Академия обмана - Джен Калонита

обмен на моё молчание мне было позволено остаться здесь и преподавать – под её присмотром, разумеется. Я смирился с этим решением, хотя, надо признать, всегда был недоволен собой из-за того, что не отважился заговорить, когда мне представился такой шанс. – Профессор перевёл взгляд на меня. – Но когда я познакомился с тобой, Девинария, и с твоими друзьями, я подумал: «Может быть, эти дети сумеют сделать то, чего не смог я». Поэтому я и навёл вас на след наших друзей, скрывающихся в лесу. Кстати, как у них дела?

– Хорошо. То есть, мне кажется, они скучают по дому, хотя Таре лесная жизнь вполне по вкусу, – прибавила я.

Вид у профессора стал озадаченный:

– Тара? Ах да, помнится, Красная Шапочка упоминала об этой девочке, хотя я никогда не имел удовольствия познакомиться с ней лично.

Мы с Хитом недоумённо переглянулись.

– Вы... незнакомы с Тарой? А я думала, она тоже у вас училась, – сказала я. – То есть она, кажется, не посещала уроки, а училась частным образом. Вроде даже она была любимицей Оливины.

– Обычно я знаю всех наших учеников, – нахмурился профессор. – Я хорошо помню Кордена и Пру, которых исключили в прошлом году.

– Да, с ними мы встретились, – кивнул Хит. – Именно благодаря им сегодня нам удалось проникнуть в замок.

Профессор помолчал, размышляя:

– Пру, я помню, проявляла необычайный талант по умению обращаться с зеркалами. А Корден обладал отменным художественным вкусом. Но Тару я не помню.

Тревожный звоночек в моей голове звенел всё отчётливее. Как могло получиться, что Тара избежала знакомства с самым популярным преподавателем во всей Академии?!

– Но если вы ищете Оливину, то, боюсь, вы упустили свой шанс, – продолжал профессор. – Она уже на пути к бальному залу. – Он чуть приподнял брови. – Если только, конечно, вы не намерены посетить её покои именно в её отсутствие.

– Профессор Пирс? – зеркало на стене коридора вдруг ожило, залившись молочным светом, и мы все дружно подскочили от неожиданности. Это был голос Мило, главного соглядатая Оливины. – Ведь это ваш голос? Что-то у меня не так с соединением сегодня вечером. Никак не могу вас увидеть. Оливина очень озабочена этой проблемой и хотела бы обсудить её с вами. Незамедлительно.

Профессор Пирс покосился на нас, прижав палец к губам:

– Разумеется, Мило! Уже иду, – зеркало погасло, и он повернулся к Рейне. – Ты всегда знала правила Королевской Академии лучше всех прочих учеников. – Рейна польщённо вспыхнула. – И ты совершенно права: чтобы попасть в покои Оливины, вам нужно найти хрустальную туфельку. Итак, вопрос. – Он посмотрел на неё со значением. – Где принцесса должна потерять туфельку, чтобы её непременно нашли?

– На главной лестнице, конечно! – тут же выпалила Рейна. – Там её сразу увидят!

Профессор чуть поклонился.

– Совершенно верно. Надеюсь, ты скоро вернёшься к занятиям. Как и вы все. Желаю удачи, – с этими словами он зашагал прочь и вскоре скрылся из виду.

– Вон там! – уверенно сказала Рейна, указывая на широкую мраморную лестницу, ведущую к классным комнатам на втором этаже. Мы рьяно принялись за поиски, но никакой туфельки так и не обнаружили. – Но она должна быть здесь... – пробормотала Рейна себе под нос. – Хотя верно, Оливина вряд ли хотела бы, чтобы мы её нашли. Иначе все принцессы только и делали бы, что примеряли её. Значит... – Она завертела головой и тут же радостно взвизгнула, указывая на большое изваяние, украшающее лестничную клетку. – Точно! Она должна была поместить её в тыкву! – Рейна опрометью бросилась к статуе, приподняла крышку на большой керамической тыкве и, вытащив из неё крохотную хрустальную туфельку, нажала большим пальцем на её каблучок. За нашими спинами тут же бесшумно возникла мерцающая серебряная дверь с выгравированной на ней большой буквой «О». Вход в личные покои Оливины!

– Рейна, я не так часто говорю тебе подобные вещи... но ты просто гений, – с чувством сказал Хит.

Рейна, пожав плечами, уже оказалась на пороге двери:

– Знаю. Давайте скорее. Мы же не знаем, как долго будет открыт этот проход.

– И всё-таки я кое-чего не понимаю, – проговорила я, когда мы все вереницей потянулись к дверному проёму. – Ещё когда мы учились здесь, мы с Сашей случайно обнаружили в нашей комнате письма, адресованные Таре. Поэтому мы и решили, что она тоже была ученицей Академии. И Белоснежка её знает... значит, она действительно здесь училась. Но тогда почему же профессор Пирс её не помнит? Ведь он занимается со всеми. – Я пригнулась, уворачиваясь от стайки пикси, промчавшихся в опасной близости от моей головы. Меня не оставляла мысль, что я что-то упускаю – какая-то часть головоломки по-прежнему отсутствовала. Почему Тара так боялась встречи с Оливиной? И куда она сбежала? – Как думаете, с Сашей и Логаном всё в порядке? – озабоченно спросила я.

– Да, с ними всё хорошо, – успокоил меня Хит, перешагивая через порог. – Они вместе. А мы должны сделать то, ради чего пришли.

Я понимала, что Хит совершенно прав, но что-то никак не давало мне покоя. Что-то во всём происходящем было не так.

– Тара ведь дружит с Пру. А мы точно знаем, что ей можно доверять? – спросила я.

– Эй! – сердито дернула меня за ухо Кайра. – Не трогай Пру. Она мне нравится.

Я уже и забыла про своего кобольда.

– Я только хотела сказать... – сердце у меня колотилось так, что пришлось прижать ладонь к груди, чтобы сдержать его. Скверное предчувствие всё нарастало.

Хит протянул мне руку сквозь мерцающую дверь, которая словно таяла на глазах:

– Это наш единственный шанс свергнуть Оливину. Давайте покончим с этим, а потом уже начнём выяснять, что там к чему с Тарой. Согласна?

Я заколебалась на мгновение, глядя на его руку, а потом решилась и схватилась за неё. Он резко дёрнул, протаскивая меня через проём, и тут дверь с негромким треском исчезла. Меня охватил ледяной холод. Поначалу я не видела ничего, кроме темноты, но потом мир вокруг начал обретать фокус – как изображение в отключённом зеркале после восстановления связи. Мы находились в благоухающем розами кабинете Оливины с розовой и пурпурной мебелью и обилием позолоты. Зеркала, сплошь покрывающие одну из стен, показывали всё,