Последний из эльфов - Марина Воскресенская

— Я просто думаю, что этот страж решил подшутить над нами и не сказал нам пароль! — заметил Монивайс.

Морлан, не слушая воина, разглядывал рисунок на двери: баран, бодающий ворота. Так они простояли перед дверью около десяти минут. Чего только Морлан не пытался сделать: использовал обычные заклинания, открывающие замки, говорил с дверью на разных языках, водил по контуру рисунка посохом, произнес более ста специальных заклинаний, но ничего не помогало. Том долго всматривался в рисунок и наконец заметил:

— Тут что-то другое…

— Да что тут другого?! — рассердился Монивайс. — Надо сделать вот так! — и, подняв меч, замахнулся на деревянную дверь.

— Стой! — воскликнул Том, задерживая его руку. — Я имел в виду совсем не это. Ты видишь барана?

— Да. И этот баран — я! Я им буду, если стану попусту тратить время на бездарные уловки старого короля! — вскипел Монивайс.

— Нет-нет! На двери. Баран бодает ворота. Может… Я не уверен, но… Может, нам надо боднуть эту дверь? — предположил Том.

— Хмм… А может, ты и прав, — заметил Морлан задумчиво.

— Тогда я первый, — сказал Монивайс.

— Нет! Давай я, — упрямо заявил Том.

Монивайс пожал плечами и уступил.

Том отошел на порядочное расстояние, облизывая пересохшие губы, наклонил голову. Постояв так, он выпрямился и попросил мага:

— Морлан, посчитай мне до трех. Может, это смешно, но я немного волнуюсь.

— Хорошо. Тогда становись, — согласился Морлан.

Том встал и наклонил голову, покрепче сжав посох.

— Раз, — начал отсчет Морлан.

Том напрягся.

— Два…

Том максимально подался вперед, воткнув конец посоха в землю, его мышцы натянулись, как струна.

— Три!

Том оттолкнулся посохом от земли и понесся на дверь. "Все… Конец!" — мелькнуло у него в голове. Он подумал, что сейчас врежется головой прямо в дверь…но, этого не случилось: он с легкостью прошел сквозь дверь, поскользнувшись только на коврике уже за ней, и чуть не упал. Том еле успел отскочить, чтобы Морлан и Монивайс не врезались в него. Коврик Том пристроил на место, и они, отдышавшись, отправились дальше.

— А ты молодец, Том! — заметил Монивайс.

— Я же говорю, что он — талант! — согласился Морлан, подмигнув Тому.

Далее путь был в точности таким, как сказал страж. Кругом были золотые подсвечники, громоздкие стулья и кресла с округлыми формами, и почему-то очень низенькие потолки, хотя сам Бараний Рог выглядел снаружи очень большим. Потолки были побелены, и никаких узоров не было. Наконец, они добрались до двери, ведущей в зал, где должен был находиться Ангус. Дверь была широка, но довольно низка для роста взрослого человека, и для того, чтобы пройти в зал, нужно было нагнуться. Монивайс и Морлан были довольно высокими, да и Том с трудом мог пройти, опасаясь удариться головой. Морлан постучал. Том надеялся, что уж через нее не придется проходить столь опасным способом, что внизу. На этот раз дверь распахнулась, и открыл ее сам король. Как только дверь распахнулась, на путников повеяло холодом, и Том снова закутался в мантию. Том догадался, что человек, отворивший дверь, был он, король, ибо в зале никого, кроме него, не наблюдалось. Но этот человек был очень отдаленно похож на короля: короткие русые волосы по бокам над ушами и на затылке были аккуратно приглажены, на макушке светилась обширная лысина, голова была явно великовата по сравнению с телом, нос, пожалуй, широковат, глаза хитрые и небольшие, но умные, борода и усы того же цвета, что и волосы, корона на голове отсутствовала. Длинная золоченая шуба, сапоги с загнутыми носами (тоже золоченые), остальной одежды видно не было: все закрывала шуба. Ангус расплылся в улыбке и радостно поприветствовал Морлана, сильно картавя:

— Моййан! Мы ждайи тебя! Скойко йет пйошло! Дойогой мой товайищ!

— Да. Всего лишь каких-нибудь сто лет. А ты почти не изменился! — заметил Морлан.

— А Мы и забийи, что дйя тебйя это и не сйок! Ну, пйоходи, пйоходи. А кто йето с тйобой? — поинтересовался Ангус.

— Это мой ученик Том, а это рыцарь Ордена Тора, Монивайс Гуд, но ты его уже знаешь. Мы идем к эльфам. Монивайс передал мне, что ты ожидаешь моего появления, — ответил Морлан.

Монивайс сузил синие глаза и промолчал.

— Да. Ты сйышай, навейное, что у нас майенькая пйоблемка. Навейняка слышал. Мантикойи, видишь йи…, - громогласно сообщил Ангус.

