За Нарвскими воротами - Наталия Силантьева

так захвачена крутыми поворотами сюжета, что даже успела забыть про задание и про телефон, как вдруг он громко напомнил о себе, запиликав на высокой ноте препротивный мотив, и вернул девушку к реальности. Она живо захлопнула книжку, схватила трубку, но, прежде чем нажать на кнопку приема, помедлила несколько секунд, прокрутила в уме заранее заготовленные фразы и сделала глубокий выдох, чтобы унять внезапно участившееся сердцебиение. Она понимала, как важен этот звонок, понимала, что вся серьезнейшая операция держится сейчас на невидимых и невесомых радиоволнах, соединяющих ее с далеким абонентом. Для нее, кстати, всегда оставалось загадкой, как такая призрачная субстанция может нести такой огромный груз ответственности. Наконец она решилась нажать на кнопку и самым безмятежным голосом сказала: «Алло».

– Кто это? – спросил грубый, требовательный голос в трубке. – Позовите Руслана.

– Это его девушка, Наташа, – спокойно ответила Женя. – А Руслана сейчас нет, он вышел в магазин.

– А когда он будет? – поинтересовался тот же голос.

– Минут через десять. Перезвоните ему на трубку, – всё так же безмятежно предложила Женя.

– Хорошо, – буркнул ее собеседник и дал отбой.

Как только разговор закончился, Женя позвала охранника и попросила его привести Руслана в следственный кабинет, а сама приготовила диктофон, чтобы записать беседу Руслана с градовцами. Охранник с Русланом замешкались, что-то долго не шли, и Женя уже начала волноваться. Но вот они вошли в кабинет, Руслан поздоровался с Женей и сел рядом с ней за стол. Женя внимательно на него посмотрела – но лицо у него было спокойное и, как обычно, ничего особенного не выражало. Женя подвинула к Руслану телефон и заговорила.

– Руслан, сейчас звонили наши градовцы, я им сказала, что ты вышел. Они с минуты на минуту должны перезвонить. Ты всё помнишь, о чем мы с тобой говорили?

– Да, конечно, – бесстрастно ответил Руслан. – Скажу всё, как надо.

Они помолчали еще минуту – Руслан и вообще был неразговорчив, а Жене больше нечего было говорить, и она сосредоточенно ждала повторного звонка. Наконец он раздался – Женя была так напряжена, что даже вздрогнула при первой ноте его неприятного мотива и тут же резко нажала на клавишу записи диктофона. У Руслана нервы были покрепче – он спокойно взял трубку и ответил на звонок.

– Привет, Руслан, – раздался в трубке всё тот же грубоватый голос. – Как дела?

– Да ничего, потихонечку. У вас как? Ушел товар?

– Да, всё в полном порядке. Завтра собираемся в Питер, привезем деньги.

– Завтра? – переспросил Руслан. – А во сколько?

– Ближе к вечеру. Подхватим тебя около дома. И приготовь остаток, мы его заберем.

– Хорошо, буду иметь в виду.

– Ну всё. Завтра мы еще позвоним – будь на связи. Пока, – закончил невидимый собеседник Руслана и тут же отключился.

– Пока, – эхом ответил Руслан в уже умолкшую трубку.

Всё это время Женя, затаив дыхание, ловила каждое слово беседы и не отрывая глаз смотрела на диктофон, как будто боялась, что он может в самый ответственный момент сломаться. К трубке Руслана они еще вчера подвели специальный проводочек для прослушки, и теперь на пленку записались не только слова Руслана, но и реплики его собеседника. Когда разговор закончился, Женя вздохнула с облегчением и нажала клавишу «Стоп» на диктофоне. Слава богу, всё прошло гладко, без сучка и задоринки. Руслан говорил хорошо, естественно, своим обычным однообразным, равнодушным голосом, да и техника не подвела. Собственно, она и вообще почти никогда не подводила, просто Женя уж чересчур беспокоилась – ей в первый раз доверили такое важное задание, и она очень боялась, что что-то может сорваться. Теперь же, когда всё закончилось удачно, она заметно приободрилась, повеселела и уже не прежним напряженным тоном, а по-новому, задорно и даже как-то лукаво обратилась к Руслану:

– Ну хорошо, Руслан, на сегодня всё. Можешь возвращаться в камеру. Завтра с утра мы за тобой зайдем.

– А телефон? Они же мне еще будут звонить.

– Завтра отдадим. А ты постарайся отдохнуть как следует. Завтра у нас будет тяжелый день.

– Да уж, – недовольно процедил Руслан. Он-то прекрасно понимал, что его завтра ждет. На Женю он, впрочем, не злился – она его нисколько не раздражала, даже, пожалуй, нравилась. Наверно, действительно, напоминала ему его девушку.

– Не переживай, – попыталась успокоить его Женя. – Ты же не в чистом поле с ними будешь. Там будет куча наших сотрудников. Тебя будут прикрывать. Думай о том, что завтра всё закончится, – тут она сделала паузу, а потом назидательным тоном добавила: – И вообще, если бы ты не рассказал про градовцев, для тебя бы только хуже было. Одному бы пришлось отдуваться за всех.

На это Руслан только неопределенно махнул рукой – дело было сделано, и обсуждать тут было уже нечего, – встал, попрощался с Женей и отправился обратно в камеру.

Глава 17

Всю ночь Новоковский провел почти без сна – он прокручивал в голове предстоящую операцию, раз за разом перебирая каждый шаг, хотя всё уже было вчера продумано, просчитано и спланировано до мелочей. В том, что организовано сегодня будет всё как надо, Новоковский не сомневался – этим занимались сотрудники УСБ, а это были люди серьезные. Беспокоило его другое: вчера Савин действительно заполучил обратно от экспертов тот самый пакетик с героином и вечером передал его Сергею Александровичу. Новоковский отлично понимал, чем он рискует, нарушая запрет прокурора, но другого выхода он не видел. Если дать им натертый цитрамон, градовцы могут сразу догадаться, что это липа, и тогда операция провалится – даже если они и не уйдут, то в этом случае жертв, скорее всего, не избежать, и первой жертвой станет их главный свидетель – Руслан.

Впрочем, Новоковский прекрасно понимал, что сколько ни просчитывай и ни взвешивай, всё равно в любой момент может случиться что-то непредвиденное, отчего вся операция может принять совершенно неожиданный оборот. И если что-то сложится не так, отвечать будет он – и Новоковский знал это, поэтому и не мог он никак заснуть в своей отдельной однокомнатной квартире в новом доме за железнодорожным переездом невдалеке от Нарвских ворот. Да и то, что творилось за окном, никак не успокаивало – природа как будто чувствовала его тревожное настроение и отвечала ему в унисон ураганным ветром, который выл и бушевал всю ночь, а потом принес с собой настоящую февральскую вьюгу и наметал к утру огромные снежные сугробы.

Они были такими большими и так загромоздили собой все дороги, что Новоковский даже до прокуратуры с утра добрался с трудом. Сегодня