Последний из эльфов - Марина Воскресенская

— Эх, метлу бы сейчас! — заметил Том вслух, неожиданно вспомнив о недавнем инциденте со сломанной метлой. Том совсем погрустнел; неожиданно он заметил, что кругом уже светло.

— Да, со временем тут явно неладно, — заметил он себе под нос. Полянка с обожженной землей явно осталась позади, но Том

никак не мог вспомнить, как и откуда принесла его "непутевая наседка". Проплутав по лесу около двадцати минут, Том решил попытать счастья и позвать Морлана.

— Морлан! — крикнул он, сделав руки рупором и поднеся их ко рту.

С ветки шарахнулась какая-то птаха. Том подумал, что нужно бы послать сигнальный огонь, но тут же спохватился:

— Ах, чтоб тебя! И посоха нет! Дурацкая птица!

Том огляделся и снова, набрав в легкие побольше воздуха, крикнул:

— Морлан!!!

— Что ты кричишь? — спросил кто-то за спиной, да так, что Том подпрыгнул от неожиданности.

Том обернулся и увидел перед собой Монивайса Гуда собственной персоной, ухмыляющегося, с неизменной трубкой в зубах.

— Монивайс!!! — обрадовался Том и бросился пожимать руку старому другу.

— Я встретил его у выхода из лабиринта. Мы с ним разделились, чтобы поскорее тебя найти. Я видел, как тебя унес феникс. Я бы мог его остановить, но боялся ранить тебя. Да и жаль: ведь эти птицы очень редки.

— А где Левис? — задал том новый вопрос, который волновал его не меньше.

— Она уже в Мадре. Замечательно добралась. И сейчас ждет тебя. Кстати, держи. Это твое. — заметил Монивайс и отдал Тому его посох.

Том принял из рук Монивайса свой посох. Что и говорить, он уже сроднился с этой волшебной штукой и уже не представлял без посоха своего существования.

Морлан встретил их у Лабиринта Горемык и поинтересовался о здоровье Тома. Том показал ему свою левую руку с дырой от лезвия — след пытки в тюрьме "Ведун". Морлан развел костер и стал варить в нем что-то неприятно пахнущее, похожее на слизь, смешанную с грязью. Затем, когда мазь была готова, и еще не остыла, Морлан наложил ее на руку Тома и перевязал бинтом, который нашелся в мешке Тома.

Том рассказал Монивайсу и Морлану о своем "визите" к фениксу, и о том, что птица всего лишь хотела, чтобы кто-нибудь последил за ее птенцами.

— Кто не знает, что птицы феникс не все умные, — заметил Монивайс. — Зачастую все как раз наоборот. Скажи на милость, кто же будет сжигать себя заживо?

— Ты не прав, Монивайс. В этом-то и состоит мудрость фениксов. Быть может, жизнь — в огне? — ответил Морлан задумчиво.

— Я почему-то всегда думал, что жизнь — в воде. Но может, они и правы, — отозвался Монивайс.

— Морлан, — подал голос Том, — а почему в Лабиринте Горемык с нами ничего не приключилось? Я поначалу думал, что увижу Блуждающих. Или волшебный огонь. Мне об этом говорила Левис.

— Левис? Да, она знает легенды. Но огонь уже давно не появлялся в Лабиринте Горемык. А сами Блуждающие появляются только там, где есть золото, которое спрятал Мортимер Хан. По преданию, золото можно найти только так. Видишь Вечно Блуждающего и можешь быть уверен, что сокровище где-то рядом. Никто уже не ходит сквозь Лабиринт, а лишь по пропускам через Лощину Друзей, либо перелетает на мётлах. Но на мётлах тяжко, через портал — в самый раз. Наверно, Левис никогда не ходила через Лабиринт, а лишь читала о нём, — заметил Морлан.

Том вдруг жутко обиделся за Левис.

— Вы говорите так, будто, она знает всё только по книгам, никак больше! Это не правда!

— Том! Я вовсе не пытался обидеть Левис! Я просто сказал, что она наверно не ходила через Лабиринт! — начал Морлан, но Том его перебил.

— Нет, ты это пытался сказать! Я ничего не хочу слышать! Левис Отличный человек! И…, - но Том не закончил.

— Том! — рявкнул Монивайс — Морлан совсем не это хотел сказать! Никто не говорит, что Левис плохая, книжный червь или заумная! Просто, она НЕ БЫЛА В ЛАБИРИНТЕ ГОРЕМЫК!

Том покраснел, опустил глаза и надулся.

— Эх ты, горе влюблённый, — засмеялся Морлан.

— Прости, Морлан, но я просто не сдержался! — ответил Морлану Том извиняющимся тоном.

— Необходимо научиться, ведь тебе предстоит бороться со Злом, а для этого нужна неимоверная выдержка! — заметил Монивайс, погрозив Тому трубкой.

— Но колдовство в Лабиринте ведь правда есть? — спросил Том у Морлана, глядя на него с надеждой (он очень хотел, чтобы Левис оказалась права хоть в каком — нибудь из пунктов этой истории).