Король подошел к трону, такому же громоздкому, с округлыми формами, как и вся мебель в Бараньем Роге. Том искал глазами корону — шапку. Она оказалась висящей на гвоздике за троном. Ангус, вспомнив, что он все-таки король, снял корону с гвоздя и напялил на голову. Она оказалась ему маловата, но в ней он выглядел более представительно. В тронном зале было весьма прохладно. Ангус сел наконец на трон и пригласил путников присесть на деревянные скамейки возле трона.

— Вы удачно пйобйались сквозь двей? — поинтересовался он.

— Поначалу мы не догадались, Ангус. Раньше снаружи были обычные деревянные двери. Так кто заколдовал тебе их? — в свою очередь вопрошал Морлан.

Ангус замялся.

— Нам ее пйивезли из далеких кйаев. С тех пой, как Мантикойи йазбушевались, мы потейали покой. Как здойово, что ты пйишел. Мы очень йады.

Неожиданно всех отвлек стук в двери.

— Войдите! — рявкнул Ангус.

Открылась дверь в тронный зал и вошел мальчик помладше Тома на три года. У мальчика были длинные, светлые, почти белоснежные волосы, к тому же они еще и вились крупными кольцами, серые глаза, белое лицо, словно у куклы, будто светящееся. В руках он держал облезлую, худущую кошку с гигантскими ушами и выпуклыми круглыми зелеными глазами, шерсть у кошки была трех цветов: дымчатого, рыжего и голубого, как у львов в реке Линия Жизни.

— Агнус! Мы же запйетили тебе выходить из своей комнаты! Как ты посмей нас не посйушаться! Вейнее, нас осйушаться?!! — заорал Ангус.

— Морлан! — шепнул Том. — Мне послышалось, или он сказал Ангус?

— Тебе послышалось. Он сказал Агнус. Сейчас король разозлится и начнет орать на Агнуса. Я бы советовал…, - начал было Морлан, но его перебил Ангус.

— Вот, посмтйите, товайищи! — начал он громогласно. — Мой внук Агнус со стйанностями: он вообйажает, будто у него на йуках — кошка Невидимка. А вот, посмотйите, ее нет! Он пйосто дейжит так йуки!

— Том! — тихо попросил Морлан. — Уведи Агнуса куда-нибудь, пожалуйста!

И тут же маг обратился к Ангусу:

— Ты не против, дорогой друг, если Том пойдет с Агнусом на улицу? Здесь слишком холодно.

Ангус замолчал и, видно, чуть-чуть ошалел.

— Ну, йадно, пусть идут. Мы йазйешаем! — тут же спохватился он.

Том облегченно вышел из холодного зала, за ним робко последовал Агнус. Когда они отошли на приличное расстояние от двери, Том обратился к Агнусу:

— Почему твой дед говорит, что кошки нет? Я ее вижу.

Агнус посмотрел на него печальными серыми глазами. Взгляд у него был совсем недетский: серьезный и грустный.

— Нет ничего странного, просто ты не такой, как все….как и я, впрочем.

— Кто твоя кошка? Она и правда невидимка? — поинтересовался Том.

— Нет. Это ее имя. На самом деле, это кошка моего прадеда Ампиюса. Дед Ангус часто говорит, что у него звенит в ушах и мерзнут ноги, он винит сквозняки, а все намного проще: это Невидимка трется о его ноги. Он ее не видит: он просто проходит сквозь нее, но что-то все таки чувствует. Это чувствует каждый, если призрак проходит сквозь него, — печально сообщил Агнус.

— Твоя кошка- призрак? — изумился Том.

— Да. Я даже держу ее на руках, как видишь. Не каждый может видеть призраков. Так что, я могу тебя поздравить, хотя поздравлять все-таки не с чем. Я вижу их с рождения, я уже привык. А ты? — Агнус пристально посмотрел Тому в глаза, ожидая ответа.

Том припомнил, как когда-то он с бывшими друзьями Биллом и Стенли залез в старый дом, когда ездили на пикник, и Том увидел, (причем, довольно отчетливо) женщину с ребенком на руках, сидящую на старой кровати. Том спросил у местной старушки, и она сказала, что лет пять назад там был пожар. Дом потушили, но мать и ее маленького сына спасти не удалось.

— Да, я видел призрак как-то раз, — ответил он наконец.

— Ты — ноннуллус, — сказал Ангус Тому.

— Как? — переспросил Том.

— Ноннуллус. Человек, умеющий видеть призраков. Как и я., - спокойно ответил Агнус.

— Ноннуллус…, -повторил Том.

— Мой дед не видит, поэтому говорит, что я немного ненормальный. — с грустью в голосе заметил Агнус.

— Слушай, а почему он все время говорит не Я, а…, - начал Том.

— Мы? — подсказал Агнус. — Он упивается своим величием. Говорить Мы вместо Я принято было во Времена Всеобщей Дружбы. Сейчас так говорят лишь Кастус, и то только потому, что имеют в виду весь клан, как единое целое, ну… и мой дед.

— На вашей территории живут люди из клана Кастус? — спросил Том.