За Нарвскими воротами - Наталия Силантьева

аппаратура, сколько машин будет контролировать операцию и так далее и тому подобное. Но все эти прослушки, диктофоны, видеокамеры, проводочки, подведенные к трубке, не очень сильно занимали Новоковского. С этой стороны проблем не предвиделось – надо было только тщательно проверить аппаратуру, чтобы в нужный момент она не подвела. Намного больше Новоковского беспокоил сам Руслан. Хоть Сергей Александрович и уверял прокурора, что всё будет нормально и Руслан не подведет, сам он прекрасно понимал, что Руслан человек ненадежный и может в последний момент выкинуть какой-нибудь фортель.

Но самые серьезные страхи вызывали у следователя эти сотрудники милиции из Градово. Хуже всего было то, что Руслан и сам толком ничего о них не знал, – если бы знал, то сказал, теперь ему уже не было смысла ничего скрывать. И сейчас Новоковский решился наконец-то озвучить свои опасения.

– Видите ли, Николай Андреевич, мы же почти ничего не знаем об этих градовцах. Руслан и сам случайно на них вышел – он понятия не имеет, с кем они работают.

– Может быть, просто не хочет говорить, – скептически заметил прокурор.

– Не думаю, – мягко возразил Новоковский. – Теперь, когда он согласился с нами сотрудничать, это не в его интересах. Его собственная жизнь висит на волоске, и он это вполне осознаёт. Ведь они могут приехать на встречу с оружием, – многозначительно прибавил Сергей Александрович.

– Да и вообще, кто их знает? – снова ввязался Савин. – А вдруг они связаны с наркобаронами? Тогда от них можно ожидать чего угодно. Просто пустят Руслану пулю в лоб и вышвырнут на обочину. И мы лишимся нашего главного свидетеля.

– Им всё равно никуда не уйти, – резонно заметил начальник УСБ. – Весь район будет блокирован нашими сотрудниками и сотрудниками ГИБДД.

– Учтите, что с ними еще может быть машина охраны. Такое тоже не исключено, – предположил Новоковский.

– Всё учтем, Сергей Александрович, всё предусмотрим. Не беспокойтесь, – заверил начальник. – Мы же понимаем, что не гопников каких-то едем ловить. Проведем инструктаж по захвату сотрудников милиции. И дорожно-патрульную службу привлечем. Ведь они же въедут в город с Московского шоссе – из Новгородской области больше неоткуда. По номеру региона и по описанию машины, которое дал Руслан, вычислим их. Как только ДПС сообщит, что идет нужная нам машина, наши оперативники сядут градовцам на хвост и по ходу движения будут докладывать, куда те едут. Кстати, вы уже знаете, куда они поедут?

– Руслан и сам точно не знает, но говорит, что могут поехать на то же самое место, где он им в прошлый раз передавал героин. В самом конце Промышленной, уже около улицы Калинина, где футбольный стадион.

– Отлично. Как только они назначат встречу, дайте нам знать, и мы подтянем туда свои силы.

– Они могут поехать и в любое другое место, – засомневался Новоковский.

– Это ничего не меняет. Мы будем их вести по всему маршруту. Только предупредите вашего Руслана, чтобы он отчетливо повторил, куда они направляются, так, чтобы мы могли его услышать в наушниках и успели перебросить людей в другое место. В общем, не беспокойтесь, Сергей Александрович, всё сделаем в лучшем виде – этих красавцев нам никак нельзя упустить. Вы, главное, своего Руслана готовьте, чтобы он в последний момент не подвел.

– Да уж. Если он хоть раз дрогнет – засомневается или просто испугается, – всё пойдет насмарку, – значительно заметил прокурор.

– Да и сам может жизни лишиться, – добавил Савин.

– Я думаю, он это понимает, – сухо заметил Новоковский.

– Ну хорошо, тогда на сегодня всё, – закончил прокурор.

Все послушно встали, распрощались друг с другом и потянулись к выходу из кабинета. Но в коридоре Новоковский вдруг схватил Савина за локоть и почти силой втащил его в свой кабинет.

– Заходи, Юрий Геннадьевич, поговорить надо. У меня удобней, пока я здесь один, Женька-то в изоляторе сидит – ждет звонка.

– А в чем дело? – удивился Савин.

– Да в том, что нельзя нам Руслана отправлять на встречу с цитрамоном. Это же лажа полная – Скворец и сам это потом поймет. Только уже поздно будет.

– И что ты предлагаешь?

– Сходил бы ты к экспертам – ты их лучше знаешь. Попроси их отдать нам этот пакетик под честное слово. А Скворцу мы ничего пока не скажем.

– Ты с ума сошел? А ты знаешь, что нам за это будет, если операция провалится?

– Да знаю, знаю. Только с цитрамоном она провалится почти наверняка, а отвечать в любом случае буду я.

– Ну не знаю, – сомневался Савин. – Вот ты мне задал задачку!

– Да ты ведь и сам прекрасно понимаешь, что я прав, – заметил Новоковский.

– Да, конечно, но такой риск… Ну хорошо, попробую я тебе добыть этот герыч, – решился всё-таки Савин. – Если что, вместе отвечать будем.

***

Женя с самого утра сидела в изоляторе с включенной трубкой, но пока никто не звонил. На самом деле она ходила в изолятор к Руслану еще вчера вечером и просидела там несколько часов, но так и не дождалась звонка. Она была готова остаться там и на ночь с трубкой Руслана, но Новоковский почти насильно отправил ее домой, а трубку приказал на ночь выключить. Женя прекрасно понимала, что она может и сегодня целый день провести впустую, ведь Руслан не знал точно, когда позвонят градовцы. Но другого выхода у нее не было – оставалось только терпеливо ждать. А терпения Жене было не занимать.

Вчера вечером Женя еще раз побеседовала с Русланом и объяснила ему, что нужно говорить, когда позвонят. Накануне Новоковский окончательно убедился в том, что Жене Руслан доверяет намного больше, чем ему, и решил пока отдать своего подозреваемого целиком и полностью в ловкие женские руки. У них еще будет время поговорить непосредственно перед операцией, а пока Женя и сама с ним прекрасно справится.

Женя приготовилась сидеть в изоляторе целый день и запаслась на этот случай не только бутербродами к чаю, но и интересным детективом. Женя, вообще, любила читать детективы, она еще пока не потеряла к ним вкус, в отличие от своих более опытных коллег, которым до того уже осточертели «милицейские будни», что они совсем не хотели еще и читать про то же самое. Эта же книга в основном заинтересовала ее тем, что ее написал бывший сотрудник их же родной прокуратуры, который, проработав здесь много лет и немало сделав для борьбы с преступностью, вдруг подался в писатели. Как иронично заметил по этому поводу Савин: «Как только сотрудники нашей прокуратуры начали писать книжки, преступления здесь раскрываться перестали».

Сейчас Женя была