— Есть, но оно не всегда проявляет себя. Кроме того, мы с тобой были заняты разговором и скорее хотели пройти Лабиринт, а не завладеть золотом, поэтому Лабиринт нас не околдовал, — ответил Морлан.

Вскоре после этого Том помог Морлану приготовить обед, и они занялись едой, затем они пошли на Запад, к Мадре. По дороге Морлан рассказывал Тому о Мадре: о том, что этот город располагается посередине скальных образований, и в скале, в Юго-востоке находится ущелье, а в нем — котловина; ущелье со всех сторон покрыто отвесными скалами, а на дне чего только нет — глыбы деревьев, кустарники, частицы земли, а почва — травянистая. То место называется Черной дырой. По легенде здесь когда-то погибло около сотни ребят из Коппельна, ближайшего городка, располагавшегося севернее Мадры. Когда-то давно флейтист, имени которого никто не знает, превратил всех детей Коппельна в крыс и увел их за собой под звуки флейты. Увел он их в сторону Черной дыры, и там они утонули, а флейтист пропал, будто его и не было. Двое все-таки остались живы и рассказали, будто бы флейтист был светловолос и светлоглаз, в ярких одеждах. С тех пор в Коппельне запрещено играть на флейте и других музыкальных инструментах, а жители до сих пор ходят к Черной дыре, чтобы опустить венки в топь, делают чучело из дерева, надевая на него светлый парик, яркую накидку и сжигают примерно в тот час, когда дети, превращенные в крыс, начали тонуть в Черной дыре.

Том ужаснулся рассказу, но Морлан предложил ему повременить с ужасом и страхом, потому как в самой Мадре творятся неприятные вещи. Оказывается, в Мадре участились нападения мантикор. И Морлан шел в Мадру не только для того, чтобы переночевать там, но и чтобы разобраться в причине появления там такого количества мантикор. Том поначалу забеспокоился и испугался за Левис, но Морлан успокоил его, сказав, что Левис сейчас не в Мадре, а у Соляриса, и что Монивайс уже успел позаботиться о ее скорейшем перемещении к эльфам вместе с родителями.

На пути маг, эльф и воин встретили множество старых вязов, елей и берез. Стало холоднее, чем было в Хиосе. Вскоре они подошли к речке, которая, видимо, в это время года (кто бы знал, какое?) была весьма полноводной. Берег был виден с трудом, а моста не было вовсе. Том стал размышлять, какое заклинание лучше применить, а Морлан был будто бы даже рад их неожиданной остановке и тут же уселся готовить чай. Как только огонек вспыхнул, у Тома в голове вдруг тоже прояснилось и он, прихватив посох, приблизился к краю берега.

— JUNG ORAI! — крикнул он, делая посохом круговые движения и направив его на противоположный берег.

Из конца посоха вырвалась серебряная блестящая нить, словно паутинка, и стремительно полетела к противоположному берегу. Том почувствовал, как посох завибрировал: значит, нить коснулась противоположного берега. Затем Том опустил посох набалдашником к земле, и нить отделилась от него, повиснув на траве. Наконец, завершающая часть заклинания — и паутинка расправилась и расширилась, образовав серебристый коврик.

— Молодец, Том! — крикнул ему Морлан, помахав рукой.

Том направился к костру.

— Замечательно, — заметил Морлан, — ты так здорово справился. Я бы не сделал лучше!

Том покраснел.

— Да ладно, ты здорово колдуешь! А я только учусь.

— Но ведь делаешь успехи! Вот, — Морлан протянул Тому чашку чая, от которого валил пар, — выпей чаю.

Было уже около пяти часов вечера, но путники все продолжали идти скорым шагом, приближаясь к Мадре. Как только из вечернего марева выплыли скалы с широкими расселинами между ними, Морлан остановился и радостно воскликнул:

— Мадра, сэр!

Глава 17. Снова побег

Чем ближе путники подходили, тем больше казались отвесные скалы, тем ярче лоснились бока скал, отливая угрюмой серой краской. Том думал, какие же люди здесь живут, если в этой местности наверняка часты обвалы. А снег? Если бывает снег, то могут быть и оползни, сели. На камне скал можно было различить какие-то знаки. Том не знал их происхождения. Они тянулись с самой вершины до основания. Быть может, когда-то древние жители Мадры высекали эти письмена на камне с помощью различных орудий труда, хотя мальчик-эльф с трудом мог представить себе эту картину. Сколько же тогда бы пришлось высекать эти невероятные символы, как рисковать — скалы-то отвесные. Том шел, поеживаясь.

Путники успели пересечь густой лес, отделяющий Мадру от реки, которую пришлось пересекать весьма необычным путем: по паутинке. Похолодание проявлялось с каждой минутой все больше и больше. Том закутался в мантию, но в дырки от когтей феникса на спине нещадно поддувало, и Том никак не мог согреться. Брр!! Ну и холод! Интересно, сколько еще идти? Морлан, будто угадав мысли Тома, сообщил: