За Нарвскими воротами - Наталия Силантьева

говорил о таких вещах на работе, но природа настроила его на более сентиментальный лад, и что-то раскрылось в его душе, как раскрываются почки на деревьях весной, до которой уже было рукой подать.

– Сейчас всё хорошо, даже лучше стало… ну, после всего этого, – ответила Лера и, немножко подумав, добавила: – Как будто какой-то нарыв вскрылся в наших отношениях.

– Да, это бывает, – понимающе закивал головой Новоковский. – Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.

– Ну а вы сами? – не выдержала и полюбопытствовала Лера. Этот неожиданный разговор ее заинтриговал – она уже слышала от Лёши, что Новоковский живет один. Это обстоятельство давно вызывало у нее любопытство, а теперь Сергей Александрович и сам давал ей повод поговорить об этом. – Вы так один и живете?

– Да, так и живу, – смутился Сергей Александрович. При этом перед ним вдруг возник образ Жени. Ему уже стало неловко, и он решил «сменить пластинку». – Ну а чем ты теперь заниматься думаешь? – неожиданно для себя самого он перешел с Лерой на «ты» – и так получилось лучше, душевнее.

– Пока еще не знаю точно, – немножко подумав, ответила девушка. – Но постараюсь снова вернуться к дизайну. Буду искать клиентов.

– Вот и правильно, – поддержал Новоковский. – И главное, держись подальше от наркоты – ты же видишь, чем это заканчивается. А у тебя еще вся жизнь впереди.

– Да, – с какой-то особой грустью ответила Лера и тоже, в свою очередь, сменила тему разговора. – Ну а у вас как там всё закончилось? Лёша говорил, что вы целую банду взяли.

– Да уж, там такая нарисовалась картина! Тебе спасибо – если бы ты не пришла тогда к нам, их, может, никогда бы не вывели на чистую воду. Вот как в жизни всё складывается.

– А Руслан? Что с ним? – решилась спросить Лера. Ей было тяжело говорить о нем, но узнать всё-таки хотелось.

– Да что Руслан! – махнул рукой Новоковский. – По наркоте я обещал на него дело не заводить – он ведь действительно нам очень помог. А так я думаю, что он отделается условным сроком, – папа найдет способ его отмазать. Но в органах он больше, конечно, работать не будет – пойдет на рынок фруктами торговать, там ему самое место. Да ты не думай больше о нем, выкинь всё это из головы. Сегодня возьмем этих вояк, и для тебя вся эта история закончится. У тебя теперь всё пойдет по-другому.

За разговорами они уже подъезжали к Сосновке. Дорога всё время шла в гору, вверх к тем высотам, где в Финскую войну шли самые ожесточенные бои за каждый метр этой неуютной, почти бесплодной земли. На одном из самых крутых подъемов солнце неожиданно вышло из-за плотных туч и выхватило своими лучами группу сосен на пригорке, отчего их стволы внезапно загорелись ярко-розовым светом, как будто кто-то одним поворотом рубильника включил в них мощные лампы. Трогательная, жалкая, уязвимая красота северной природы в который раз поразила Леру. Ей захотелось ехать и ехать по этой дороге – так, чтобы она никогда не кончалась.

Но вот уже показался бронетранспортер на постаменте, отмечающем въезд в Сосновку. Автобус остановился прямо у ворот глухого бетонного забора, которым была обнесена вся огромная территория гарнизона. Новоковский выбрался из автобуса первым, с удовольствием глотнул морозного воздуха и сделал несколько энергичных шагов, чтобы размять затекшие в дороге ноги. За ним осторожно выкарабкалась Лера – и едва не упала в обморок: от свежего хвойного воздуха у нее сразу закружилась голова. Новоковский испугался и подбежал к ней, чтобы придержать ее за локоть, но Лера уже пришла в себя. «Не хватало, чтобы еще и здесь с ней что-нибудь случилось! – подумал Сергей Александрович. – Как сложно устроены женщины, вечно у них что-то не так!»

Пока Новоковский о чем-то разговаривал с солдатом, дежурившим у ворот, Лера осматривалась – за глухим забором выстроились ровными бесстрастными рядами одинаковые желтые здания казарм и жилых домов для семейных военнослужащих. Вдоль дороги жались чахлые низенькие северные сосны и березки. Несколько худеньких молодых солдат, которые зачем-то болтались в этот час у ворот, с любопытством посматривали на пришельцев, но заговаривать не решались. Всё вокруг было пусто, уныло и голо.

– Пойдем, Лера, – прервал наблюдения девушки Новоковский, которому удалось наконец-то договориться с дежурным.

Лера зашла на КПП и протянула свой паспорт какому-то невероятно тощему солдатику, ремень которого, наверно, мог два раза обвиться вокруг его позвоночника, – потому что ни живота, на даже того, что можно было бы назвать талией, у него почти не было. «Их здесь вообще чем-нибудь кормят?» – удивилась Лера. «Замухрышка» молча просмотрел Лерин паспорт и устало кивнул ей, позволяя пройти вслед за Новоковским.

Новоковский так быстро зашагал в сторону учебного корпуса, что Лера едва поспевала за ним. Там был кабинет военного прокурора – Новоковский еще вчера позвонил ему, объяснил ситуацию и договорился о встрече.

Прокурор гарнизона встретил Новоковского с его спутницей необыкновенно гостеприимно, Лере даже показалось, что он очень рад их приезду. «С чего бы это? – подумала Лера. – Ведь мы ему проблемы привезли».

– Здравствуйте, здравствуйте, Сергей Александрович, – весело приветствовал их прокурор. – Садитесь, располагайтесь. Ну наконец-то вы до нас добрались!

– Здравствуйте, Борис Ильич, – вежливо ответил Новоковский. – Вот, привез вам нашу потерпевшую. Так что выдавайте нам ваших красавцев.

– Да забирайте их хоть всех отсюда! – в сердцах махнул рукой прокурор. – Я их уже видеть не могу!

– А в чем дело?

– Да тут такое творится!

– Дедовщина?

– И еще какая! Тут, видите ли, Сергей Александрович, – начал объяснять прокурор. – Всем заправляет группа земляков с Кавказа – как-то у них это давно сложилось. Они же все родственники между собой – ну вот и поддерживают друг друга по-родственному, а всех остальных затирают. Да сами, наверно, уже видели на въезде этих несчастных солдатиков – те над ними что только не вытворяют. В общем, произвол полнейший.

– А почему же вы не вмешаетесь? – возмутился Новоковский.

– Да что вы, Сергей Александрович! – даже как будто испугался прокурор. – Я и по территории-то хожу с опаской – они же на всё способны. Так что если вы арестуете этих двоих, я только рад буду – может, другим будет урок, ваши ведь тоже из этой компании.

– Та-ак, – задумчиво протянул Новоковский. Он и сам служил когда-то в армии, прошел через всё это и теперь прекрасно понимал, что здесь происходит. Он вспомнил, как бегал кроссы босиком по снегу, и ему захотелось сделать что-нибудь прямо сейчас, чтобы хоть как-то помочь людям. В голове у него