Стальные гробы рейха - Михаил Курушин

И тогда Дениц, всегда помнивший о гибели трех лучших субмарин в 1941 году, подумал о конвое-ловушке. Командование подводных сил стало опасаться, что англичане применили новое, неизвестное прежде средство борьбы. В 1941 году, потеряв трех командиров — Прина, Шепке и Кречмера, оказавшегося в плену, — Дениц и Редер подозревали то же самое. Но тогда подозрения оказались необоснованными. Подводные лодки, действовавшие против конвоев в мае и июне, возвратились в базы, и их командиры подробно информировали командование подводных сил обо всех наблюдениях, сделанных за время похода. Большинство командиров отрицало наличие у союзников новых средств надводного обнаружения. Однако очень скоро немцам пришлось убедиться в том, что союзники располагали новым эффективным средством обнаружения.

Как выяснилось позже, уже с февраля по апрель 42-го года англичане действительно впервые применили радиолокатор, работавший на коротких волнах. Он мог обнаруживать лодку гораздо точнее и на большем расстоянии, независимо от времени дня и состояния видимости.

В марте 1942 года произошло одно событие, которое, хотя и не внесло каких-либо изменений в расстановку сил, тем не менее в моральном плане едва ли способствовало укреплению боевого духа германских подводных сил. 28 марта англичане предприняли попытку набега на Сен-Назер — базу немецких подводных лодок в Бискайском заливе. В отряд для набега входили: старый эсминец в качестве брандера, для чего в его носовой части было заложено пять тонн взрывчатки; 11 посыльных катеров для перевозки коммандос; пять катеров, вооруженных торпедами; малая канонерская лодка для артиллерийской поддержки десанта и два миноносца для охраны кораблей отряда на переходе.

Исход действий зависел от внезапности, поэтому начало операции намечалось на темное время суток. На переходе к Сен-Назеру из Фалмута отряд встретил немецкую подводную лодку, которая, видимо, приняла его за свои силы. Субмарина была повреждена раньше, чем успела донести о встрече, но немцы все же обнаружили диверсантов примерно за пять минут до их подхода к месту высадки. Этого времени оказалось достаточно, чтобы наполовину сорвать замысел англичан: артиллерия с берега уничтожила и сильно повредила значительную часть катеров. Только эсминец смог, как это предусматривалось планом, таранить ботопорт и затонуть возле него. Через несколько часов он взорвался. Часть диверсионной партии, высадившейся на берег, была уничтожена или захвачена в плен. Примерно через час остатки английского отряда в составе восьми кораблей из 18 прорывавшихся в базу начали отходить к своим миноносцам, стоявшим у входа в устье Луары. На рассвете они были атакованы немецкими кораблями и потеряли еще два катера. Опасаясь преследования, англичане пересадили остатки команд на миноносцы, а катера и канонерскую лодку уничтожили. Кроме миноносцев, в Фалмут возвратились три катера, вышедшие из Сен-Назера самостоятельно.

Набег окончился неудачей, поскольку не был подкреплен дополнительными силами. Если бы немцы имели более четко организованную оборону, то и тех пяти минут, которыми они располагали, было бы достаточно для уничтожения всего английского отряда. И все же происшедшее заставило германское командование искать пути укрепления подходов к портам Бискайского залива.

После вступления в войну США основная магистраль атлантических конвоев была сдвинута на север, к берегам Гренландии, — в район, прикрываемый авиацией с аэродромов Исландии и Ньюфаундленда. Вначале прикрытием занимались одиночные самолеты, появлявшиеся над конвоем один-два раза, но с весны 1942 года количество их значительно возросло. В январе того же года из 249 немецких подводных лодок 158 проходили испытания и только 91 находилась в строю. Поскольку большая часть их действовала в Средиземном и Баренцевом морях и у берегов США, в Северной Атлантике периодически появлялись только малочисленные группы. За первые четыре месяца участия США в войне только один конвой, ONS-67, состоявший из 35 судов в охранении четырех эсминцев, в феврале потерял в Северной Атлантике восемь транспортов. Другой конвой, ONS-68, в марте потерял два транспорта. В апреле основная часть немецких субмарин была направлена к берегам США и только во второй половине 1942 года их действия вновь развернулись в открытой части океана.

Заметно усилилось воздушное патрулирование и в Бискайском заливе: сюда стали направляться скоростные машины. Угроза воздушных атак не уменьшалась даже ночью, особенно при лунном свете. Участились и внезапные дневные налеты, которые с большим трудом можно было объяснить недостаточной внимательностью сигнальщиков, не успевавших вовремя обнаружить самолет. Возникло подозрение, что английские самолеты, выходившие в атаку днем со стороны солнца или из-под облаков, обнаруживали подводные лодки на большом расстоянии, находясь за пределами простой видимости. Это подозрение утвердилось, когда июньскими ночами 1942 года германские субмарины стали подвергаться бомбовым ударам с воздуха. Совершенно неожиданно в 1000–2000 метрах от лодки включался прожектор — и его яркий луч тут же фиксировался на ней. Тотчас же на лодку обрушивались бомбы. Три подводные лодки, направлявшиеся в июне на задание, именно таким образом были атакованы в Бискайском заливе, тяжело повреждены и, не имея возможности погрузиться, возвратились в базы.

Союзные самолеты с помощью радиолокатора даже ночью, в условиях полного отсутствия видимости, сразу обнаруживали субмарину, как только она всплывала на поверхность. Применение новой аппаратуры позволило англичанам действовать первое время с поразительным успехом. Что касается отставания германской радиолокационной техники от британской, то тут сильно повлияло принятое в Германии вскоре после начала войны решение о прекращении изысканий в области радиолокации, требовавших больших затрат, но не приносивших немедленных положительных результатов. Теперь последствия оказались налицо: совершенствование английских самолетных бортовых радиолокационных установок создало для немецких подводных лодок очень большую угрозу.

Между тем в центре Атлантики немецкие субмарины действовали группами в завесах, которые формировались сразу по выходе из баз. После сосредоточения лодок на западных подходах к Англии развернутая завеса начинала медленно двигаться к берегам США, проводя поиск на основных маршрутах движения конвоев. Иногда в зоне движения отдельных конвоев обнаруживалось до 10 подлодок. Бывало, что немцам удавалось вывести в Северную Атлантику одновременно две завесы субмарин.

Теперь тактика «волчьей стаи» в связи с усилением охранения конвоев претерпела некоторые изменения. Из-за большого удаления района действий подлодок от авиационных баз Германии разведку конвоев для «волчьих стай» вели специально выделенные одиночные лодки. Обнаружив конвой, лодка-разведчик не атаковала его, а преследовала, донося по радио о дальнейшем движении. После установления контакта с конвоем отдельные лодки завесы также преследовали его в ожидании общего сигнала к атаке с берегового командного пункта. С приближением конвоя к основным силам завесы из ее состава иногда отделялась одиночная лодка и своими радиопередачами отвлекала часть сил охранения противника, облегчая «стае» атаку.