у неё был хоть и свежее выметенный, но запушенный, как будто она долго была заброшена, и только недавно в нее снова вселились.

В дверь постучали. От неожиданности Оливия подскочила на месте. Не дожидаясь её ответа, широкая створка распахнулась. Перед девушкой стояли несколько очень крупных, почти как Амичит, мускулистых мужчин.

— Приветствую тебя о прекрасная дева! — Начал, стоявший первым оборотень. За его спиной раздались сдавленные смешки.

— Во загнул. — Услышала она чей-то шепот.

Первый обернулся и прорычал:

— Заткнитесь. — Потом опять пристально уставился на Оли и продолжил. — Наш друг напугал тебя?

— Амичит? — Спросила испуганная девушка.

— Да. Амичит напугал тебя? Мы — Он сделал широкий жест в сторону других оборотней. — Пришли извиниться за его поведение. Наш друг был пьян, и не понимал что делает. — Голос оборотня был добрым, и весь его вид тоже внушал доверие. — Мы вернем тебя, где взяли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Оливия окончательно растерялась, она все еще была пьяна и от быстрой смены всего произошедшего, ее голова плохо соображала.

— Идем, я отвезу тебя домой маленькая орчанка. — И оборотень показал ей на лестницу. Мужчины, стоявшие там, с готовностью расступились.

Тут у нее в голове что-то щелкнуло, и в ушах громко зазвонил сигнальный колокольчик. Они не догадались кто перед ними! Орчанка! Несмотря на то, что краска давно смылась с её тела, они все равно думают, что она орчанка!

— «Так, — подумала девушка. — Нужно быстро убираться на свою сторону!»— Мысль молниеносно прострелила ее мозг, заставляя забыть о Амичите и действовать.

— Да. Пожалуйста! — И она быстро побежала вниз по лестнице.

Дорогу назад она не знала, но ей указывал направление, оборотень, видимо их вожак. Во дворе стояли запряженные уже кони, ее посадили в седло и, держа её лошадь под уздцы, отвезли в лес. На знакомой Оливии поляне, молодой оборотень, широко улыбаясь, подал ей ее корзинку. Тут же с ней коротко, но вежливо попрощались, оборотни вскочили обратно в седла, помахали ей и поскакали обратно в свой замок.

Когда они скрылись в зарослях, она резко сорвалась и побежала к мосту, петляя между деревьями. Перепрыгивая с камня на камень, и почти не гладя под ноги, она промчалась через речку. Оливия неслась по Белому берегу еще некоторое время, пока окончательно не запыхалась. Устало девушка остановилась отдышаться и, обессилив, шлепнулась на задницу. Тут Оли увидела, как по тропинке к ней приближаются девушки.

— Ну, вот я же говорила, что она опять ходила на ту сторону. — Донесся до ее ушей голос Зои.

— «Ну, ябеда, когда-нибудь я тебя поколочу». — Мстительно подумала Оли.

— Что с тобой. — Подошедшая первой Берта, смотрела на нее с подозрением.

— Устала. — Оли хотела подняться, но у нее кажется, отказали ноги.

— Ты вся какая-то помятая и пахнешь… — Берта задумалась на минуту. — Ромом?

Тут нервы Оливии сдали и она заревела. Вытирая рукавами слезы, она начала рассказывать о своих сегодняшних приключениях. Как пошла на ту сторону и нашла полянку, как рвала травку Перхалку. И протянула причитавшим рядом девушкам корзинку. Оливию заботливо подняли за руки и потащили в сторону обители.

— Потом выскочил оборотень. — Продолжила она, горько плача.

Процессия остановилась, и все хором охнули:

— ОБОРОТЕНЬ?

— Да! Он был огромный! — Всхлипывания ее усилились, она вспомнила, как сильно испугалась Амичита в первую минуту.

— И что он сделал? — Замерли в ужасе девушки.

Оливия густо покраснела, вспомнив «что» сделал волк. Она не собиралась рассказывать об этом никому из девушек, но что-то ответить было нужно.

— Он… Он… Поцеловал меня…

— Поцеловал! — В голосе Себастины был восторг. Она было самая любвеобильная из них, и в городе заигрывала с каждым гномом.

— Да. — И Оливияя опять заплакала, вспомнив, как сладко Амич целовал её и что теперь они больше не встретятся.

— О, должно быть он был страшный? — Предположила Агафья, глядя, как она убивается.

— Нет, он очень красивый. — Отвечала Оливия.

Ее ответ вызвал изумление и повышенный интерес на лицах девушек.

— Может быть, сильно старый? — Допытывалась Зоя.

— Нет молодой, лет двадцать семь… Наверное…

— А после поцелуя? — Серьезно спросила Берта.

— Он отнес меня в свой замок. Но его друзья заперли его, а меня отпустили. Сказали, что он напал, потому что был сильно пьян. — Всхлипывая, поясняла Оливия.

Девичья процессия сдвинулась с места и они опять пошли в сторону барака.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— О, наверное, поцелуй был ужасным? — Допытывалась Агаша, ей очень хотелось знать подробности.

— Да, нет. Даже приятным. — Задумчиво ответила Оли.

— Так чего ты ревешь? — Возмутилась Себастина. — На твоем месте, я бы сначала от души помолилась, чтобы он оказался алкоголиком и напивался каждый день, а затем пошла на ту сторону и бродила под стенами их замка, пока не встречу его еще раз и не получу как минимум еще сотню, другую прекрасных поцелуев.